Марат Каримов, «Сервис-Агро»: «По жизни равняюсь на отца и нашего президента»

Наследник картофельного магната из Арска о переезде на село, поздней весне и колорадском жуке

Год назад, после смерти депутата Госсовета Татарстана Габделхая Каримова, его сыновья взяли на себя управление делами в группе компаний «Сервис-Агро». Наследство досталось огромное — это и картофелеводческое хозяйство «Кырлай», и молочные фермы с молзаводом, и производство удобрений, и даже своя гостиница с кафе в Казани. О том, какой экономический эффект дают чипизация коров и собственный кормовой центр, о планах по строительству нового молочного комплекса на 1,2 тыс. голов в интервью «БИЗНЕС Online» рассказал совладелец ГК «Сервис-Агро» Марат Каримов.

Из Казани — в Арский район с любовью

— Марат Габделхаевич, год назад, после смерти отца, Габделхая Каримова, вы взяли на себя управлением предприятием — и не только картофелеводческим хозяйством ООО «Агрофирма «Кырлай», но и всей группой компаний «Сервис-Агро». С детства, наверное, учились работе на селе?

— Я городской житель, родился и вырос в Дербышках, учился там же. Но часто приезжал в Арский район вместе с отцом, видел, как он разговаривает с людьми: кого-то ругает, кого-то хвалит. До сих пор здесь его вспоминают теплым словом, потому что он всегда хорошо относился к людям, поддерживал — и не только по работе, но и когда у них были домашние, бытовые проблемы, сложности при оформлении документов и прочее.

Учился в торгово-экономическом институте, потом перевелся в сельскохозяйственный институт в Казани, окончил экономический факультет.

— То есть все равно сельскохозяйственное направление выбрали — с прицелом, чтобы вернуться сюда?

— Да, ничего другого мы и не умеем (смеется). По молодости разные амбиции были, думал заняться каким-то «городским» бизнесом, но все равно, когда сюда с отцом приезжал, по-другому себя ощущал — близко, по душе. Это, наверное, передается из поколения в поколение. 

— Ко времени гибели отца вы сколько лет уже работали в компании?

— Работа с отцом началась еще в 2010-х годах, во время учебы в институте я начинал снабженцем. Потом, у нас есть свой молокоперерабатывающий комбинат «Натуральный продукт» (расположен в селе Наласа Арского района — прим. ред.) — туда меня поставили директором, начали продавать молоко, ездить по точкам, развивать реализацию переработанного молока, строили свои точки — ларьки. Выпускали молоко пастеризованное, кисломолочную продукцию — творог, сметану, каймак, масло, сыры. Мощность завода — до 10 тонн сырого молока в сутки, но мы перерабатывали от 6 до 8 тонн, то есть это небольшое предприятие — для переработки молока с наших агроферм. Были планы по развитию завода — построили сырный цех на 400 квадратных метров, там хотели делать полутвердые сыры (голландский, российский), но в связи с утратой пока эти планы заморозили.

Плотно сельским хозяйством я занялся уже в 2018 году. Отец предложил мне приехать сюда, в агрофирму «Кырлай», здесь я и остался.

— С чего начали работу?

— Я приехал как раз во время уборки, в начале августа. Ездил по полям, смотрел, как идет сбор урожая, технику распределяли, ремонт проводили, планировали посевную кампанию озимых культур. И урожай в 2019 году выдался неплохой.

— Отец тоже сидел здесь, в этом кабинете (интервью проходило в Арском районе, в селе Старый Яваш)?

— Нет, он работал из Казани. Он же был депутатом Госсовета, ему требовалось постоянное общение с руководителями, с населением.

— А почему вы здесь решили обосноваться?

— Нравится мне здесь! Ложится мне сельское хозяйство на душу. Привлекает этот ритм и сельский уклад жизни.

— Вы и семью сюда перевезли?

— Да, семья в Арске живет. Жена тоже казанская, но с пониманием отнеслась к переезду, привыкла.

«Не болел, ни на что не жаловался. Сердечная недостаточность»

— И вот в феврале 2020 года Габделхая Юсуповича уже не стало. Что случилось — он болел или это была внезапная смерть?

— Не болел, ни на что не жаловался. Сердечная недостаточность.

— То есть в одночасье вам пришлось все брать в свои руки. А другие братья и сестры у вас есть?

— Есть родной братишка Айрат и сестренка Язиля.

— Кафе «Язиля» в Казани (тоже входит в ГК «Сервис-Агро» — прим. ред.) в ее честь, получается, назвали?

— Да, отец так решил. Она, как у татар говорят, төпчек кыз (с тат. яз. — младшая дочка — прим. ред.), на 10 лет меня младше, сейчас замуж уже вышла.

— Брат с вами работает?

— С ним мы вместе ведем отцовский бизнес, все его начинания продолжаем. Айрат базируется в Казани, он ведет направление производства и реализации средств защиты растений и удобрений. Гостиница «Шушма», кафе «Язиля», гостиничный комплекс в Кырлае — это тоже его зона ответственности. На мне — все сельское хозяйство. Мы так решили и так правильно, я считаю.

— Расскажите немного про историю создания «Сервис-Агро».

— Организация «Сервис-Агро» была основана в 1996 году, она специализировалась на продаже средств защиты растений, по республике мы реализовывали эту продукцию. В 2004-м к нам перешла агрофирма «Кырлай», потом в 2008-м — агрофирма «Игенче» и в 2017-м была выкуплена компания «Центральная» (бывшее подразделение «Вамин-Арчи») и еще ряд предприятий в районе. Мы их объединили и получилось две агрофирмы — картофелеводческое хозяйство «Кырлай» и «Игенче», которое занимается смешанным растениеводством и животноводством.

— На сегодняшний день какой общий земельный банк?

— По двум агрофирмам — 25 тысяч гектаров, из них у «Кырлая» 11 тысяч и 14 тысяч у «Игенче». Земли мы арендуем пайщиков.

Картофельный «монополист»

— Хочется поговорить про картофелеводство. Помнится, в советское время всех городских жителей осенью гнали «на картошку», а сейчас в Татарстане немного таких хозяйств осталось. Какая у вас доля по республике?

— Мы производим примерно треть всей картошки в Татарстане, накапываем порядка 30–35 тысяч тонн в год. У нас есть свои картофелехранилища в Новом Кырлае — на 35 тысяч тонн. Мы первыми в республике начинаем копать картошку, так как возделываем самые ранние сорта, заходим на поле в первой декаде августа, и тут же начинаем упаковку и реализацию. Также выращиваем столовую свеклу, морковь, капусту. Пробовали производить зелень, сейчас строим для этого теплицу.

— Где продается ваш картофель? На полках магазинов в Казани можно встретить картошку со всех уголков света — из Израиля, Египта… Как удается конкурировать с импортной продукцией, договариваться с сетями?

— Из торговых сетей напрямую мы работаем только с «Эдельвейсом», цену даем конкурентоспособную, невысокую. В Казани нашу картошку можно купить на сельскохозяйственных ярмарках, которые организует министерство сельского хозяйства и продовольствия РТ. С другими торговыми сетями не работаем — слишком высокие требования по размеру, внешнему виду картофеля, упаковке плюс бонусы, штрафы… Поэтому в основном мы реализуем картофель оптом, отправляем в Казань, Самару, Набережные Челны, Санкт-Петербург. Нам этой реализации пока хватает. Были планы по запуску линии по мойке и упаковке картофеля в сетки-«домики» по 2,5 килограмма, но пока они приостановлены.

— Какая картошка самая вкусная?

— Конечно, произведенная в Татарстане (смеется)! Нельзя сказать, что самый вкусный красный картофель или белый. Кому что нравится: для кого-то важно, чтобы картошка хорошо разваривалась, кому-то — чтобы она дольше лежала.

— Как боретесь с колорадским жуком?

— Наши средства защиты растений позволяют полностью избавиться от этого вредителя. У нас нет его на поле, потому что обрабатываем семена сразу перед посадкой.

Чипизация коров и победа над лейкозом

— Чем занимается агрофирма «Игенче»?

— Растениеводством и животноводством. У нас 3,5 тысячи голов КРС, основное направление — молочное животноводство. Мы были первыми по Татарстану, ктоприсоединился к программе чипизации крупного рогатого скота, и не жалеем. Начинали с телят, но потихоньку всех животных чипируем. При помощи этого у нас получается отследить животное от рождения до обеденного стола — можно узнать, на какой ферме росла корова, что ела, чем болела, на какой мясокомбинат потом пошла туша и так далее. Мы отправляем эти данные в районное ветеринарное управление и знаем, что с таким номером теленок только у нас в России имеется. Там уже не будет кличек животных — Йолдыз или Машка, а будет конкретный номер, который есть только у твоей коровы или быка. Для нас подобное уже стало обычным делом, более 400 голов уже прочипированы, планируем продолжить эту работу.

— Учет ведь не ради учета, дает чипизация вам какую-то экономическую выгоду?

— Учет сам по себе уже дает прибыль, потому что, когда повышается контроль, уменьшаются расходы, снижается потребление ресурсов (ветеринарных препаратов, кормов и прочее). Общий порядок появляется в хозяйстве.

— Как решаете проблему лейкоза скота? Марат Азатович (Зяббаров, министр сельского хозяйства РТ — прим. ред.) сказал, что, если хозяйства не разберутся с проблемой к следующему году, могут лишиться субсидий.

— У нас «чистые» хозяйства, нас проверяют, но лейкоз по нулям. И я даже не помню, чтобы он когда-то был, так что с этим все в порядке. И скажу по секрету, мы планируем строительство в 2022 году нового молочного комплекса на 1,2 тысячи голов дойного стада (доильный зал «параллель»). Я поездил по Татарстану и по соседним республикам, побывал у передовиков производства, посмотрел соотношение «цена-качество». Это будет современная ферма. Сейчас начинаем заниматься оформлением земли.

Сегодня мы надаиваем по 13 тонн молока в сутки, после строительства нового молочного комплекса будет более 20 тонн. Молоко мы перерабатываем как на собственном молочном заводе (там планируем запустить производство сыра), также сдаем молоко на Арский молочный завод, на Казанский молочный комбинат.

— Сейчас много программ реализуется в Татарстане — по строительству кормоцентров, растворных узлов. Вы в них участвуете?

— Растворный узел построили в прошлом году, это была рекомендация минсельхозпрода. Мы посидели, посмотрели и поняли, что подобное очень выгодно получается. Все удобрения и СЗР теперь сможем смешивать в одном месте. Готовые растворы даем опрыскивателю, подвозим, он только опрыскивает. Вода тоже серьезную роль играет — если она жесткая, то хуже усваивается. Поэтому воду мы смягчаем при помощи специальных препаратов, без растворного узла не получится качественно все размешать. До конца все удобрения «входят» [в землю], в заданной концентрации. Усвояемость препаратов, подготовленных в растворном узле, повышается от 30 до 50 процентов плюс контроль и экономия.

В Старом Яваше у нас есть свой комбикормовый завод, там мы доустановили программу Rev Agro. Она позволяет нажатием кнопок на компьютере изготавливать корм по определенной рецептуре, вести учет того, какие компоненты включены в комбикорм, в каком соотношении. Допустим, пшеницы должно было войти 20 процентов, а вошло 19 — программа это показывает. Раньше все делалось на глазок. То есть для животных формируем правильный, полезный рацион. Сейчас еще заключили договор с Dairy Comp (программа управления стадом).

Готовимся в этом году построить свой кормоцентр — 30 процентов стоимости уже оплатили. Производитель из Кукмора — компания Smart, в мае обещали привезти, установим здесь же, в Старом Яваше. Кормовой центр позволяет готовить полноценные, многокомпонентные корма для разных типов КРС (раздойные, сухостойные коровы, молодняк и другие). Пока будем готовить корма только для своих хозяйств, но в перспективе есть такие размышления, что можем и на продажу.

— Какая-то экономическая выгода есть от централизованной подготовки комбикормов?

— Мы подсчитали, что растворный узел и кормоцентр в течение года должны себя окупить. Как раньше было: сегодня у кормача есть настроение — он хорошо корма подготовил, завтра нет настроения — каких-то компонентов, соли, премиксов не доложил, а послезавтра, наоборот, положил больше необходимого. То есть по факту одно и то же количество кормов «заходит», а эффекта нет, удои и привесы не растут! После запуска кормоцентра планируется, что производство молока возрастет на 1,5 тонны в сутки, это примерно по 2–2,5 литра на корову. Привес молодняка за счет правильного питания, как мы предполагаем, увеличится процентов на 25–30.

Партнер «Августа» и «Аммония»

— Что касается средств защиты растений, они же у вас тоже, что называется, свои. Расскажите про это направление бизнеса.

 — Наша компания занимается продажей химических препаратов для защиты сельскохозяйственных растений от сорняков, болезней и вредителей. Мы являемся дилерами таких крупных компаний, как «Бойер» (Германия), «АФД Кемикалс», Lysterra и других. «Сервис-Агро» — основной поставщик ядохимикатов для сельскохозяйственных производителей республики.

— С «Аммонием» тоже работаете?

— Да, но по другому направлению: закупаем у них часть сырья для изготовления собственных удобрений. В 2015 году на Высокой Горе мы построили завод по производству микроудобрений под торговой маркой Batr, это наше патентное производство. Есть разные виды данной продукции — для зерновых, рапса, картофеля, овощей, хвойных растений, Batr цветочный и даже «антистресс». Каждый год расширяем ассортимент, в 2021 году добавились «сыпучие» удобрения.

На базе завода работает лаборатория по анализу и техническому контролю выпускаемой продукции. Наш научно-производственный центр «Сервис-Агро» оказывает услуги по агрономическому сопровождению. У нас есть специалисты, которые выезжают на поля, срезают ростки пшеницы, ржи и других культур, измельчают, и в течение 10 минут аппаратура показывает, каких микроэлементов не хватает растениям — магния, молибдена, кальция, серы, или чего-то в избытке. И мы в течение двух-трех дней можем составить уже готовый продукт для внесения на поле, то есть препарат, который конкретно на этом поле будет улучшать все показатели.

— Какой объем реализуете средств защиты растений, удобрений?

— При жизни отца процентов 40–50 пашни республики «Сервис-Агро» обеспечивал. Но с каждым годом конкуренция усиливается, какие-то новые препараты появляются, другие производители.

— Компания «Август» на пятки наступает?

— «Август» нам не конкурент, а партнер, мы заключаем с ними договор на реализацию их продукции нашим партнерам. Сейчас наша доля рынка в Татарстане — около 20 процентов. Многое здесь построено на личных отношениях. С некоторыми компаниями мы работаем не первый год, и они уже убедились в эффективности наших препаратов и продолжают сотрудничать.

— Как планируете дальше удерживать рынок?

 — Будем работать так же, на совесть, новые препараты станем тестировать. У нас есть свои делянки, где мы испытываем свои препараты. Если они показывают хороший результат, запускаем в производство.

47 центнеров с гектара

— В 2020 году у ваших хозяйств была очень хорошая урожайность по зерновым, одна из самых высоких в республике — более 47 центнеров с гектара. Вы же своими препаратами пользуетесь?

— Да, только своими. Конечно, год выдался удачным, но и удобрения и средства защиты растений играют немаловажную роль в формировании урожая. Таких результатов нам удалось достичь соблюдением всех технологий: вовремя посеять, опрыскать, внести удобрения. Земля у нас в Арском районе суглинистая. Думаю, можно и больше урожая получать, но здесь уже Аллах решает.

В 2020-м собрали урожай зерновых около 20 тысяч тонн, с учетом сложившихся в прошлом году цен получился неплохой заработок, «поддержка штанов». Но на сегодняшний день цены оставляют желать лучшего.

— Из-за введения экспортных пошлин на зерно, наверное, цены пошли вниз? Каков прогноз по ценам на зерно в 2021 году?

— Здесь много факторов влияет: как скоро придется весна, засушливое ли будет лето. А от себя мы делаем все, что необходимо. Нами закуплено около 100 килограммов действующего вещества на гектар пашни, а планируем набрать 120 килограммов, это очень много считается. Выдержим всю технологию, а далее, как говорится, как Аллах даст.

— Вы очень много удобрений используете, президент всегда просит — хотя бы 70 килограммов на гектар набирать, а вы почти в два раза больше, это же деньги!

— Но и дополнительный доход. В сельское хозяйство нужно вкладывать.

— Я знаю, что в вашем большом хозяйстве также есть небольшой рапсовый завод?

— Да, в 2019 году мы поставили оборудование по двойной выжимке рапса, он выпускает жмых и рапсовое масло. Жмых мы отправляем на изготовление комбикормов на нашем комбикормовом заводе, а масло реализуем оптовикам — с нами работает и «Нэфис Косметикс».

— У вас такая цепочка производственная — ничего не пропадает! Поговорим про урожай 2021 года. Каково состояние озимых?

 — Россельхознадзор приезжал, состояние озимых хорошее, даже отличное, перезимовали 100 процентов посевов. Но ранней весны не будет. В 2020 году мы 16 марта уже выходили на подкормку озимых (16 марта в 2021 году в республике лежали снега почти в рост человека — прим. ред.). Запас влаги в почве хороший, теперь все будет зависеть от прихода весны.

Оцифровка полей, дроны и мелиорация

— Современные цифровые технологии используете для контроля за посевами?

— Да, мы и квадрокоптеры запускаем на поля. На каждом опрыскивателе, комбайне, тракторе (комбайны и тракторы у нас марки New Holland, тракторы Horsch), сеялке у нас установлены GPS-навигаторы, которые показывают, правильно ли машина идет по полю, имеются ли отклонения, через компьютер контролируются нормы высева. 

Проведена оцифровка пашни, с 2017 года мы ведем электронную историю полей. Подобное помогает соблюдать севооборот и добиваться лучшего урожая. Раньше эти данные записывались в бумажном журнале, сейчас с любого устройства можно зайти и посмотреть, что помогает быстрее принимать решения.

— Сейчас модной становится технология no till (обработка полей без вспашки — прим. ред.), применяете ее на своих полях?

— Мы интересовались данной технологией, но сами пока не применяем. Наверное, консервативно относимся к ведению сельского хозяйства, есть понимание, что земля должна быть возделываемой. Это лично наше мнение, может быть, когда-то перейдем к такой технологии, но не теперь.

— Есть ли планы по развитию растениеводства?

 — В том году закупаем дополнительно две дождевальные машины «Казанка» производства наших ребят, казанских (Казанский завод оросительной техники — прим. ред.), для обработки овощей, картошки, но хотим еще на кормовых культурах попробовать, на кукурузе. У нас уже 16 штук такой техники работает, под поливом находится около 2 тысяч гектаров пашни.

В прошлом году к нам приезжал Дмитрий Вячеславович Сорокин, директор департамента мелиорации МСХ РФ, вместе с министром сельского хозяйства РТ Зяббаровым они дали добро на увеличение орошаемых пашен — на 300 гектаров дополнительно. По федеральной программе мы получим субсидии, на данные средства от плотины к нашим полям будут проложены трубы, помимо этого, средства заложены и на закупку дождевальных машин. Проект рассчитан до 2025 года, для нас это большой шаг вперед. В первую очередь речь идет о картофельных полях: картофель любит влагу, если его поливать, он хороший урожай дает. Средняя урожайность у нас выходит 35–40 тонн с гектара, но зависит от года.

— В нашей республике к мелиорации особое отношение, первый президент РТ Минтимер Шаймиев был министром мелиорации в прошлом.

— Да, и у департамента мелиорации к нам, хозяйствам, тоже хорошее отношение. Любой вопрос они помогают решать, не было такого, чтобы запчасть не приехала или обещанная программа не выполнялась.

— Засуха 2010 года сильно затронула ваши хозяйства?

— У Габделхая Юсуповича хорошая политика была, грамотно работали по многолетним травам, обновляли ежегодно по 600 гектаров пашни. Когда другие хозяйства возили с Кирова, с Марий Эл, мы сами зимой продавали сенаж и силос. Три укоса удалось собрать. Так что 2010 год для нас был прибыльным, все в убытке оказались, а мы в прибыли!

— В РТ недавно принят закон об органическом земледелии. Ваша компания учитывает возрастающий интерес ко всему органическому и натуральному?

— Мы думали об этом, и скажу вам по секрету, готовим целое поле площадью 250 гектаров — хотим попробовать выращивать зерновую пшеницу «органик», удобрять почву будем только навозом. Посмотрим, какая урожайность получится, по какой цене она выйдет, будет ли спрос. С Фатихом Саубановичем (Сибагатуллиным — депутатом Госдумы РФ от РТ — прим. ред.) мы по этой теме советовались. Кстати, мы каждый год вывозим навоз в поля, буртуем около 30–40 тысяч тонн и потом разбрасываем, что помогает нам улучшать структуру почвы, она становится более темной и плодородной.

Коронавирусный год

— Ровно год вы лично возглавляете предприятие, и он выдался непростым, ковидным. Сильно ли по вам ударили ограничения?

— На сельском хозяйстве COVID-19 практически не сказался, благо наше государство с пониманием к нам отнеслось, иначе последствия могли быть очень и очень плачевными. Мы выполняли все требования санэпидемстанции, до сих пор есть требование по ношению масок, санитайзеры везде установлены, понимаем, что подобное вынужденные меры. Прошли через это, Аллага шекер (с тат.яз. — благодарение Богу — прим. ред.), без всяких последствий и утрат.

— Перенесемся в Казань, где у «Сервис-Агро» есть гостиница «Шушма», кафе «Язиля». И в Кырлае у вас также имеется гостиничный комплекс, где зимой базируется резиденция Кыш Бабая. Как они пережили весенне-летний локдаун?

— Нормально, кафе и ресторан мы поддержали, людей сокращать не стали, коллективы сохранили. У нас же холдинг — в какой-то период сельское хозяйство помогает, в какой-то — общепит, услуги или средства защиты растений.

— Как говорится, держите яйца в разных корзинах.

— Да. Но количество постояльцев, посетителей, конечно, уменьшилось после открытия, так как резко сократилось число туристов. У нас есть договора с туристическими агентствами, к нам в кафе туристы заезжают, чтобы познакомиться с традиционной татарской кухней — эчпочмак, вак-балиш, чак-чак и так далее, все из продуктов, выращенных на полях Татарстана. Но в прошлом году туристов было, наверное, раза в три меньше, чем в 2019-м. Зимнюю резиденцию Кыш Бабая в этом году удалось открыть, но народу тоже оказалось меньше обычного. Но в 2021-й смотрим с оптимизмом, планы у нас грандиозные!

— Расскажите, как поддерживаете кадровый состав?

— Постепенно молодеет наш коллектив, мы поощряем молодежь (хотя с ними и непросто порой работать). У нас уже построено пять домов по программе ГЖФ, в них живут наши молодые специалисты, по истечении пяти лет они смогут выкупить дом по номинальной стоимости. С аграрным университетом имеем договор, к нам на практику отправляют студентов — летом они трудятся, получают зарплату, потом защищаются и возвращаются к нам работать.

— В последнее время все чаще говорится о введении контролируемых цен на подсолнечное масло, сахар, а нужны они производителям?

— Мне кажется, что это благо, если заранее знать, по какой цене у нас станут забирать сырье, мы могли бы лучше планировать дальнейшие действия. А не так, что сегодня неясно, какая цена будет на продукцию в следующем месяце и что нам делать.

Мотоспорт, чаепития с мамой по выходным и равнение на президента

— Расскажите про себя, где вы сами учились, работали?

— Как уже сказал, учился я в Казани, после школы окончил Суворовское училище, потом сельскохозяйственный университет. После окончания вуза работал менеджером в отделе сбыта «Сервис-Агро», потом был назначен директором молкомбината, затем уже пришел сюда, в агрофирму «Кырлай».

— В депутаты не планируете баллотироваться, как ваш отец?

— Пока нет таких планов. Рано, я так думаю.

— Помимо работы, чем увлекаетесь, есть отдушины?

— Занимаюсь в спортзале, мотоспорт мне нравится — катаюсь на горном мотоцикле Enduro. Вместе с другом, чемпионом России по классу Enduro, мы ездим в Киндерях, на Юдинском карьере. Для меня это не спорт, а увлечение, позволяет отвлечься от работы, сбросить пар, очень интересный вид спорта.

— Чем занимаются родные?

— Дети в школу ходят, дочка увлекается рисованием, пасынок играет в футбол. В выходные мы все стараемся приезжать в Казань, к маме, чай пить, снег чистить.

— Лет через 5–10 кем вы себя видите? На кого равняетесь?

— Еще более опытным руководителем сельскохозяйственной компании. По жизни я равняюсь на отца и нашего президента. Рустам Нургалиевич Минниханов в свое время работал с моим отцом. Нынешний президент РТ тогда был главой Высокогорского района, а мой отец — начальником управления сельского хозяйства района.

— Какие воспоминания из детства у вас остались об отце?

 — На елку вместе ездили, на работу он меня брал с собой, машину научил водить — с 10 лет уже за рулем, хотя до педалей едва доставал. Он учил нас добиваться своего, до конца доводить любое дело, любить свою семью и детей.

— Наш традиционный вопрос — три секрета ведения успешного бизнеса?

— Честным нужно быть в бизнесе, надежным. Всегда заниматься саморазвитием и любить свою работу.

— Спасибо большое за интервью!