Астрахань, Волгоград и Калмыкию предложили объединить
Прозвучали несколько идей объединения регионов Нижнего Поволжья. Якобы Астраханская, Волгоградская области и Калмыкия могут стать одним целым. Условия возможного переустройства называют разные, но в основе всех построений вроде бы логичные экономические, политические и даже внешнеполитические соображения. Обозреватель «ФедералПресс» Ярослав Малых разобрался в доводах озвучивавших эти идеи и предположил, почему логика в их основе ошибочная, а любой проект нового Нижневолжского края принципиально неосуществим.
«Предположения, что Волгоградскую область могут с кем-то да объединить, возникают достаточно часто. Среди персон, выдвигавших идею слияния (с Саратовской областью или Астраханской), появлялись люди вроде бы вполне компетентные в политике и экономике. Всегда идея исходит если не из Волгограда, то от людей, связанных с ним. Астраханцы или другие соседи лишь реагируют на информацию.
С новым обоснованием выступил видный общественник Эдгар Петросян. Он утверждает безапелляционно – это не идея, а решение, оно уже принято и готовится к реализации. Петросян настаивает, что у всех глав трех регионов Нижнего Поволжья, которые будут избраны в сентябре этого года, главной задачей следующего срока будет подготовка к объединению. Петросян также считает, что объединиться низовья Волги должны будут с Ростовской областью. Логика такова: ключевым экономическим проектом страны станет строительство нового судоходного канала, который объединит Каспий с Черноморским бассейном. Это предполагает один из двух возможных проектов с колоссальными инвестициями – не меньше триллиона рублей каждый.
Чтобы региональные элиты не воевали между собой, нужно оторвать их от узких проблем вроде взаимодействия с городами. В укрупненном регионе будет проще вести контроль за исполнением больших инфраструктурных строек, а верхи будут заинтересованы в улучшении инвестиционного климата. Такую мысль доносит Эдгар Петросян.
Причин живучести инсайдов об объединении две – некоторая историческая обоснованность и отсутствие настоящей политической повестки. Вторая важнее, она усилена исторически раздутым самомнением некоторой части волгоградцев. Коллега Андрей Серенко эту особенность земляков метко величает «волгоградопупизмом» (в смысле «пупа земли»).
АСТРАХАНЬ, КАЛМЫКИЯ, ВОЛГОГРАД: превратятся в один суперрегион?
И Серенко-то практически одновременно разнес выкладки Петросяна как специально запущенные под выборы фейк-ньюс, но тут же и сам выдал свое видение похожей модели. По его версии, вероятно не прямое объединение регионов, а создание нового федерального округа – Каспийского. Без Ростова, но с Дагестаном. Обоснование почти один в один – важность коридора Север – Юг и создания новых портов и судоходного канала. Под инфраструктурные задачи требуются политико-административные решения, которые проще делать в новом статусе.
Обе эти версии не имеют общего с реальностью (как и все предыдущие похожие слухи).
Историческая обоснованность преувеличена. Нижне-Волжский край действительно существовал на рубеже 20–30-х годов прошлого века – он включал земли от Астрахани до Вольска. Столицей сначала был Саратов, затем Сталинград. Какие выводы следуют из этого эпизода? Никаких.
В те же годы существовал Азово-Черноморский край со столицей в Ростове-на-Дону. А Северо-Кавказский край несколько лет имел столицу в Орджоникидзе (Владикавказе). В актуальной политике вопросов о возврате там нет. Есть они только в Волгограде. Мол, мы – пересечение всех путей, у нас была самая великая битва в мировой истории. С другой стороны, ничего хорошего тут нет, вот и пора присоединять область к соседям.
Есть суждение совсем апокалиптическое – вернуть все земли дореволюционным хозяевам. Иными словами, Заволжье и центральная часть области должны отойти Саратову, юг – Астрахани, юго-запад – Ростову (как преемнику Войска Донского), а северо-запад – Воронежу. Калмыкии – часть Светлоярского и почти весь Октябрьский районы. В этой фантазии число субъектов не уменьшается, так как Волгоград – Сталинград становится городом федерального значения. Витриной мужества и славы. Но без хозяйственно-политической функции.
Фантомные боли региона общегосударственного значения есть и в Астрахани. Но они не столь деструктивны и суицидальны, как у соседей. В Калмыкии боль иного рода.
В умопостроениях Эдгара Петросяна предлагается именно в Элисту перенести центр новообразования, потому что город почти одинаково удален от остальных столиц субъектов. Но лишить калмыков республики невозможно. Они слишком дорого заплатили за свою автономию, заслуживают ее. Необычный народ с удивительной историей стал форпостом России в сложные времена и оставался им всегда, даже после репрессий середины прошлого века.
Но главное, что переустройство административных границ – это в целом нежелательная практика для России сейчас. Административно-экономическое обоснование спорно, а политических предпосылок нет. Все слияния и поглощения регионов, которые прошли в прошлом десятилетии, – это интеграция в более крупные регионы совсем крохотных национальных территорий: Коми-Пермяцкий автономный округ вошел в состав Пермского края, а Усть-Ордынский Бурятский – в состав Иркутской области.
А еще для присоединения нужен референдум. Захотят ли астраханцы голосовать за объединение с Волгоградом? А наоборот? И где гарантия, что жители не потребуют референдум по другим темам, например, пенсионной реформе?
Вариант нового Каспийского ФО тоже нереалистичный. Не в интересах Кремля создание даже условных новых центров силы в регионах. Выше шанс объединения ЮФО и СКФО, кстати. Крым с Севастополем ведь вошли в ЮФО.
Итак, все эти фантазии выполняют две по-своему важные цели. Слухи держат в некоем тонусе региональные элиты, которые получают виртуальную конкуренцию. С другой стороны, и самим политическим экспертам есть что обсуждать в условиях вялой политической реальности.
Так что когда вновь прочтете про объединение регионов, знайте – это лишь гимнастика для умов».