Мог играть за сборную СССР на ЧМ-70, но оказался в тюрьме. За что пострадал великий футболист Сичинава
Георгий Сичинава — легенда тбилисского «Динамо» и один из самых ярких футболистов СССР 1960-х. Талантливый полузащитник из Гагр феерил на правом фланге и помогал родному клубу греметь на всю страну: в 1962-м «Динамо» с Сичинавой взяло бронзу чемпионата СССР, а спустя два года — золото!
При этом, Георгий мог похвастаться и личными достижениями. Он трижды попадал в список 33 лучших футболистов сезона в СССР, а еще установил уникальный рекорд — к 21 году провел за «Динамо» 118 матчей: никто до него, и никто после в СССР даже не приблизился к такому числу матчей в Высшей лиге в этом возрасте.
Разумеется, столь яркого полузащитника не обделяла вниманием и сборная СССР. Он дебютировал за национальную команду в 1964 году и спустя два года отправился на чемпионат мира в Англию, на котором СССР занял четвертое место. После он должен был поехать и на ЧМ-1970 в Мексику, однако вместо этого в 25 лет оказался в тюрьме.
Почему Сичинаву обвинили в изнасиловании: «Я дружил с ней несколько лет»
Жизнь и карьеру Сичинаве испортил его взбалмошный характер. Горячая кровь вкупе с упрямством регулярно провоцировали его на нарушение дисциплины.
«Я был очень упрямым… Что касается нарушений режима, то в «Динамо» Тбилиси это чаще всего выражалось в том, что я мог без разрешения поехать в Гагры — очень скучал по родному городу. А в сборной СССР я во время зарубежных поездок мог отлучиться в город, засмотреться на девушек и купить то, что не разрешалось. Например, какие-нибудь хлопушки… Их все равно отнимали на таможне», — признавался Сичинава.
При этом, Георгий хулиганил не только в повседневной жизни, но и на поле. За различные выходки футболиста семь раз (!) дисквалифицировали, а однажды футболиста даже арестовали.
В 1965 году в Баку на матче чемпионата СССР «Динамо» Тбилиси — «Нефтяник» Сичинава срубил соперника — Эдуарда Маркарова, а тот от обиды сказал судье, якобы Георгий наговорил нехорошего про его маму. Тут-то и началось самое интересное.
«Судья в крик: «Уходи с поля!» — «За что выгоняешь?! Три минуты остается! — говорю. — Что я тебе такого сделал?» Уже и Маркаров за меня заступается. А этот уперся: «Все!» Вот тогда я схватил его за живот! Он как начал кричать, этот судья! Ох! Знаешь, как кричал? Вовсю! «Ва-а…» Тогда же у судей животы были не очень крепкие. Было, за что хватать. А на трибунах ужас что творилось», — вспоминал полузащитник.
4 июля, 1965 года. Футболисты сборной СССР с Пеле после товарищеского матча с Бразилией (0:3). Сичинава слева.
За такие вольности Георгию впаяли условную дисквалификацию и вызвали к министру внутренних дел Грузинской ССР Эдуарду Шеварднадзе. Тот приказал арестовать дебошира и на три недели отправить его служить в 8‑й милицейский полк в Тбилиси.
Впрочем, перевоспитать футболиста так и не получилось. Спустя несколько дней Георгий сбежал, чтобы снова играть. Лишь благодаря огромному авторитету Сичинаве удалось тогда отмазаться от наказания.
Впредь за проступки полузащитника прощали еще несколько лет, пока в конце 1960-х терпение властей, наконец, не закончилось. Это случилось после рядового разговора, на котором недальновидный футболист невольно подписал себе приговор.
«Из Москвы в Тбилиси поступил сигнал о том, что я нарушаю дисциплину в сборной СССР. Руководству грузинского общества «Динамо» было поручено провести со мной воспитательную работу. Меня позвали к руководителю общества «Динамо» (шел 1969 год), им по-прежнему был Шеварднадзе. Он принял меня очень вежливо и сказал тихим голосом: «Сынок, ты хорошо играешь, но, говорят, нарушаешь дисциплину. Этим ты подводишь и «Динамо», и сборную СССР. Бросай это дело, прошу прекратить, а то в сборную больше не возьмут». Я ответил: «Эдуард Амвросиевич, спасибо за теплые слова, но прошу вас: занимайтесь своими делами и ловите преступников, а я буду играть в футбол», — рассказывал футболист.
Когда Сичинава вышел из кабинета, он пожалел, что так резко высказался. Однако возвращаться все равно не стал.
Продолжил играть, как ни в чем не бывало, и готовиться к ЧМ-1970. Но вместо мундиаля в итоге оказался в тюрьме: в декабре Георгия неожиданно арестовали по обвинению в тяжком преступлении — изнасиловании.
«Арест стал шоком и для меня, и для всех футболистов и болельщиков. Представьте себе, меня обвиняли в попытке изнасилования женщины, с которой я несколько лет очень близко дружил. Ее, видимо, вынудили так сказать, хотя на суде она все-таки нашла в себе смелость и заявила, что ничего подобного не было. Но ее слова судья уже не принял во внимание, — признавался Сичинава.
Кстати, как мне сказали, ни один судья в Тбилиси не пожелал взять мое дело — наверное, понимали, что история является выдумкой моих недоброжелателей. В конце концов мое дело поручили рассмотреть судье из Гардабанского района. За меня заступились многие спортсмены — друзья из «Динамо» и сборной СССР, особенно хочу выделить Муртаза Хурцилаву, Кахи Асатиани, Шоту Яманидзе, Виктора Понедельника из ростовского СКА, а также борца, олимпийского чемпиона Романа Руруа. Все были против того, чтоб меня сажать! Даже судья говорил: «Ты не виноват».
Тем не менее те, кто устроил показательный процесс над непокорным футболистом, были непреклонны. Георгия осудили и впаяли ему четыре года.
Где и как сидел Сичинава: «Они думали, раз «Динамо» — ментовская команда, то на зоне мне придется туго"
Чтобы проучить Сичинаву по полной, его отправили на зону, где ему в теории должно было быть несладко. Однако на деле все оказалась иначе.
«Они думали, раз «Динамо» — ментовская команда, то на зоне мне придётся туго. Отправили в Дранду. А там меня как бога встретили. Я площадку сделал с маленькими воротами. Играли на шампанское с теми, кто нас охранял. Ни разу они нас не обыграли! Ха, с ума сойти! Чего только не было…
Тогда начинался чемпионат мира. Первый матч — англичане играют с мексиканцами. Говорю: «Выпустите меня, позвольте с охраной посмотреть игру. Или дайте телевизор в зону. Позвонили в Тбилиси, отвечаю — никак нельзя. Тут авторитетные воры вмешались: «Если не дадите ему футбол посмотреть — ни один человек не выйдет на работу». Действительно, никто не вышел. А это — ЧП. Тогда сказали: «Можно». Повезли меня с охраной смотреть. А туда, как узнали, сразу ребята из Гагры приехали, Сухуми, хлеб-соль… С начальником лагеря до утра бухали!», — вспоминал Сичинава.
Впредь Георгия неоднократно переводили в другие места лишения свободы, однако всякий раз у него находились покровители.
«Меня перевели в тюрьму в Армавир, позже — в Ростов-на-Дону. Но везде относились отлично. И заключенные, и администрация. Они, наверное, знали правду… К тому же тогда все поголовно любили футбол и сочувствовали мне. Мои друзья Виктор Понедельник и Олег Копаев хлопотали, чтобы меня вызволить из тюрьмы на поруки и дать возможность играть за их команду — ростовский СКА. В ростовскую тюрьму (был 1970 год) ко мне приезжал и представитель алма-атинского «Кайрата», сказал, что сам Кунаев (первый секретарь ЦК КП Казахстана и член Политбюро ЦК КПСС.) хочет, чтобы Сичинава играл за «Кайрат». А я хотел играть за тбилисское «Динамо», поэтому не торопился давать им ответ», — говорил Сичинава.
Пока футболист раздумывал, его перевели в Тбилиси. А вскоре и вовсе освободили. Всего Сичинава отсидел семь месяцев.
После он вернулся в футбол и даже мог оказаться в московском «Динамо», куда его звал Константин Бесков. Однако вновь поиграть на высочайшем уровне Сиинаве было не суждено — из-за пожизненной дисквалификации в Высшей лиге.
В итоге Георгий немного поиграл за «Металлург» Тбилиси во второй лиге, после чего плюнул на все и завязал с футболом — в 28 лет.
Закончив карьеру, Сичинава долгое время занимался детским футболом. До грузинского-абхазского конфликта он возглавлял школу, в которой занимались около 500 детей и работали 15 тренеров.
Сейчас великому футболисту — 77 лет. Он живет в родных Гаграх и наслаждается заслуженной пенсией.
Сичинава признается, что ни на кого не держит зла за случившееся. Но при этом до сих пор жалеет, что сам сломал свое будущее.