Городская жизнь бьёт по ключам: в Казани стали пересыхать родники

Казанцы столкнулись с гибелью родников на участках, примыкающих к ценным природным территориям или расположенных прямо внутри них. Ключи, по всей видимости, не выдерживают усилившуюся антропогенную нагрузку. Где-то она больше, где-то — меньше. Однако даже в менее очевидных случаях можно усмотреть причины в многолетнем пренебрежении рекомендациями экологов. Даже когда речь идёт о стратегических запасах для Казани пресной воды.


СТРАТЕГИЧЕСКИЙ ЗАПАС В ОКРУЖЕНИИ КОТТЕДЖЕЙ

Из трубы знаменитого Серебряного ключа в Белянкинском лесу теперь течёт тонкая струйка — хотя ещё несколько лет назад вода хлестала здесь как из открытого на полную мощность крана. Даже на фотографиях видна очевидная разница между тем, как вода текла здесь ещё пару лет назад, и во что превратился ключ летом 2022 года...




Под Белянкинским лесом находится крупное месторождение подземных вод. Не случайно здесь ещё во второй половине XIX века появился Акинский водозабор, снабжающий водой Казань. Рядом течет 25-километровая река Киндерка, один из притоков Казанки, на котором в 2021 году разразилась экологическая катастрофа: русло Киндерки пересохло, из-за чего в реке массово погибла рыба. Сотрудники Минэкологии Татарстана нарушений природоохранного законодательства не выявили, но заявили, что "причиной высыхания стало уменьшение выхода подземных вод из двух родников, которые являются основными истоками р. Киндерка". Последнее списали на аномальную жару.


Профессор КФУ, заведующая кафедрой оптимизации водных экосистем Нафиса Мингазова согласилась с такими выводами лишь отчасти. По её мнению, ситуацию усугубила плотная застройка по берегам реки. Кроме того, профессор КФУ уже несколько лет подряд бьёт тревогу по поводу плотной застройки вокруг Белянкинского леса, которую предусматривает принятый в 2020 году генплан Казани.




Де-факто застройка вокруг Белянкинского леса уже и так ведётся вовсю, сетует экоактивист Тимур Ескараев.


— Я из этого родника лет сорок пил. Мы его никак не называли. Просто — родник в овраге, и всё. Вода была хорошая, вкусная. Целый ручей выкатывался через трубу. Но потом вокруг оврага началась застройка. Причём очень хитро поступили как всегда. "Вспомнили", что в Белянкинском лесу, несмотря на наличие взрослых берёз, есть сельхозугодья, все деревья там вырубили и перевели назначение земель под "индивидуальное строительство", — говорит Ескараев. —Ну, и начали строить и скважины бурить, судя по всему — вот водоносные слои и нарушились.


Независимый эколог Антон Бортяков соглашается: причиной усыхания родника могло быть "истощение или сдавливание пласта, что бывает при строительстве". Правда, он не исключает, что вода может ещё проявить себя где-то поблизости.


— Бывало, что, грубо говоря, приходят два человека с лопатой, начинают копать там, где раньше был родник, докапывают буквально в четыре копка до водоносного слоя и — хлоп! — пробой пошёл, снова потекло, всё зажурчало, — рассказывает Бортяков.


"МИНУС ДВА РОДНИКА"

Сам Бортяков обнаружил этим летом уничтожение одного из родников по соседству с особо охраняемой территорией "Русско-Немецкая Швейцария" — сразу за бизнес-центром "Татария" на улице Абжалилова. Причём в этом случае причина гибели родника однозначно была рукотворной. Расширяя место под стоянку, источник попросту завалили строительным мусором.




— Я не проверял, насколько чистая вода была в последнее время, но в детстве мы из него пили, когда на великах ехали в Русско-Немецкую Швейцарию. Вот этот родник был первым на нашем маршруте — прям сразу, второй был уже в овраге, до слияния с Чёрным ручьём. Этот второй в нижнем течении сильно пачкался из-за того, что в него впадала талая вода из снеговой свалки. Между гаражами и Арским кладбищем есть овраг отдельный. В него с советских времён свозили грязный снег с улиц, наполняя до самых краёв. Там образовался ледник, который даже к лету полностью не успевал растаять. Вода из него была очень мутная, и она впадала в ручей рядом с пляжем парка Горького. Поэтому ручей и называли чёрным. У него два источника водопитания было. Один вот с этой свалки снеговой, а второй — с двух-трёх родников по обеим сторонам от железнодорожного полотна, — вспоминает Антон Бортяков. — Там ещё остался родник, который упаковали в бетонный жёлоб, но он уже недоступен для питья — кто туда в этот бетонный колодец полезет? А ниже по течению, где он уже впадает в овраг, он, наверное, просто не пригоден для питья, потому что в бетонном жёлобе и мусор, и всякая листва туда падает… Но он хотя бы течёт, это всё равно — родниковое питание. А первый родник просто погребён под автостоянкой. Его просто засыпали строительным мусором.


 




— То есть эти грунтовые воды по-прежнему текут, но где они найдут выход наружу, непонятно?


— Трудно сказать, да. Тело насыпи железной дороги очень сильно наращивали после случая с провалом асфальта на Абжалилова несколько лет назад, а потом, когда дело сделано, эти, с бизнес-центра "Татария": "О, супер! А давай-ка мы продолжим свою стояночку там". И расширились. Если посмотришь на это место через Google-карты, там прямо свежая насыпь такая, она яркая прям. Песка насыпали они там, битого мрамора с облицовки какого-то объекта. Оно там сияет прямо это место. А раньше это был родничок. Так что минус два родника у нас.




Подписывайтесь на наш канал в Telegram. Что делать, если у вас заблокирован сайт "Idel.Реалии", читайте здесь.