Разгуляевка против Бейкер-Стрит. Волгоградский ученый о языковом наследии

Наступивший 2022 год объявлен в стране Годом народного искусства и нематериальных культурных ценностей. О роли языкового наследия с позиций современности мы поговорили с известным учёным-лингвистом, профессором Волгоградского социально-педагогического госуниверситета Василием Супруном.

Кто такая жалмерка?

– Чем выделяется наш край в плане языкового наследия?

– У нас тесно переплетаются традиции множества культур, народов, но самая мощная тема и богатейший культурный пласт, безусловно, казачество. В словаре казачьего диалекта, который является частью южнорусского, есть 16 тысяч слов, включая общеизвестные слова и словосочетания «атаман», «есаул», «здорово дневали» и т. п.

Изучая местный казачий говор, поражаешься, насколько эта мощная языковая традиция тесно связана с историей развития самого казачества. В южнорусских говорах иногда можно встретить словечки, выражения, что восходят корнями чуть ли не к первым векам нашей эры, той поре, когда не было ещё разделения различных древнеславянских диалектов на отдельные языки. Например, в ряде станиц и хуторов в южных районах Волгоградской области день поминовения усопших во вторник на Фоминой неделе называют Навской день. Похожие слова встречаются у чехов, болгар, сербов, словенцев, их корень тот же, что и у глаголов «ныть, унывать».

Есть и интересные более поздние языковые наслоения и заимствования. Взять известное казачье слово «жалмерка» в значении «жена солдата, солдатка». Слово происходит от польского «жолнежка» с тем же значением. И здесь мы видим прямой отсыл к боевым походам, к долгой службе казачества на самых западных рубежах тогдашней Российской империи.

Очень интересно наблюдать, как видоизменяются, эволюционируют народные говоры, диалекты со временем. Этот процесс вечен! Именно из казачьих основ выросла такая мощная литература, как произведения Михаила Шолохова, Фёдора Крюкова, Романа Кумова, других мастеров слова, включая нашего выдающегося современника Бориса Екимова.

– А насколько всё это языковое богатство востребовано сейчас?

– Весьма востребованно. Так, недавно я стал свидетелем онлайн-акции в нашей областной Горьковской библиотеке. Там проводили конкурс среди переводчиков по наиболее удачному переложению произведений Екимова на разные языки, включая английский, итальянский и даже китайский и персидский!

Эволюция продолжается: в наших заволжских деревнях, где столетия назад селились выходцы с Украины, до сих пор бытует выражение «двир проз двир» («двор об двор», дворы по соседству). При этом даже во многих регионах Украины так давно не говорят! Есть в этих селах за Волгой и традиции «маланковать» на старый Новый год, когда под окнами поют «маланки». А в остальных местностях юга России, Украины колядуют на Рождество. А вот на Дону не колядуют, а христославят. Задача науки – фиксировать изменения языка, диалектов.

Три ноты – это не фольклор

– Как вы относитесь к попыткам переложить казачьи песни на язык эстрады?

– Это несерьёзно. Хотя соглашусь – в оригинале казачьи песни неподготовленному слушателю воспринять достаточно сложно, они необычные. У нас в регионе носителем таких песенных традиций является известный ансамбль «Станица» под руководством преподавателя, исследователя-фольклориста из ВГИИК Ольги Никитенко.

В стилизованных как бы фольклорных песнях звучат фольклорные выражения, обороты речи, отдельные слова-диалектизмы. Но идёт сильное искажение, сознательная примитивизация, вплоть до никогда не существовавших в казачьих хуторах и станицах народных костюмов, манеры петь, танцевать, двигаться. Я уже не говорю про попытки свести интереснейшие народные мелодии к трём-четырём нотам. Примитивизация – это путь в никуда.

Думаю, те, кто хотя бы пару-тройку раз послушал в наших хуторах настоящие казачьи распевы, бабушек, чтящую традиции молодёжь, фольклорные коллективы Валентины Кубраковой из Алексеевского района, Якова Иванова из Новоаннинского, такие люди уже не будут называть эстрадные песни серьёзным фольклором.

Казаки – отдельная нация?

– Помимо диалектологии, вы также изучаете происхождение названий поселений, урочищ, рек, озёр и т. п. Какие загадки здесь до сих пор не разгаданы?

– До сих пор большая загадка – это происхождение самого раннего, дореволюционного названия нашей областной столицы – Царицын. Если отбросить легенды про неких ханских дочек и цариц, явно более позднее возникновение тюркского названия реки Сары-Су, точное происхождение этого древнего топонима пока не установлено. На старинных картах мы находим в наших краях величественную страну с названием Сара, но как этот топоним связан с названием нашего города, убедительной этимологии пока нет.

Есть, напротив, названия вроде бы загадочные, но в реальности довольно легко дешифруемые. Взять хотя бы Урюпинск. Как пишет В. И. Даль, в одном из народных диалектов слово «урюпа» имеет значение «плакса, рёва, хныкала». Слово с историей: например, в 1545 г. в Новгороде жил некто Урюпа, а в 1593 г. в Арзамасе – Урюпин Пятый Фёдорович.

Нематериальное наследие нашей местности богатейшее. Грех не использовать его для развития бизнеса, повышения турпотенциала региона. Тем более странно, даже дико видеть на карте нашего города всевозможные посёлки, жилые комплексы с названиями вроде «Бейкер стрит», «Адмирал-таун», «Доминант» и тому подобное. Почему бы не использовать красивейшие исторические названия: Разгуляевка, Новоникольское, Ельшанка и многие другие?

– Сейчас появляется немало литературы об отдельном от остальной России пути казачества. Насколько это исторически оправдано?

– С одной стороны, сегодня вроде бы много информации о языковых традициях, о происхождении тех или иных названий. Но в этом бурном потоке много, так скажем, вещей антинаучных, в том числе измышлений, псевдогипотез. Авторы таких «краеведческих» трудов, как правило, издают их, чтобы потешить своё самолюбие. Но такие исследования не проходят через научных рецензентов, консультантов. В итоге издаются крайне сомнительные опусы и «про отдельную нацию казаков», и про якобы отдельную от остальной России историю казачества, и про отдельный от русского языка самостоятельный «казачий гутор».

О том, чтобы после победы Третьего рейха над СССР страна была разделена на самостоятельные государства Великая Казакия, Идель Урал, Сибирь, мечтал ещё Геббельс. Получается, кто-то в силу своего невежества продолжает пропагандировать такие идеи.

Крайне досадно и то, что в целом ряде регионов страны – от Саратова и Воронежа до Калмыкии – давно изданы топонимические словари этих регионов, где систематизированы, собраны воедино все научные сведения о происхождении названий больших и малых поселений. У нас такого нет, и мы надеемся, что в наступившем году эта досадная несправедливость в Волгоградской области будет исправлена.