Индийский проект Наполеона

Странное словосочетание – «Индийский проект Наполеона», не так ли?

Где Франция, и где – Индия, и что за проект вдруг решил осуществить Наполеон?

На самом деле, Индийский проект Наполеона – это план в рамках восточной политики Франции по реализации идеи отвоевания Индии, потерянной ими в Семилетнюю войну. Во Франции со времен революции главным противником страны всегда считалась владычица морей — Великобритания. Вступив в схватку с могущественным островным гигантом, империя Наполеона, при отсутствии флота, не могла рассчитывать на быструю победу и искала другие эффективные пути для того, чтобы поставить Англию на колени. Помимо применения жестких экономических средств (континентальной блокады), периодически возникала идея военного похода в Индию. В этом геополитическом пасьянсе Наполеона Россия всегда играла ключевую роль.

С точки зрения французских интересов, военное предприятие в Азию с конечной целью завоевания Индостана являлось бы стратегически важным шагом, который привел бы к полному краху Великобритании и изменил бы расклад сил в мире. Впервые идея об осуществлении индийского похода была высказана Н.Бонапартом в 1797 г., еще до его экспедиции в Египет. Позднее, когда он пришел к власти, эту мысль о возможности совместного похода в далекую Индию ему усиленно внушал Павел I. Правда, российский император, даже не заключив союза с первым консулом Франции, захотел решить эту трудную задачу самостоятельно, без французской помощи, и отдал приказ о посылке в феврале 1801 г. 40 донских казачьих полков для поиска путей в Индию и завоевания Средней Азии. Эта экспедиция в Среднюю Азию тогда серьезно обеспокоила англичан, и не без их помощи российский император был убит заговорщиками в 1801 г.

Однако Наполеон после смерти Павла I не переставал обдумывать проекты восточных экспедиций и подготавливать почву для их осуществления. Еще до Тильзитского мира Наполеон послал в Азию с разведывательными целями миссии Ромье и Жобера, затем направил в Иран посольство генерала Ж.М. Гардана. В мае 1807 г. между Францией и Персией был подписан договор в Финкенштейне, по одной из статей которого, шах давал согласие обеспечить французской армии беспрепятственный проход в Индию через свои владения. В Тильзите Наполеон пытался соблазнить Александра I планами раздела Османской империи. Позже он неоднократно возвращался к идее объединенного франко-русского похода через Турцию в Иран. В письме к царю от 2 февраля 1808 г. французский император выдвинул следующую программу: «Если бы войско из 50 тыс. человек русских, французов, пожалуй, даже немного австрийцев, направилось через Константинополь в Азию и появилось бы на Евфрате, то оно заставило бы трепетать Англию и повергло бы ее к ногам материка».

Настойчивые маневры наполеоновской дипломатии, проторявшей дорогу в Индию, свидетельствуют о том, что во Франции серьезно относились к возможности индийской экспедиции. Однако втянуть в фарватер своей внешней политики Россию Наполеону не удалось, а обострение франко-русских противоречий с 1810 г. видоизменило и идею совместного похода: император решил силой добиться согласия России на это предприятие. В разговоре с Л. Нарбонном в апреле 1812 г. он следующим образом прогнозировал развитие событий: «… чтобы добраться до Англии, нужно зайти в тыл Азии с одной из сторон Европы… Представьте себе, что Москва взята, Россия сломлена, с царем заключен мир или же он пал жертвой дворцового заговора… и скажите мне, разве есть средство закрыть путь отправленной из Тифлиса великой французской армии и союзным войскам к Гангу; разве недостаточно прикосновения французской шпаги, чтобы во всей Индии обрушились подмостки торгашеского величия».

Это свидетельство подтверждается другими документами. 14 апреля 1812 г. руководитель французской разведки в герцогстве Варшавском барон Э. Биньон представил министру иностранных дел Г.Б. Маре пространную записку о главных задачах готовящейся гигантской экспедиции. Анализируя обширные подготовительные мероприятия и собранные силы, автор решил ответить на вопросы: «Что могло быть достойным призом такому огромному усилию. Какая цель достаточно грандиозна…, чтобы заслужить такое развертывание средств?». И, по его мнению, «ослабление России, ограничение этой державы границами старой Московии не станет достаточным вознаграждением за убытки чрезмерного передвижения». Биньон считал, что русская армия, так же как прусская, превратятся в «послушный инструмент» в качестве вспомогательной силы, т.к. никто не сможет «остановить поступь корпусов, вступающих в бой». Четко определялась и цель похода 1812 г. — подготовка экспедиции в Индию, а Россия же к наполеоновской армии «присоединится или добровольно, или вследствие законов победы и будет привлечена к великому движению, которое должно изменить лицо мира». Он даже представил детальное изображение будущих действий — в глубину Азии будет направлен контингент «из трети или четверти европейской армии, идущей нанести смертельный удар Англии, между тем остальные разместятся на берегах Вислы, Двины и Днепра, чтобы гарантировать тыл тем, кто будет участвовать в экспедиции».

Не случайно также, что в 1812 г. получила новое рождение фальшивка, известная как «завещание Петра Великого». По приказу Наполеона ее модернизировали и туда был вставлен фрагмент «о захвате Индии». Цель лжесвидетельствования состояла в извлечении долговременных политических дивидендов из тезиса «о русских варварах», на которых, в конечном итоге, перекладывалась вся вина за завоевание Индии. Завещание активно распространялось среди солдат и офицеров наполеоновской армии. Не удивительно, что многие из них уже в начале 1812 г., еще перед переходом Немана, считали, что их ведут «в глубь сказочной Азии». Сохранить свои замыслы в полной тайне Наполеону не удалось. Еще до начала военных действий план движения в Индию через Россию стал известен наследнику шведского престола и бывшему французскому маршалу Ж.Б. Бернадоту, имевшему личные каналы информации в Париже. В марте 1812 г. он передал Александру I, что Наполеон в течение 2-х месяцев рассчитывает разгромить русские войска, заключить мир, по условиям которого объединенная русско-французская армия направится сначала против турок, затем войдет в Иран, а впоследствии проникнет в Индию, планируя осуществить эти планы за 3 года. Данные и слухи об индийском проекте Наполеона проникли и в самые разные российские общественные круги. Во всяком случае, свои суждения об индийском плане Наполеона высказывали многие современники событий. Д.В. Давыдов, порицавший отступления русских армий к Москве, считал, ссылаясь на общее мнение, что в случае подписания мира с Наполеоном 100 тыс. русских вместе с французами отправятся на завоевание Индии. Аналогичный вывод о том, что французский император собирался из России идти в Индию, поддерживали и многие участники событий и первые историки 1812 года: П.А. Чуйкевич, А.Я. Булгаков, П.Х. Граббе. Даже в известной брошюре «Отступление французов», написанной в Главной квартире русской армии по следам военных событий в декабре 1812 г. утверждалось, что русские разрушили французские мечты «о походах в Персию и Индию». Е. В.Тарле, рассматривая общие планы Наполеона, отмечал, что среди отбитых у французов под Красным трофейных документов оказались карты Турции, Средней Азии и Индии, «так как Наполеон проектировал нашествие на Индостан сделать одним из условий мира с Александром».

Об акциях наполеоновских разведслужб в глубине русской территории известно немного. Приведем лишь несколько фактов.

В 1811 г. агентурная группа в составе полковника А.С. Платтера, майора Пикорнеля и топографа Крестковского тайно проникла в Россию. Под видом отставных русских офицеров они совершили вояж по стране (побывали в Москве и в девяти губерниях), а затем продолжили путешествие через Поволжье к Оренбургу для выяснения возможностей похода в Индию. Это маршрут следования отнюдь не выглядел случайным. Именно через оренбургские степи в 1801 г. император Павел I приказал идти 40 донским полкам под командой войскового атамана В.П. Орлова для поиска путей в Индию. Ряд неудач и случайностей помешал наполеоновским эмиссарам добраться до намеченной цели, и они вынуждены были повернуть на Дон, где 5 августа 1812 г. Платтера арестовали. Пикорнелю удалось скрыться. С этим любопытным случаем трудно не сопоставить ему подобный. В начале 1813 г. в Астрахани оказался другой агент — Адам Моретти (представлявшийся Петром Ивановым), проживавший в России под видом учителя. В 1812 г. он переехал сначала в Уфу, затем побывал в Оренбурге, а позже отправился в Астрахань, где и был арестован. При обыске в двойном дне его дорожного сундука обнаружили инструменты для съемки местности и план Оренбурга с расположением воинских частей.

Явно не случайно наполеоновские разведслужбы проявляли и особый интерес к казачьим регионам, особенно к Дону. О намерениях французов «взбунтовать донцов, как народ, к которому они имеют особое уважение и благорасположение, которого желают снискать ласкою», писал в 1812 г. в своих письмах из армии и англичанин Р. Вильсон. Сам Наполеон перед походом в Россию сделал заказ историку Мишелю Лезюру написать специальную работу — «Историю казаков».

Наполеон в 1812 г., стремясь достичь европейского господства, ставил перед собой долгосрочные цели. Если анализировать его индийский проект с позиций сегодняшнего дня, то он, безусловно, представляется не столько смелым, сколько утопичным, поскольку налицо контраст между возможными планами и реальными возможностями для их осуществления. Авантюризм действий французского императора, помимо субъективного фактора, объясняется крайне скудной информацией об азиатском регионе: ведь многие европейцы, современники событий, считали такой план вполне осуществимым. Например, император Павел I в письмах 1801 г. к генералу от кавалерии В.П. Орлову считал, что его казачий отряд (22 тыс. казаков) пройдет путь от Оренбурга через Хиву и Бухару до Индии за 3 месяца.

Поскольку сама идея индийского проекта 1812 г. передавалась на словах, а проекта как такового в детально разработанном виде не сохранилось, можно лишь реконструировать его по представленному в 1800 г. плану. По замыслу 70-тысячный экспедиционный корпус (половина французов, половина русских, из них 10 тыс. казаков) под командованием тогда еще генерала А. Массена должен был за 120-130 дней (май — сентябрь 1801 г.) достичь берегов Инда. Планировалось, что французские части соберутся на Дунае, русский флот перебросит их в Таганрог, а оттуда по Дону они прибудут к Царицыну. Затем по Волге приплывут в Астрахань, где к ним присоединятся русские войска. На это отводилось 80 дней. Впоследствии объединенный экспедиционный корпус через Каспийское море попадет в персидский город Астробад, после чего он благополучно достигнет правого берега реки Инд. И на все эти действия отводилось лишь 50 дней. Без всякого сомнения, Наполеон после 1800 г. расширил свой диапазон сведений по интересующим его восточной проблематике (чему во многом способствовали французские ученые, дипломаты и разведчики), но в целом взгляды французского императора не выходили за рамки общих европейских представлений. Поэтому можно предположить, что он, как и в 1800 г., продолжал мыслить в шаблонах представленного окружением Павла I плана индийской экспедиции.

Сами англичане всерьез опасались реализации наполеоновского замысла. Видимо, не случайно в 1809 г. и даже в 1814 г. с Персией были заключены соглашения, запрещающие пропуск через иранскую территорию в направлении Индии войск иностранных государств. Мало того, персы должны были стараться побудить к аналогичным действиям Хиву, Бухару, Коканд и Кашгар. Конечное осуществление индийского похода Наполеона напрямую зависело, прежде всего, от результатов кампании 1812 г. В то же время, этот проект был тесно связан и, вероятно, заметно повлиял на процесс планирования войны с Россией. Наполеоновская стратегическая концепция в 1812 г. заключалась в следующем. Планировалось в течение нескольких месяцев нанести поражение русским войскам в пограничных сражениях, после чего Наполеон при заключении мирного договора постарался бы навязать русской стороне согласие на совместное франко-русское военное предприятие в Индию в1813 г. Окончательный срок завершения похода в Индию планировался на 1814 г. В качестве гарантии он мог потребовать временное оставление за собой занятой территории и зимовку будущего французского экспедиционного корпуса под Москвой. При переговорах были возможны самые разные варианты.

Таким образом, ростки грядущего крушения наполеоновской армии в России четко просматриваются в стратегической модели французского полководца. Огромную роль в этом сыграли его личные политические ошибки и заблуждения. В частности, крайне расплывчатая стратегическая концепция Наполеона была целиком поставлена в зависимость от тактических успехов, то есть от побед французского оружия на полях сражений. Весь расчет строился на последующем мирном договоре после поражения русских армий. Таким образом, индийский проект французского полководца являлся его крупнейшей политической ошибкой. Это обстоятельство не только спутало карты императора и разрушило его замыслы, но и имело важнейшие последствия как для личности Наполеона, так и, в конечном итоге, для судьбы созданной им могущественной империи.

Литература:

Чуйкевич П. Покушение Наполеона на Индию 1812 года или разговор двух офицеров на аванпостах армий, с замечаниями и некоторыми приказами, отданными в французской армии. СПб., 1813;

Русская старина. 1876. №1. С.216; 1873. № 9. С.401-409;

Шильдер Н.К. Император Павел Первый. СПб., 1901;

Вандаль А. Наполеон и Александр I. Т.III. СПб.,1913. С 347;

Игамбердыев М.А. Иран в международных отношениях первой трети ХIХ века. Самарканд,1961;

Иоаннисян А.Р. Присоединение Закавказья к Россия и международные отношения в начале ХIХ столетия. Ереван, 1958;

Восточный вопрос во внешней политике России: Конец ХVIII — начало ХХ в. М.,1978. С.62-63;

Безотосный В.М. Наполеоновские планы: Проект завоевания Индии Наполеона Бонапарта.  М., 2017.

Автор — Зав. научно-экспозиционным отделом, д.и.н. В.М. Безотосный