Цой жив в Арзамасе. Откуда в небольшом городе улицы имени звезды?
Вся наша жизнь связана с географическими наименованиями – топонимами. Мы где-то родились, где-то живём, куда-то переезжаем. Как Нижегородская область однажды лишилась Бабьей Гривы? Почему Арзамас стал городом погибших поэтов? Об этом «АиФ-НН» узнал у историка-урбаниста Сергея НИКИТИНА-РИМСКОГО.
Неблагопристойное – исправлять
Злата Медушевская, «АиФ-НН»: – Сергей, порой кажется, что географические названия возникают случайно: стоит храм – вот и назвали всю улицу в его честь. Так ли это на самом деле?
Сергей Никитин-Римский: – До Петра I топонимика страны формировалась естественным путём – карта регистрировала местные природные, хозяйственные и социальные ориентиры прежде всего через имена их владельцев. При Петре эту закономерность сменила топонимика декретная, государственная. В частности, волевым решением одни названия заменяли другими.
В эпоху Екатерины II топонимическое творчество власти достигло пика, получив чёткую орфографию и новое функциональное оправдание. В сентябре 1765 года началось грандиозное Генеральное межевание – установление точных границ отдельных владений. Оно шло до конца XVIII века. Так впервые подверглась систематизации
географическая номенклатура – в Российской империи наконец появились полные списки населённых пунктов.
– И оказалось, что не все названия звучат хорошо... .
– В постановлении от 31 октября 1767 года о регистрации данных о населённых пунктах особо оговаривался вопрос о переименовании земель, пустошей, речек, ручьёв и других урочищ, «оказавшихся при межевании с неблагопристойными названиями». Эти названия предлагалось исправлять без какого-либо специального уведомления или обсуждения.
Пример такого облагораживания: в 1779 году село Пьянский Перевоз Нижегородской губернии стало просто Перевозом. Вроде бы с карты убрали «пьянь». Однако на самом деле слово «пьянский» указывало не на вредные привычки местных жителей, а на реку Пьяна, на берегах которой произошло важнейшее историческое сражение суздальско-нижегородского войска под водительством князя Ивана Дмитриевича с татарами в 1377 году. После сражения князь утонул в реке, Рязань была взята, а Нижегородское княжество разграблено...
Впрочем, не вся Россия разом бросилась облагораживать топонимы. Екатерина II запустила исторический процесс, и до сих пор в разных уголках страны обнаруживаются «неприличные» наименования. Первым официальным переименованием, которое прошло в полном соответствии с советским законодательством, стала смена названия деревни Запердяжье в Ярославской губернии на Цветково (первое, неблагозвучное, название связано с тем, что рядом с населённым пунктом протекал ручей Запердяжка).
В 1960-е годы на Рязанщине переименовали Дурное, Собакино и многие другие сёла, в Горьковской области – Бабью Гриву, Суково и так далее. Видимо, негоже было с такими-то именами строить коммунизм...
Проявление любви народной
– Коммунизм надо было строить с именем Ленина. В каждом городе есть площади и улицы в честь вождя революции. Позже такой чести удостаивался, наверное, только первый космонавт Юрий Гагарин.
– Мало кто знает, но в 1927 году во ВЦИК было направлено ходатайство 216 советских административных работников о переименовании Москвы в Ильич. Ходатаи писали: «Название скажет больше уму и сердцу пролетариата, чем отжившее и бессмысленное, нерусское, не имеющее логических корней название Москва». Вот так.
Улицы и проспекты Гагарина почти сразу появились во всех крупных и не очень крупных советских городах после первого полёта человека в космос. При этом указ Верховного Совета 1957 года запрещал увековечивать память живых людей, но власти не стали останавливать стихийное проявление народной любви.
Кстати, раньше всех в стране на подвиг Гагарина отреагировали в Арзамасе Горьковской области. 12 апреля 1961 года, в среду, по счастливой случайности как раз заседал исполком горсовета. Он тут же постановил, что местная Гражданская площадь отныне будет площадью Гагарина. После полёта Германа Титова и ему в Арзамасе посвятили улицу – в новостройках.
– А как на географической карте страны возникли населённые пункты с диковинными названиями – Марс, например? Гости очень любят фотографироваться на фоне таких указателей.
– Космическая одиссея российской деревни началась в 1920-х годах. Тогда «звёздные» названия вроде Марса стали актуальны для крестьянских хуторов и артелей. В селе распространялись атеистические и естественно-научные знания, это и отражалось на названиях населённых пунктов.
Одна из коренных жительниц посёлка Марс в Орловской области, который образовался в 1922 году, вспоминала, что название выбрали на сходке мужиков. Приехал начальник из волости, достал какую-то карту и, тыча туда пальцем, рассказал, что Бога нет, а есть на небесах планета Марс. До неё далеко, как до этого посёлка. И его жители на сходке согласились быть марсовцами.
Кроме того, Марс называют красной планетой. В соответствии с тогдашним образным языком красная – значит большевистская.
Название Париж расцвело на нашей карте опять же в 1920-1930-х годах. Тогда славили Парижскую коммуну – революционное правительство Парижа, поднявшее в 1871 году красный флаг над городом. Большевики считали это событие первым мировым опытом диктатуры пролетариата. В советской России так стали называть улицы и площади. Длинное и экзотическое название «Парижская коммуна» было не слишком удобным, и его утрамбовывали до Паркоммуны.
Так чаще всего сокращают название своего посёлка и жители затона Памяти Парижской коммуны в Борском районе Нижегородской области. Правда, иногда затон становится для них Парижем, а порой – псевдовеличаво и иронично – Парижополем.
Звонкая стала Лазурной
– В своей новой книге «Страна имён: как мы называем улицы, деревни, и города в России» вы посвятили целую главу Арзамасу. Чем он уникален с точки зрения топонимии?
– После перестройки и борьбы за возвращение старых названий общество утратило интерес к топонимике. Практика наименований вернулась к советским нормам: генералы, герои, политики... Имена знаменитых деятелей культуры остаются на потом. Увы, до сих пор.
Именно зимой 1990-1991 года в Арзамасе первыми увековечили имя Виктора Цоя. Идея пришла в голову двум молодым женщинам, работавшим тогда в местном архитектурном управлении. Когда планировали новый микрорайон Кирилловский, городского регламента по присвоению названий ещё не было, и молодые архитекторы предложили свой вариант.
Первая в России улица Цоя – маленький проулок в частном секторе, между улицами Тилихина и Центральной.
Кстати, улица Тилихина – ещё один удивительный случай. Евгений Тилихин родился в Арзамасе в 1960 году, работал на местном приборостроительном заводе. Он скоропостижно скончался прямо за станком в ноябре 1991 года. Его имя дали улице, на которой Тилихин строил, но не достроил себе дом. Вероятно, это редчайшая ситуация, когда улица названа по имени несостоявшегося владельца дома на ней.
В начале 1990-х годов на карте Арзамаса появились улицы имени Владимира Высоцкого, Игоря Талькова, Марины Цветаевой. А рядом – стандартные советские названия: Весенняя, Школьная, Звонкая. От жителей жалобы были только по улице Звонкой, её переименовали в Лазурную...
– На ваш взгляд, стоит ли нижегородской улице Стрелка возвращать якобы её историческое название – Александро-Невская улица?
– Я считаю, что Стрелка, безусловно, звучит ярче и интереснее, чем предлагаемый вариант. Кстати, как показывает практика, и после переименования люди продолжают пользоваться топонимами, отменёнными по чьей-то не всегда умной воле.
Центральному железнодорожному вокзалу Рима – Термини – в 2006 году официально присвоили имя Папы Иоанна Павла II. Но кто вспоминает об этом сейчас в обычной жизни?
Если вдуматься, то топонимы – своеобразная машина времени. По сути, лишь топонимы Ярмарочный проезд. Портовый переулок напоминают, что Нижегородская ярмарка была «карманом России», а не районом, застроенным блочными домами.
Город – очень сложный организм, и одно властное решение не может изменить суть происходящих в нём процессов...