Георадар, тест ДНК и софт. Как в XXI веке раскрывают преступления?

В старых детективах преступников находили по брошенным окуркам, следам и отпечаткам пальцев. Интересно, а в современном мире, где у каждого смартфон и умные часы, методы поиска поменялись?

Роман Саркисян - лучший следователь-криминалист СКР по краю по итогам 2020 года - принимал участие в расследованиях громких происшествий: пожара в Доме престарелых в станице Камышеватской Краснодарского края в 2007 году, массового убийства в станице Кущёвской в 2010-м, крушения ТУ-154 под Сочи в 2016-м. Ко дню образования службы криминалистики, который в России отмечают 19 октября, следователь-криминалист рассказал «АиФ-Юг» об изменениях в техническом арсенале, о том, как раскрываются запутанные дела и о многом другом.

Кто оставляет следы?

Современные криминалисты могут изобличить преступника не только по отпечаткам пальцев или другим оставленным следам, но и по звонкам сотового телефона, удалённым фотографиям и т.д. Но как попадают в эту службу? Роман Саркисян заинтересовался криминалистикой во время учёбы на юридическом факультете КубГУ.

«На практике в 2004 году попал к известному криминалисту Валерию Хану, взяли на стажировку, а дальше уже стал полноценным сотрудником, - вспоминает Рома Саркисян. - На разных должностях работал в Армавире, Новокубанске, с 2011 года - следователь-криминалист СУ СК по краю».

Задача криминалиста, по словам Романа Саркисяна, обеспечить криминалистическое сопровождения предварительного следствия. Это значит, найти и зафиксировать все следы на месте преступления.

«Я уверен, как бы ни старались злоумышленники скрыть всё, следы обязательно остаются, - говорит Роман Саркисян. - Порой, чтобы найти их, приходится не один и не два раза выезжать на место преступления, обшаривать каждый уголок, применять всевозможную технику. Но это аксиома - если следы не найдены, скорее, это наша недоработка».

Криминалисты приезжают на место преступления одними из первых - до них полицейские не могут ничего трогать, передвигать - только опрашивают очевидцев. Криминалисты фиксируют все детали, назначают экспертизы. Причём сейчас отпечатки пальцев снимают не по старинке - посыпав поверхность порошком и наклеив сверху ленту.

«Прибор, который называется источник экспертного света «ИКС 450», помогает нам находить любые следы биологического происхождения: крови, спермы, пальцев и т.д., - рассказывает Роман Саркисян. - Надеваем специальные очки, выключаем освещение и обходим место преступления».

Помогают сотовые телефоны

Вообще работа современного криминалиста сильно отличается от того, как искали преступников несколько десятков лет назад. Об экспертизе ДНК уже и не говорят, потому что этим никого не удивишь - её назначают в обязательном порядке. ДНК-учёт идёт по всем без вести пропавшим, неопознанным трупам. Во время осмотра места происшествия изымают личные вещи, хоть ту же зубную щётку, на которой могут быть образцы. Если речь идёт об изнасилованиях, то обязательно делают ДНК-тест спермы, который потом сравнивают с ДНК подозреваемых. С помощью новых технологий проводят ревизию дел прошлых лет. Порой это помогает раскрыть преступления многолетней давности. Сейчас все ходят со смартфонами, много камер наружного наблюдения - и с их помощью можно изобличить преступника.

«Специальная программа, имеющаяся у нас на вооружении, помогает в разы улучшить качество изображения с камеры наблюдения - так можно разглядеть, например, номер автомобиля, - продолжает криминалист. - В 2017 году был у нас случай - покушение на убийство, пострадавший, к счастью, выжил. Подозреваемый уезжал с места преступления, его неприметная машина попала в объектив камеры наблюдения. С помощью программы изображение улучшили и разобрали на номере две буквы и две цифры, пробили по базе данных - и получили результат».

Камеры наблюдения могут быть скрытыми - найти их помогает похожий на бинокль прибор «Оптик-2». Часто раскрыть преступления, помогают сотовые телефоны - два года назад девушка сообщила об изнасиловании.

«Как мы его раскрыли? Запросили у оператора сотовой связи информацию о соединениях абонента - подозреваемого мужчины, - рассказывает Роман Саркисян. - С помощью специального оборудования выяснили, к каким базовым станциям он соединялся во время звонка. Это подтвердило, что мужчина находился в районе совершения преступления. Вызвали подозреваемого, изъяли телефон. С помощью специального устройства восстановили удалённые фотографии, которые и подтвердили подозрения. Деваться преступнику было уже некуда».

С помощью георадара криминалисты находят закопанные останки тел, нелинейный локатор помогает искать выброшенные сим-карты.

Можно ли обмануть полиграф?

Пригождаются и исследования на полиграфе, которые в народе называют детектором лжи. В 2018 году в Адлерском районе пропала девочка, которая жила с мамой и отчимом. В тот момент, когда мать поехала рожать, отчим пришёл в правоохранительные органы с заявлением об исчезновении малышки.

«Сразу были сомнения, хоть он и активно участвовал в поисках, - вспоминает Роман Саркисян. - Наши специалисты провели психофизиологические экспертизы с использованием полиграфа, которые показали, что отчим обладает информацией о местонахождении девочки. То есть вопросы о том, знает ли он где падчерица, вызывали реакцию».

После этого скрывать что-то уже не имело смысла - убийца сознался.

«Приборы постоянно совершенствуются, появляются новые, поэтому мы пристально следим за ними, - продолжает Роман Саркисян. - Раз в три месяца предлагаем варианты, какую новую технику взять на вооружение - не для галочки, а чтобы она помогала раскрывать преступления. Но, несмотря на все достижения прогресса, я уверен, главное в криминалистике - это человек, его трудолюбие, любовь к работе. Без этого ни один прибор не поможет».

В августе 2019 года в Сочи пропала 46-летняя Светлана Баблидзе. С заявлением об этом пришёл её муж, ранее судимый по тяжёлой статье.

«Мужчина держался так, что по его поведению ничего нельзя было заподозрить, - вспоминает криминалист. - Он каждый день приходил, звонил, спрашивал: «Где моя жена?», упрекал органы в плохой работе, говорил, что будет жаловаться. Мы по камерам и другим признакам определили посёлок, возле которого Баблидзе был в день исчезновения жены. С техникой и сотрудниками МЧС решили провести осмотр места - искали целую неделю, пока не обнаружили фрагмент женской сумочки. Сестра пропавшей узнала, что такая была у Светланы. Вскоре нашли и останки - оказалось, муж задушил, спрятал труп и... пошёл писать заявление о пропаже».

Как не отвлекаться на эмоции?

Каждый день трупы, убийства, изнасилования - что чувствует следователь-криминалист, ведь работа сталкивает его с худшими проявлениями человека? Так и в людях можно разочароваться.

«Конечно, очень тяжело, когда приезжаешь в сгоревший Дом престарелых и видишь шесть десятков трупов, как было в Камышеватской, - говорит Роман Саркисян. - Когда разбился самолёт, как было в Сочи в 2016-м, вокруг родственники, плачут, спрашивают, а тебе нужно работать. Когда с утра выезжаешь из дома - на расследование в Кущёвскую, и остаёшься там на четыре с лишним месяца. Но даже в самых трудных случаях криминалист должен переключиться на работу, сосредоточиться, не отвлекаться на эмоции, чтобы не пропустить ничего, ни одной мелочи. Но уже дома, после того, как вся работа закончена, ещё долго лежишь и не можешь заснуть».

Роман Саркисян признаётся, что отдыхает от работы в кругу семьи - просто общаясь с супругой, детьми, близкими.

«Даже детективные фильмы стараюсь не смотреть, - говорит он. - Мало того что негатив, так ещё и фантастика - только на место преступления приехали, а через полчаса уже результаты всех исследований, даже самых сложных, готовы. В жизни так не бывает.

В конце разговора Роман Саркисян поздравил всех бывших и действующих криминалистов с профессиональным праздником, пожелав им счастья, здоровья и поменьше преступлений. «АиФ-Юг» присоединяется к этим поздравлениям».