Дрожит земля под тяжестью орудий…

Черчилль поздравляет с Днём Красной Армии, скрывая растущую тревогу по поводу её успехов на востоке Германии

После месячной осады советские войска взяли крепость Познань, которую Гитлер называл неприступной. Немецкий генерал – начальник гарнизона крепости – застрелился.

Войска 2-го Белорусского фронта (командующий Константин Рокоссовский) ведут наступление в Восточной Пруссии с целью выхода к побережью Балтийского моря и расчленения группировки противника. Южнее лишь ограниченным успехом закончилась Нижне-Силезская операция 1-го Украинского фронта (Иван Конев). Сказывается недостаток средств и недооценка командованием противника, ещё сохраняющего боевые возможности.

Советские газеты помещают многочисленные карикатуры на гитлеровский «фольксштурм». В них он выглядит жалким сборищем стариков и младенцев. Он действительно плохо обучен, недостаточно вооружён, но уже первые бои с нацистскими ополченцами показывают, что это опасный, готовый драться с фанатичным упорством противник.

В боях на Одере немцы впервые применили реактивные истребители Ме-209, уже названные Гитлером «машинами немецкой судьбы». Впрочем, две «судьбы» в первых же боях сбиты нашими асами Иваном Кожедубом и Евгением Савицким.

Между тем 9-я американская армия вышла к Рейну южнее Дюссельдорфа, а тяжёлые бомбардировщики союзников совершают массированные удары по коммуникациям противника в Германии и Австрии. Впрочем, в условиях полного господства англо-американцев в воздухе это не столь сложная задача.

Празднуется 27-я годовщина Красной Армии. В приказе по этому поводу Сталин подводит итоги последних недель войны: «За сорок дней наступления в январе – феврале 1945 года наши войска изгнали немцев из трёхсот городов, захватили до сотни военных заводов, заняли свыше 2400 железнодорожных станций, овладели сетью железных дорог протяжённостью более 15 тысяч километров…»

А британский премьер Уинстон Черчилль в своём приветствии, присланном по этому поводу, писал: «Будущие поколения признают свой долг перед Красной Армией так же безоговорочно, как это делаем мы, дожив до того, чтобы быть свидетелями этих великолепных побед».

Никогда ещё в отечественной истории авторитет нашей армии в мире не был столь высок. Впрочем, «великолепные победы» восточного союзника всё более тревожат Черчилля. Теперь в его намерениях – занять как можно большую территорию Германии и опередить советские войска в овладении Берлином.

Газеты Татарии сообщают данные о награждённых воинах-земляках. Орденов и медалей удостоены около 68 тысяч, звания Героя Советского Союза – 95 человек. Цифры эти неполные, да и война продолжается. Сейчас установлены имена ещё 155 татарстанцев, получивших это звание в годы войны.

Впереди – Берлин. В «Красной Татарии» публикуются стихи поэта Кави Наджми (в переводе публициста Бруно Зернита):

Вот огласятся улицы

      на Шпрее

Призывом человечества

      всего:

Накиньте цепи Гитлеру

      на шею

И волоките к площади его.

Со сворою,

      рождённой для разбоя,

Предстанет людоед

      перед судом,

За зверства

      он ответит головою

И всем своим

      презренным существом.

Дрожит земля

      под тяжестью орудий

И всюду гул

      взрывающихся мин.

И мы идём, как воины и судьи,

Дорогами, ведущими в Берлин.

Другой автор – журналист «Красной Татарии» – приводит разговор двух казанцев. «Далеко ли нашим до Берлина?» – спрашивает один. «Да нет, – отвечает другой. – Не дальше, чем от нас до Арска».

До конца войны остаётся одиннадцать недель.