Почему незаконнорожденные дети на Руси получали позорные фамилии
Современному россиянину сложно представить ситуацию, в которой общество негативно относится к ребенку, с самого рождения ограничивая его в правах и наделяя позорной кличкой вместо фамилии. Однако на Руси жизнь детей часто зависела от того, появились они на свет в официальном браке или нет. Незаконнорожденных малышей с подачи церкви ожидало всеобщее осуждение, ведь они – живое доказательство совершенного их родителями греха, известного как прелюбодеяние.
Все были как бы равны
Кандидат юридических наук Наталья Черкашина посвятила данной теме статью «Законодательная хроника о правовом положении незаконнорожденных детей», которая вышла в журнале «Проблемы экономики и юридической практики» (№ 3 за 2013 г.). Исследовательница отметила, что в языческие времена жители Руси не делали явных различий между законными и незаконными детьми, тем более, что многоженство являлось делом обыденным. Но под влиянием православия ситуация начала постепенно меняться.
«Принятие христианства должно было оказать влияние на разграничение прав законных и незаконнорожденных детей, т.к. последние происходили от союза преступного и допускаемого только языческой религией», – написала Н.В. Черкашина.
Впрочем, этот процесс происходил постепенно, ведь изначально русским не было свойственно делить детей на категории. Даже княжеские титулы наследовали сыновья местных правителей, рожденные наложницами. Например, великий князь Владимир Святославич был сыном рабыни Малуши, и это никак не помешало ему в 978 году занять Киевский престол. А князем Галицким в 1187 году стал Олег Ярославич, матерью которого была наложница Настасья.
Однако постепенно, под влиянием христианской морали, отношение общества к незаконнорожденным детям начало меняться в отрицательную сторону. Уже в первом сборнике правовых норм «Русская правда», который датирован XI веком, содержится положение, что дети свободного человека, рожденные рабыней, не могут претендовать на наследство отца, они лишь вместе с матерью должны получить волю.
Ирина Войнилова – еще одна исследовательница, обратившая пристальное внимание на данную проблему, считает, что негативное отношение к внебрачным детям не было свойственно русским изначально. Об этом она пишет в статье «Правовая сущность категории «незаконнорожденное лицо» в истории права России», которая опубликована сборнике материалов XV Международной научно-практической конференции «Законность и правопорядок в современном обществе» (Новосибирск, 2013 г.).
По мнению И.Г. Войниловой, сам термин «незаконнорожденное лицо» был позаимствован византийцами из римского права, вместе с распространением христианства он «перекочевал» сначала в церковное законодательство Руси, а затем и в светские нормативные акты.
Влияние христианской морали
Буквально за два-три века господства православной веры ситуация резко изменилась. Церковным деятелям удалось убедить население, что секс допустим лишь между супругами, обвенчанными по всем правилам. А дети, появившиеся на свет вне брака, являются результатом греха, и на них не распространяется божественное благословение. Поэтому таких ребятишек и их матерей-прелюбодеек на Руси стали откровенно притеснять, лишая всяких прав. Малышам от рождения давали непристойные, позорные клички, а согрешивших девок родители часто выгоняли из дома. Так общество вынуждало молодых женщин заниматься проституцией, поскольку других источников пропитания у них не было.
Соборное уложение 1649 года – официальный государственный документ – прямо называет незаконнорожденных детей «выблядками». Это слово и в те времена, и сегодня одинаково оскорбительно, ведь за его необоснованное употребление с жителей Руси взимался солидный штраф.
Правовое положение незаконнорожденных детей было таким, что порой даже их выживание находилось под вопросом. Об этом известный специалист в области биоэтики, доктор медицинских наук Галина Микиртичан написала в своей статье «Отношение к детям, их праву на жизнь и развитие в России (X – начало XVIII века)», которая вышла в журнале «Педиатр» (том 5, № 1 за 2014 г.).
«Внебрачные дети, дети, оставшиеся без попечения родителей, нищенствующие входили в группу риска по отношению к их праву на жизнь. Существовало резкое отличие в правовом статусе ребенка, рожденного в браке и вне брака, понятие незаконнорожденности несло на себе печать позора», – отметила Г.Л. Микиртичан.
И все же, нельзя упрекать представителей церкви в жестокости по отношению к детям, несмотря на то, что внебрачных малышей некоторые батюшки иногда даже отказывались крестить. Цель православных деятелей была благой: они надеялись, что девушки увидят, какому позору и осмеянию подвергаются незаконнорожденные, и это остановит молодых красавиц от прелюбодеяния. А сам факт материнства церковь поддерживала, главное, чтобы ребенок родился в освященном брачном союзе.
Зазорные клички
Разумеется, по мнению христианских деятелей, ни один незаконнорожденный не должен был иметь возможности скрыть свое позорное происхождение. Поэтому в церковно-приходских метрических книгах рядом с именами таких малышей обязательно записывались унизительные клички, заменявшие фамилии. Некоторые из таких оскорбительных слов, которыми «награждались» дети, появившиеся на свет вне брака, перечислила в своей вышеупомянутой статье И.Г. Войнилова.
«В народе сформировалось отрицательное отношение к незаконнорожденным лицам, выразившееся в их названии – «выблядки», «выгонки», «выпоротки», «половинкины-сыны», «сколотные», «семибатьковичи», «ублюдени», «гулевые», «зазорные», «пригульные», что подчеркивало перенесение вины родителей за незаконное сожительство и рождение на детей, а также бытовое, негативное представление о данных лицах», – написала исследовательница.
Кроме того, внебрачные малыши записывались под такими обидными фамилиями как Курвенок, Марыш, Беспуток, Безбатьковщина, Выгунок, Выстирок, Закрапивник, Зауголок, Байстрюк, Капустник, Выплыш, Подзаборник, Курвач, Выблюнок, Замарыш и т.п.
Иногда священник мог дать ребенку в назидание какую-нибудь фамилию с негативной окраской. Например, Иудин, Грешной, Иродов, Иезавелин, Безбожный…
Если женщине с ребенком, рожденным вне брака, все же удавалось выйти замуж, и ее чадо росло под опекой чужого мужчины, то таких мальчиков и девочек обычно называли «половинкины». То есть, в семье они являлись родными лишь наполовину. Этим детям могли дать фамилии с указанием на имя матери: Полумашин, Полунастаськин, Полуверин, Полуматренин и т.п.
Иногда в церковно-приходской книге записывали фамилию приемного или крестного отца с приставкой «полу-». Вот почему достаточно часто в современной России встречаются Полупьяновы, Полустроевы, Полугостевы, Полукаровы, Полупановы…
Когда нравы смягчились, в Российской империи незаконнорожденным детям начали давать фамилии, основанные только на материнском имени. Так появились Татьянины, Анютины, Матренкины, Феклушины, Домнины и т.д. Но некий оттенок безотцовщины, свойственный таким антропонимам, заставлял многих людей скрывать свое происхождение. Не случайно дед Владимира Ленина – Николай Васильевич Ульянин, перебравшись из Нижегородской губернии в Астрахань, слегка изменил свою фамилию, образованную от женского имени, и стал Ульяновым.
А как же аристократы
Незаконнорожденным детям аристократов, все же, жилось несравненно легче, чем ребятишкам из простонародья. Их обычно не называли зазорными выблядками, а именовали бастардами или более деликатно – воспитанниками. Часто заботливые отцы-дворяне обеспечивали своим чадам, рожденным горничными или гувернантками, приличное образование.
И все же, некий оттенок греховности происхождения преследовал таких людей всю жизнь: начиная от насмешек дворни и перешептываний благочестивых старушек и заканчивая серьезными правовыми и имущественными ограничениями. Так, незаконнорожденный сын не мог унаследовать родовое поместье, особенно если у его отца имелись дети от официальной супруги. Внебрачных дочерей не считали подходящими невестами. И бастарда никогда не приняли бы в ряды священнослужителей.
Фамилия отца для такого ребенка была под запретом. Поэтому часто незаконнорожденные дворяне получали в качестве антропонимов усеченные или измененные варианты родовых имен. Например, сын Голицына записывался как Лицын, сын Трубецкого – как Бецкой, сын Репнина – как Пнин, сын Долгорукого – как Рукин.