10 апреля 2025 года Ижевск празднует свое 265-летие

265 лет назад на берегу реки Иж закипела стройка — на излучине притока Камы по указанию владельца этих земель графа Петра Шувалова начали насыпать плотину. Запруда требовалась для приведения в движение молотов железоделательного завода, вокруг которого возник поселок, а затем и город. Когда родился Ижевск? В истории столицы Удмуртии есть несколько дат, претендующих на почетное звание дня рождения города. Самая известная из них — 10 июня. В этот день (22 июня по старому стилю) в 1807 году была основана контора Ижевского оружейного завода, то есть, по сути, будущий «Ижмаш», он же Концерн «Калашников». Дата очень близка ко Дню России, и уже много лет в столице Удмуртии День города отмечают 12 июня — удобно же, два праздника сразу. Кроме того, 10 июня 1921 года Ижевск стал столицей Вотской автономной области. Постановление об этом принял Президиум ВЦИК РСФСР. Тоже чем не повод для праздника? Годовщина обретения столичного статуса, как-никак. В то же время статус города бывший поселок при оружейном заводе приобрел лишь 21 февраля 1918 года — да и то «явочным порядком», решением местного Совета рабочих, крестьянских и солдатских депутатов. Москва его одобрила лишь несколько лет спустя. Но некоторые историки предлагают считать днем рождения города именно 21 февраля, тем более, что статус города «село Ижево» заслужило давно, и к Октябрьской революции вдвое превосходило по численности населения губернский центр Вятку — нынешний Киров. Официально статус города присвоили Ижевску лишь 6 июля 1925 года постановлением Президиума Совнаркома РСФСР. И опять вопрос: почему бы не это событие считать точкой отсчета для памятных годовщин? Но ведь Ижевск существовал задолго до того! И начало будущему городу было положено 10 апреля 1760 года. По старому стилю, кстати, это было 21 апреля. «Здесь будет город заложен» Разумеется, таких громких фраз при начале отсыпки плотины через реку Иж никто не произносил. Согнанные с окрестных деревень крестьяне вообще вряд ли были рады тому, что по велению его сиятельства графа Петра Ивановича Шувалова машут лопатами. И слова с их губ могли срываться даже совершенно непечатные, особенно когда тяжелая тачка с грунтом валилась набок, и надо было наполнять ее заново. Другое дело — горное начальство, в частности — доверенное лицо вельможи, берг-гешворен (горный инженер в звании, соответствующем армейскому поручику) Алексей Степанович Москвин. Он долго искал самое удобное для плотины место. Им, кстати, могло стать впадение в Каму реки Частой в нынешнем Пермском крае, такой вариант он подробно изучал. Но в итоге его выбор пал на крутой изгиб реки Иж. Местность он осмотрел в феврале 1760 года. В отчете о поездке Москвин доложил, что строить плотину и завод лучше всего именно здесь, «где леса и прочия удобности, кои никому не отведены, имеютца». Вскоре были составлены план и смета строительства объектов. До главной судоходной артерии края, Камы, здесь, конечно, добрых 40 верст, но пруд получится гораздо более полноводный, и приводимые в движение напором воды машины будут работать эффективней, посчитал горный инженер, и граф его идею поддержал. Таким образом, новые планы Алексея Москвина, основавшего несколько заводов, начали сбываться, и он, конечно, был рад их осуществлению. Событие это было зафиксировано в «Ведомости о казанских партикулярных заводосодержателях». Запись от 10 апреля 1760 года гласит: «Оной Ижевский железной завод для ковки из гороблагодатского чугуна железа начат строением собственным его сиятельства коштом 1760 года апреля 10 дня и состоит оной в Казанской губернии по Арской дороге на реке Ижу на государственной земле». «Образцовый порядок и аккуратность» На место стройки прибыли мужики из близлежащих деревень, приписанных к будущему заводу. Всего их сюда согнали около тысячи душ «мужеска пола», как говорили в те времена. Для более квалифицированных работ, чем вывоз земли, глины, камня и рубку леса, на реку Иж перевели мастеровых с принадлежавших Шувалову Гороблагодатских заводов на Урале. Их приставили к строительству гидротехнических сооружений, производственных корпусов, кладке горнов, установке и наладке оборудования. Довольно скоро территорию под затопление расчистили от леса. Дно котлована утрамбовали глиной. Рядом возвели будущие цеха и жилье. Кстати, считается, что строители плотины селились в избах, стоявших там, где уже в советское время появились пристань и ТЭЦ-1. Известно, что «костяк» плотины был составлен из бревенчатых конструкций, на которые пошли сосны и дубы. Деревья крепили одно к другому железными полосами, болтами и обручами. Между таких коробок и внутрь их забивали глину. Сверху запруду засыпали землей. Берег укрепили сваями с продольными брусьями. Через проделанные в плотине прорезы вода поступала на наливные колеса, которые приводили в движение механизмы — примерно так же, как на водяных мельницах. К 1763 году Ижевский пруд заполнился водой до запланированного уровня. Протяженность плотины составила 280 саженей, а высота — 4 сажени. Если перевести эти цифры в современные меры длины, получается около 598 метров в длину и чуть более 8,5 метра в высоту. О том, что место для металлургического производства было выбрано с умом, написал впоследствии немецкий ученый-энциклопедист, естествоиспытатель и путешественник на русской службе Петр Симон Паллас. Побывав в Ижевском поселке в 1773 году, он отметил, что «завод стоит в весьма выгодном месте и имеет в близости обширные леса, состоящие из самых лучших деревьев, воду в изобилии и прочее». Не обошлось и без комплиментов в адрес берг-гешворена Алексея Москвина. Академик засвидетельствовал, что трудами основателя предприятия молоты с приводом от плотины работают исправно, и во всем заводском деле «виден образцовый порядок и аккуратность, и заслуга и честь в этом принадлежит устроителю и организатору завода, горному офицеру Москвину». Из уст немца такая похвала, согласитесь, дорогого стоит. С упомянутых выше уральских заводов, названных по горе Благодать, в которой в 1735 году нашли богатое месторождение магнитного железняка, на Иж вскоре начали возить сырье — чугунные слитки. Их сплавляли по Каме до пристани, а затем перегружали на подводы и доставляли на завод. Первое кричное железо на заводе получили в 1763 году. Поначалу здесь делали также якоря для речных и морских судов — позднее эта специализация закрепилась за родным «братом» Ижевска, основанным в 1760 году Воткинском. А первое время продукцию с Ижа отправляли на Тульский завод, в Петербургский, Брянский и Варшавский арсеналы, Петербургское и Черноморское адмиралтейства. Вскоре на Ижевском заводе выдавали на-гора до 200 тысяч пудов железа в год. Но в 1774 году на предприятии побывал со своей ратью «мужицкий царь» Емельян Пугачев. Его подручные вырезали администрацию предприятия в полном составе, сожгли и разрушили все заводское хозяйство. В 1776 году производство восстановили, но следы пребывания повстанцев производили удручающее впечатление. Считается, что эта печальная картина подвигла начальника Гороблагодатских и Пермских заводов Андрея Дерябина основать в Ижевске в 1807 году оружейную фабрику, но это уже другая история. На графских развалинах А теперь несколько слов о благодарности потомков. В истории Ижевска было много личностей, без которых город не появился бы вовсе, либо остался бы небольшим поселком, затерянным среди бескрайних лесов. И первым в этой череде государственных деятелей, инженеров и промышленников стоит, безусловно, один из сподвижников императрицы Елизаветы, глава правительства империи к финалу ее царствования, генерал-фельдмаршал, сенатор, граф Петр Иванович Шувалов. Если бы не его «добро» на строительство плотины и завода на Иже — нынешней столицы Удмуртии не было бы на карте. Память основателя очень поздно, в 2015 году, была увековечена в городе скульптурой в зеленой зоне возле мэрии. Она, кстати, теперь называется сквером Шувалова. Также в честь графа в 2024 году переименовали южную часть улицы Свердлова в центре Ижевска. Однако есть предложение дополнить этот список. Известный ижевский историк и краевед Игорь Кобзев рассказал Udm-info, что именем основателя города логичнее было бы назвать часть Южной набережной, расположенную неподалеку от главной проходной Ижевского оружейного завода. Кроме того, там неплохо бы смотрелся памятный знак с геральдическим животным, изображенным на гербе графов Шуваловых, говорит ученый. «Основание Ижевска началось с Заречной Первой (Угольной) улицы, отмеченной до сих пор в топографии главной заводской проходной — Угольной (от угла или от провоза угля, по мнению О. В. Севрюкова). Как мне кажется, на этой угловой треугольной по форме береговой панорамной площадке (самой старой ижевской площади) хорошо бы установить памятный знак „месторождения“ нашего города-завода, например, в виде стелы с геральдическим шуваловским единорогом…, а участок самой первой ижевской улицы от „месторождения“ Ижевска до ТЭЦ назвать Графской набережной или Набережной графа Шувалова», — заявил историк. Сейчас Южная набережная носит имя Ивана Белобородова, возглавлявшего «Ижмаш» с 1956 по 1980 годы. Это тоже один из людей, без которых Ижевск был бы гораздо более скромным провинциальным городком. За годы его руководства «Ижмаш» из машиностроительного (главным образом оборонного) завода превратился в производственное объединение, включившее в себя ряд новых производств, в том числе мотоциклетное и автомобильное, а возле последнего возник целый район города, до сих называемый в народе «Автозавод». При нем же, кстати, построили продолжение старой набережной, до мотопроизводства с путепроводом над железнодорожной линией. Ее справедливо было бы оставить с именем дважды Героя Социалистического Труда И. Ф. Белобородова, а старую часть набережной — назвать Графской, предлагает Игорь Кобзев. «Переименование улицы Свердлова (бывшей Береговой) в „улицу Шувалова“ считаю менее удачной идеей», — поделился краевед с Udm-info.