Могут ли гуманитарии работать в IT: развенчиваем миф

Привет! Меня зовут Ксения. Всю жизнь я считала себя человеком, который не способен к вычислениям и не разбирается в технике. Ещё со школы, где я получала пятёрки по литературе, меня преследовали шуточки о том, что именно не дано понять гуманитариям. Сейчас я перехожу на светлую сторону, учусь, много сомневаюсь. Поэтому собрала исследования о работе мозга, статистику работодателей и личные истории про гуманитариев на техническом поприще.

Небольшой исторический обзор, который сразу ломает теорию о гуманитариях

Идея о разделении появилась, потому что в мозге действительно есть различные участки, отвечающие за определённые функции. Например, центр Брока — это участок коры головного мозга, обеспечивающий моторную организацию речи. Именно Пьер Брока в 1885 году поднял вопрос о том, что полушария одного мозга не симметричны и не дублируют друг друга. Правда, центр Брока отвечает не за весь комплекс функций, связанных с речью. Распознавание речи — процесс, в котором участвуют оба полушария.

Нейропсихолог Роджер Сперри предположил, что каждое полушарие может действовать как самостоятельный мозг. В какой момент эти идеи трансформировались в подтверждение существования гуманитариев и технарей, сказать сложно. Но это убеждение очень устойчиво — в том числе среди преподавателей.

По мере того как продолжаются исследования мозга, учёные приходят к выводу, что специализация полушарий не влияет на талант к математике или литературе. Данные магнитно-резонансной томографии на выборке в тысячу человек показали, что асимметрия не определяет характер мозговой деятельности. В эксперименте проверяли гипотезу разных полушарий — изучали, как якобы доминирующая роль одного из них связана с личностными особенностями и когнитивными способностями. Исследователи пришли к выводу, что полученные данные не согласуются с представлением о большей лево- или правополушарности у отдельных людей. Действительно, несимметричность есть, но это не касается работы мозга в целом. Казалось бы, всё, но нет. Миф всё ещё популярен.

Я гуманитарий, и моё место в IT: личный опыт

Аналитика SuperJob показывает, что только каждый 4 из 10 опрошенных россиян работает по специальности, полученной в вузе. Реже всех по специальности работают менеджеры по продажам (29%), специалисты по работе с клиентами (31%) и менеджеры по логистике (46%).

Как следствие, многие сейчас стремятся в IT. По данным исследовательского центра Зарплата.ру, почти половина опрошенных россиян (46%) готовы пройти переобучение по IT-специальностям в ближайшем будущем, 22% — планируют сделать это в 2022 году, 8% уже когда-либо проходили дополнительное обучение в этой области. В топ-3 специалистов, которые к началу опроса прошли переобучение для работы в сфере информационных технологий, попали экономисты, менеджеры и аналитики.

19% опрошенных считают, что любой специалист с высшим образованием способен переквалифицироваться в IT-специалиста, 75% полагают, что всё зависит от индивидуальных особенностей человека, ещё 6% респондентов убеждены, что гуманитарий из-за особенностей склада ума точно не сможет переучиться на айтишника и, тем более, достичь успеха в перспективной сфере информационных технологий.

Когда пришло время выбирать будущую профессию, у меня ещё не было понимания, чего мне хочется, а поскольку история и обществознание давались мне легко, выбрал юриспруденцию. Я понимал, что нужно получить высшее образование, а дальше смотреть. В 2007 году поступил в вуз, закончил его и даже несколько лет отработал в госсекторе.

В процессе я осознал, что хочу жить за границей, а профессия юриста мне в этом не поможет. Тщательно изучил рынок труда, чтобы понять, какие специалисты востребованы за рубежом. Оказалось, что лучший вариант — IT. Для старта были нужны базовые знания и английский. Поэтому я прошёл четырёхмесячные курсы по Java в IT-парке Казани. И буквально на следующий день улетел на три с половиной месяца в Европу учить английский, потому что язык я не знал вообще.

После возвращения я ещё два месяца готовился самостоятельно и работал. Начинал со стажёра в казанской компании. За два года мой доход вырос почти в 10 раз. Переехал в Москву, устроился в американскую компанию, продолжал учить язык на корпоративных курсах, прошёл сертификацию Java SE 8 Oracle Certified Associate. Сейчас планирую пройти ещё и сертификацию по облачным сервисам Google Associate Cloud Engineer. У меня уже есть оффер с релокацией.

Я планирую получать профильное образование — магистратуру в сфере IT, но не в России. Для меня это способ приобщиться к культуре и образу мышления той страны, где я буду жить. Отрасль IT предполагает, что учиться ты должен постоянно, в процессе работы, вузы же в обычном их виде не дают актуальных знаний в направлении разработки. Все компании, в которых я работал, предоставляли варианты корпоративного обучения. Я всегда этим пользовался.

Я заканчивал Армавирский Православно-Социальный Институт по специальности «религиоведение». Это одно из немногих российских высших учебных заведений, которое открывает путь в священнослужители. Второй вариант реализации — это педагогика. Что я не пойду работать в школу, я понял в течение месяца выпускной практики. С саном тоже не сложилось, так как один из критериев рукоположения — это наличие семьи. Всё-таки священник должен иметь понятный и правильный статус для паствы.

Ещё в школе я увлекался компьютерами и почитывал статьи одного энтузиаста, который рассказывал, как делать сайты на HTML. На пятом курсе института у нашего вуза возникла потребность создать и поддерживать сайт. К тому моменту мы с другом, кстати, сейчас он руководит fronted-практикой в «Рексофт», уже были призёрами местного студенческого конкурса разработчиков. В общем, я вызвался. За эту работу я получал пять тысяч рублей в месяц, что для студента в Армавире тогда было очень даже ничего. Можно было снимать квартиру и питаться, не нагружая родителей. Потом были долгие 12 лет фриланса.

Первая корочка у меня появилась, когда я был уже мидлом. Это были дистанционные курсы в MIT по computer science. С негативом я не встречался. Был один забавный случай на собеседовании, когда после вопроса об образовании меня в шутку спросили, не буду ли я махать кадилом и проповедовать команде.

Думаю, что разница между гуманитариями и технарями всё же есть. По моим наблюдениям, гуманитарии прежде всего идут во frontend, UX/UI и аналитики. Видимо, чувство прекрасного зовёт их туда.

Свою карьеру в IT я построила почти случайно. В 2012 году закончила СПБГУСЭ по специальности «журналистика». После университета не рассматривала для себя IT, но увидела вакансию в техподдержке «Дневник.ру» и заинтересовалась. Пришла на собеседование и решила, что меня точно не возьмут, но всё сложилось. Тогда думала, что поработаю полгодика и всё же уйду в большую журналистику.

Но мне нравилось общаться с пользователями, писать инструкции, подавать информацию структурировано. Оказалось, что разработка информационных систем — настоящий мир чудес. Мудрёная аналитика, нестандартные решения, хитрые баги, срочные релизы, подключения новых регионов к системе — это заставляло постоянно работать головой и не скучать. За пять лет работы в отделе поддержки закрыла больше 80 тысяч обращений от пользователей.

Когда открылась вакансия администратора проекта, мне предложили перейти. За год я научилась не только быть гуру Jira, но и писать SQL-запросы к базе, подключаться к серверам и менять их конфигурации, тестировать интеграции между системами посредством SOAP и REST. Разработка, которую я представляла прежде как магию, стала обретать понятные формы, в мою речь стали закрадываться страшные слова типа «воркфлоу», «креденшиалы» или «наш релиз аль-денте».

В 2019 году я пришла в Нетологию учиться проджект-менеджменту за счёт компании. В июле 2021 года меня назначили на должность руководителя проекта, а через полгода я перешла в статус product owner. В планах у меня — прокачать навыки продакт-менеджера. За десять лет моя заработная плата выросла ровно в пять раз. В начале этого пути я и представить не могла, что смогу столько зарабатывать, а сейчас вижу перспективы вырасти ещё.

Возможно, на старте карьеры требуется время, чтобы приучить гуманитариев качественно вести документацию, предоставлять исчерпывающую информацию и отделять эмоции от работы. Но гуманитарии мыслят так же, как и урождённые технари. Хотя мне нравится думать, что моё мышление позволяет мне находить больше креативных способов решения сложных задач.

В 2014 году я начал работать в IT-компаниях в должности people partner и HR business partner — моя роль заключалась в том, чтобы помогать сотрудникам в адаптации и интеграции в компанию, постановке целей, проработке планов по профессиональному развитию, а также в масштабировании бизнеса компаний. По образованию я психолог. Окончил Омский государственный университет имени Ф. М. Достоевского. В определённый момент решил попробовать новую область. Одна из причин — баланс работы и отдыха: росла дочь, мне хотелось больше общаться с ней, работать с гибким графиком и одновременно развиваться самому.

Понимая, кто есть кто и чем занимается в IT, я решил попробовать себя в роли тестировщика. Мой путь начался с позиции джуниора. Сейчас моя должность в IT_One — Software testing expert.

Учился сначала сам, потом проходил курсы внутри компании. Когда я решил изменить карьерную траекторию, мне было 37 лет. Возраст не является препятствием в IT. Начал я с того, что прошёл тест в IT-компании — мои знания оценили на троечку. Восполнять пробелы я решил самостоятельно: читал специальную литературу и статьи в интернете. Теоретическая подготовка заняла около трёх месяцев. Затем я начал погружаться в реальные проекты, продолжая развивать знания уже в рабочей обстановке.

С негативным отношением не встречался, но шестерёнки в голове у гуманитариев крутятся иначе. Опять же, я говорю за себя. С другой стороны — тестирование, разработка, аналитика — это навык, который формируется не сразу. То, чем я сейчас занимаюсь, для меня в начале пути тестировщика было недосягаемым. А сейчас ежедневные процедуры. Кто-то будет быстрее развиваться, кто-то медленнее, но суть не меняется: чем больше ты вкладываешь, тем больше отдача.

В 2007 году я окончил лечебный факультет Тюменского государственного медицинского университета. В 2008 году — интернатуру по специальности «общая хирургия». Позднее получил два допобразования в рамках отрасли. Прошёл сложный и длинный путь в медицинской практике — от санитара до начальника филиала медицинского учреждения.

Как-то мне поставили задачу: разработать и внедрить медицинскую информационную систему. Так я начал погружаться в процессы создания и планирования архитектуры приложения вместе с программистами. Я хорошо разбирался в медицинских бизнес-процессах и выступал в качестве эксперта со стороны медицины. В другом учреждении нужно было автоматизировать задачи службы медицинской помощи. У меня уже был опыт, поэтому попросили меня. В следующей клинике я уже самостоятельно разработал медицинский портал.

Я понял, что IT занимает больше половины моего времени. А ещё я устал бороться с системой и хотел заниматься делом, в котором результаты работы зависят прежде всего от тебя и окружающих профессионалов. Медицина очень консервативная отрасль с высоким уровнем бюрократии. Просто мне стало тесно.

Программирование было моим увлечением ещё со школы. Поэтому переход в IT был закономерен. Сначала я учился сам на бесплатных ресурсах и по официальной документации. Прошёл много платных и бесплатных интенсивов. Поступил на обучение в Стэнфорд. Учусь в Нетологии на курсе «DevOps-инженер». Планирую после этого продолжить обучение на Solution Architect.

Начал заниматься фрилансером, ещё работая в медицине. Когда доход от фриланса увеличился, ушёл в эту сферу полностью. А потом трудоустройство на полный день не составило проблем. Мне повезло, и негативного отношения я не встречал со стороны коллег-технарей.