Как Сталин Трумэна переиграл
«Если бы мы опоздали на один–полтора года, то, наверное, испробовали бы этот заряд на себе». Эти слова, по воспоминаниям академика Юлия Харитона, Иосиф Сталин произнёс на церемонии вручения наград за «за исключительные заслуги перед государством при выполнении специального задания». Именно с такой формулировкой 29 октября 1949 года вышел указ о награждении сразу 845 человек. Но в чём же заключались эти особые заслуги? И о чём сказал Сталин?
29 августа 1949 года — один из величайших дней в истории. И нашей, и мировой. Всякие «лучше бы пенсионерам раздали» и прочие «люди с красивыми лицами», естественно, так не считают. Но кого интересует мнение статистической погрешности? Остальным же расскажем. Даже почти по порядку.
11 февраля 1943 года Сталиным было подписано решение Госкомитета обороны СССР о начале практических работ по созданию атомной бомбы.
Однако же не стоит думать, будто до этого в Советском Союзе не исследовали атом: ещё в 20х годах учёные страны, ещё аграрной, ещё переживающей разруху и прочие последствия интервенций и гражданской войны, вполне успешно вели исследования в самых прорывных по тем временам областях науки.
В 30-е в СССР, как и во всём прогрессивном мире, активно велись исследования атома, а идея же создания бомбы, чьё действие основано на цепной реакции, возникла примерно одновременно в США, Британии, Германии, СССР...
Советские учёные из Харькова (под руководством Фрица Ланге) ещё в 1940 году предложили схему с подрывом обычной взрывчатки, в результате которого из двух докритических масс радиоактивного вещества складывается критическая — то есть классическую на сегодняшний день. Тогда, правда, схему отклонили. Работы велись не только в Харькове: ядерной проблемой занимались как минимум ещё в Москве и Ленинграде. Однако же, на следующий, 41-й, год атомные исследования всё же засекретили и назначили куратора — Молотова. Но разработке советской ядерной бомбы помешало нападение Германии и её евросоюзников — стало не до того.
В том же 41-м были получены первые разведданные об аналогичных работах в США и Британии, потом — о координации усилий этих двух стран. Следующий год принёс информацию о работах по атомному вопросу в Германии. Вывод был однозначным: и союзнички, и противник заняты созданием нового, сверхмощного оружия.
К концу 42-го стало ясно, что США оказались впереди планеты всей, поэтому наша разведка сосредоточилась на добывании информации в Штатах… Сосредоточились настолько эффективно, что довольно быстро узнавали весьма и весьма важные сведения. Тогда же и было принято решение о возобновлении практических работ по созданию собственной урановой бомбы. Руководителем назначили физика Курчатова, была создана Лаборатория № 2 Академии наук СССР(ныне — Курчатовский институт)
Но полноценные работы по воплощению бомбы «в металле» смогли начать только после победы над Германией. Тогда же было начато строительство необходимой инфраструктуры. С нуля. В кратчайшие сроки появились будущие ядерные центры: «Челябинск-40», «Арзамас-16», Обнинск, возникли крупные научные институты и производственные мощности. Курировал проект уже Лаврентий Берия.
Перегнать Америку было невозможно, но догонять надо было срочно — время поджимало. Поджимало оно потому, что вероятность новой войны, уже с бывшими союзниками, была крайне велика. Правда, к ней нужно было подготовиться, и это время на подготовку как раз ставило сроки разработки советской бомбы.
Эта же спешка повлияла и на конструкцию РДС-1 (Реактивный Двигатель Специальный — так, в целях секретности, назвали будущую бомбу) Получаемые от разведки данные говорили о несовершенстве американской конструкции, наши физики могли предложить куда более рациональные решения, но перед ними стояла задача в максимально короткий срок получить рабочее изделие.
Чтобы понять всю серьёзность угрозы и причины спешки, достаточно вспомнить о сроках и деталях американских планов по нападению на СССР: «Пинчер» (1946), «Бройлер» (1947), «Бушвэкер» (1948), «Кранкшафт» (1948), «Хафмун» (1948), «Флитвуд» (1948), «Когвилл» (1948), «Оффтэк» (1948), «Чариотир» (1948), «Дропшот» (1949), «Троян» (1949).
Так, по плану «Чариотир», война должна была начаться с массированных налётов с использованием атомных и обычных бомб. Удару подвергались промышленные, политические и административные центры. За первый период (30 дней) собирались сбросить 133 атомные бомбы на 70 городов, причём на Москву – 8, на Ленинград – 7. Потом, за следующие два года, ещё 200 атомных и 250 тысяч тонн обычных. «Дропшот» предусматривал уже только на первом этапе сброс трёхсот ядерных бомб и четверти миллиона тонн бомб обычных. Всего же планировалось сбросить «целесообразное» количество ядерных зарядов и 6 миллионов тон обычных бомб. В целях экономии решили разработать баллистические ракеты. Согласно этому плану предусматривалась гибель ста миллионов советских граждан, а СССР делился на 4 зоны влияния.
Останавливали американцев лишь отсутствие нужного количество бомб и расчёты, прямо указывающие, что война даже с неядерным СССР грозит непоправимыми, неприемлемыми последствиями. А то и красным десантом в Нью-Йорк.
Короче, секретность создания РДС-1 была таковой, что американцы свято верили: ядерного оружия в СССР не будет раньше середины пятидесятых. Но…
29 августа 1949 года на полигоне под Семипалатинском взорвалась бомба массой 4,7 тонны, диаметром 1,5 метра, длиной 3,3 метра и мощностью 22 килотонны.
Шок за океаном был долгий: только 23 сентября Гарри Трумэн выступил с заявлением о наличии ядерного оружия у СССР. За океаном подорвались пятые точки. Суммарная мощность взрывов неизвестна.
За 4 года до этого, на Потсдамской конференции, Трумэн хвастался Сталину американскими успехами в атомной сфере. Тогдашнюю невозмутимость Иосифа Виссарионовича, обладавшего всей полнотой разведданных, приняли за банальное непонимание.
Прошло 4 года, Сталин и Трумэн поменялись местами. Сталин переиграл Трумэна. А количество ядерных зарядов у СССР для бывших союзников тогда оставалось тайной.
Так почему же 29 августа 49 года — один из величайших дней в истории?
Тогда США лишились ядерной монополии, мир в те дни не стал однополярным. А ещё не началась война. Более разрушительная и страшная, чем закончившаяся 4 годами ранее Вторая мировая.
Мы часто благодарим ветеранов Великой Отечественной за то, что живём. Но есть и те, кто спас нас ещё раз, спустя 4 года после Великой Победы. Те самые 845 человек, награждённые указом от 29 октября 1949 года орденами Ленина, Трудового Красного Знамени, «Знаками Почета». 30 из них стали Героями Соцтруда.
Наградили всех этих людей за великое дело — создание атомной бомбы. За безмерно трудоёмкую работу, невозможный без соответствующей научной и производственной базы. В СССР эта база была создана. Разведданные же помогали ровно двум вещам: быть в курсе американских разработок и не повторять ошибок бывших союзников. Разведданные повлияли лишь на сроки.
РДС-1 не стала точной копией американского изделия, ни внутри, ни снаружи: вся электроника была отечественной, аэродинамические расчёты производились у нас.
Заложенная ещё в те далёкие годы база помогла нашей стране не только не рассыпаться окончательно в самые тяжёлые времена, но и возродиться.