Новгородские исторические записки от Виктора Смирнова. Записка третья: «Секретный узник»

Мы продолжаем серию публикаций на тему истории Великого Новгорода и Новгородской земли авторства историка и писателя Виктора Смирнова. 

Первые две записки по ссылке - 1, 2.

Материалы публикуются с разрешения автора.

Секретный узник

Летом 1572 года в Новгород привезли секретного узника. Это был знаменитый Дивей-мурза, которого называли первой саблей Крыма, откуда ханы совершали опустошительные набеги на русские земли. За их спиной стояла Османская империя, стремившаяся подчинить себе ослабленное Ливонской войной Русское государство.

В 1571 году хан Девлет-Гирей совершил очередной поход на Русь и дотла сжег Москву. Царь Иван Грозный, узнав о приближении татар, бежал в Новгород, который он только что подверг чудовищному разгрому. Вернувшись в сожженную Москву, Иван Грозный был готов отдать Крымской Орде Казань и Астрахань. Однако Девлет-Гирею этого было уже мало, он хотел заполучить все Русское государство. В следующем 1572 году хан двинулся в новый поход, объявив, что едет в Москву на царство. Вместе с крымчаками шли другие степные племена, а также турецкие янычары. 

Узнав о приближении Девлет-Гирея, Иван Грозный снова малодушно бежал в Новгород, забрав с собой государственную казну. Во главе русского войска встал опытный воевода Михаил Воротынский. 2 августа 1572 года возле подмосковной деревни Молоди произошло решающее сражение. Соотношение сил было явно в пользу крымского хана. У него было 120 тысяч воинов против 20 тысячного русского войска. Понимая, что в открытом бою не устоять, Воротынский сделал ставку на гуляй-город --передвижное полевое укрепление, состоящее из телег, оснащенных большими бревенчатыми щитами.

Главнокомандующий крымского войска Дивей-Мурза сам повел конницу в решающий бой, но был взят в плен боярским сыном Иваном Алалыкином. Хотя штурм удалось отбить положение русского войска было критическим. Ночью Воротынский тайно вывел полк из крепости, и, совершив скрытный маневр, на рассвете ударил в тыл крымскому войску. Причем накануне в ханскую ставку было подброшено ложное сообщение о том, что на выручку русским приближается войско во главе с царем Иваном Васильевичем. Увидев атакующих, Девлет-Гирей решил, что это и есть царская подмога и ударился в бегство. Началась погоня. Из 120-ти тысячного войска в Крым вернулось только десять тысяч воинов. 

А царь Иван Грозный все это время отсиживался в Хутынском монастыре под Новгородом. Он был настолько уверен в поражении своего войска, что приготовил для себя яд и написал завещание. Это завещание сохранилось и производит сильное впечатление. Начиналось оно словами: "Тело изнемогло, болезнует дух, струпы душевные и телесные умножились, и нет врача , который бы меня исцелил"... Но в ту же ночь царя разбудили гонцы воеводы Воротынского, которые привезли весть о великой победе, военные трофеи и знатного пленника -- главнокомандующего крымского войска мурзу Дивея. 

Царь так и не простил Воротынскому его триумфа и собственной трусости. Не придумав ничего лучшего, старого воеводу обвинили в колдовстве. Его связали и положили между двух горящих бревен, при этом Иван Грозный самолично подгребал угли своим посохом. Умирающего воеводу отправили в ссылку, но по дороге он скончался. Изображение этого выдающегося полководца можно видеть на новгородском памятнике Тысячелетие России.

О битве при Молодях широкой публике известно до обидного мало, хотя по своему значению она немногим уступает Куликовской битве. Это была последнее крупное сражение Руси со Степью. Была подорвана военная мощь Крымского ханства, Османской империи пришлось отказаться от планов захватить Поволжье. В остро критической ситуации, воюющая на два фронта Россия смогла выстоять и сохраниться как независимое государство благодаря мужеству русских воинов и таланту полководцев.

Тем временем Дивей-мурза продолжал томиться в новгородской тюрьме. Хан Девлет-Гирей раз за разом обращался к царю с предложением выкупить "первую саблю Крыма" или обменять его на попавшего в плен царского фаворита Василия Грязного. Однако царь отвечал, что не променяет Дивея и на сотню Васек, а потом и вовсе сообщил, что мурза умер, хотя тот был еще жив. Здесь в Новгороде Дивей-мурза и скончался то ли от неизвестной болезни, то ли от звериной тоски.