"Коронавирус нас реально ушатал". Нобель приехал к "Ростову" – мощный Карпин, честный Мамаев, история про Холанда
Сейчас в России уникальное межсезонье. Из-за коронавируса только недавно завершили сезон РПЛ. И вот уже на этих выходных начинается следующий. И такое бывает в эпоху COVID-19. У команд толком нет времени на подготовку — надо снова играть в футбол.
И успеть раздать все интервью. «Ростов» — одна из самых интересных и харизматичных команд, еще и сильно пострадавшая (в турнирном плане) от коронавируса. Нобель Арустамян съездил на юг России и сделал интервью и с Валерием Карпиным, и с Павлом Мамаевым, и с Романом Еременко, и с Хореном Байрамяном, и с руководством клуба. Вот самое интересное из нового выпуска Nobel.
Карпин: «Хуже, чем сейчас, в РПЛ не будет»
Валерий Карпин никогда не лез за словом карман. Вот и во время странного рестарта РПЛ коуч «Ростова» жестко прошелся по РПЛ. «Роспотребнадзор — чемпионат России» и вот это все.
«Коронавирус нас реально ушатал. И я говорю не только про заразившихся. Тем, кто просто сидел на карантине, тоже было очень тяжело. Условным Мамаеву и Ионову пришлось играть в очень жестком графике. Скажем, Хаджикадунич выздоровел и выходил на 90 минут. Хотя он не может провести и 60…
У меня было все в моем состоянии психологическом. От ненависти до любви, до пофигизма, до желания уехать из России и не возвращаться. Из футбола я имею в виду даже. Абсолютно все эмоции. Один день такой, второй — еще хуже, третий день — еще хуже, потом получше, потом хуже. Потом все это на фоне новостей: то мы будем играть, то мы не будем играть, то ли нам можно играть, то ли нам нельзя играть.
Потом уже фон другой пошел, что в «Динамо» тоже появились зараженные. Им разрешают играть, а нам уже не разрешили играть с «Сочи». То ли будем играть с «Арсеналом», то ли не будем. Вы не представляете спектр эмоций, который был лично у меня. Я уже молчу про футболистов, потому что им еще тяжелее было, наверное, все это. За первую неделю, которую мы провели здесь [на базе], я похудел на 4,5 кг.
Хуже, чем сейчас, в РПЛ не будет. В том числе в плане судейства. Журналисты уже посчитали, что в осенней части «Ростов» недобрал из-за арбитров 10 или 11 очков. Это не я считал — вы. Я дал себе слово про судей не говорить, вот и не говорю. По-моему, мы даже больше очков недосчитались. В общем, если по итогам сезона добавить «Ростову» 11 очков — где бы мы оказались?
Слова Федуна, что я сбитый летчик? По поводу Федуна вообще говорить смысла нет, все его цитаты или высказывания надо делить на сто. Он может сказать все что угодно, это зависит от того, кто с ним сейчас рядом. Кто оказывает влияние. И потом Федун даже не помнит, что он сказал и почему.
Наверное, я действительно перезапустил свою карьеру, да. В «Ростове» получил полное доверие. В «Мальорке» и тем более «Армавире» все было совсем по-другому. Но опыт очень полезный. Я стал спокойнее относиться к ошибкам, проблемам. В «Спартаке» я не понимал, что есть футболисты, которые просто не могут что-то. Физически».
Байрамян: «Я не ездил в гости и не нарушал карантин»
В середине июня «Ростову» пришлось закрыться на карантин. Нулевым пациентом с COVID-19 оказался Хорен Байрамян. В итоге «Ростов» сыграл «тот самый» матч молодежкой против «Сочи» (1:10). Да и вообще пережил очень много проблем с составом из-за коронавируса. Сам Байрамян вместе с Нобелем вспомнил, как все было на самом деле.
«Как только началась самоизоляция, 15 марта или когда она в России началась, родители переехали ко мне. И мы жили все время вместе. Я не ездил в гости и не нарушал карантин. Не знаю, как, но заразилась сначала моя мама. Не знаю, вышла она в магазин или что. Сам понимаешь, у нас не было в России такого строгого режима.
Она все соблюдала, я имею в виду маски, перчатки. Именно мама почувствовала первые симптомы. Как только у нее начался кашель, в горле першит, они с отцом переехали в свою квартиру, мы остались со своей семьей. Через два дня, у нас в этот день был выходной, я вечером почувствовал температуру. И сообщил в клуб, мне сказали, чтобы я сидел дома, никуда не выходил Вот и вся история», — цитата Байрамяна.
Роман Еременко: «Дисквалификацию пережить было сложнее, чем коронавирус»
Полузащитник «Ростова» успел переболеть коронавирусом. Да и вообще в жизни Еременко бывали и другие трудности. Посерьезнее, чем «какой-то там» коронавирус.
— Когда у меня выявили COVID-19, пропал запах и вкус. Температуры не было. Потом вернулся к тренировкам, но начал чувствовать кое-что в легких… Когда бегаю, легче задыхаюсь. Это самое чувствительное.
— Что было сложнее пережить — карантин, болезнь, или дисквалификацию?— Конечно, дисквалификацию. (Еременко в 2016 году был дисквалифицирован на 2 года за употребление кокаина). После того, что случилось, это даже нельзя сравнивать. Мыслей послать карьеру к черту не было. Нужно было показать, что все не так, доказать. Прежде всего близким. Была полная поддержка родных, особенно жены. Без нее не знаю, как было бы. Сейчас делаем все, чтобы жена приехала.
Мамаев: «В Ростове мне комфортнее, чем в Краснодаре»
Павел Мамаев свой в Ростове. После неприятной истории с тюрьмой «Краснодар» отказался от услуг полузащитника. А вот команда Карпина позвала к себе, с тех пор Мамаев играет в основе и вообще исключительно позитивен.
«Мне комфортнее в Ростове. Я скажу свое мнение. Здесь люди более добрые, более позитивные, чувствуется, что весь город футбольный. Любят, обожают команду и вне зависимости от обстоятельств поддерживают футболистов. Огромное спасибо болельщикам «Краснодара», но я не буду высказываться. Я благодарен и клубу, и болельщикам за поддержку на протяжении многих лет, но я говорю, что здесь мне комфортнее.
В Ростове, конечно, инфраструктура лучше. Здесь больше ощущение как такового города. Краснодар все равно разделен: частный сектор, многоэтажки и так далее. Здесь все-таки больше ощущаешь именно город. И ширина улиц другая, я имею в виду автомобильные дороги. Здесь инфраструктура получше.
Как я пережил 2-недельный карантин? Блин, я был в таких обстоятельствах, что для меня это был курорт и отдых от суеты всей. Я просыпался, занимался, никаких бытовых забот. Все вопросы решаются по телефону.
Никакого дискомфорта я не испытывал. Ну, когда пошли матчи, стало чуть тяжелее. Едешь на игру, играешь, а потом снова на базу… Постоянно на базу, постоянно в комнате. Но, учитывая мой недавний опыт с лишением свободы… Думаю, мне карантин дался гораздо легче, чем ребятам».
Холанд, который мог уехать в «Ростов»
Есть в выпуске еще одна интересная история. От спортивного директора «Ростова» Алексея Рыскина.
— Не хочу говорить, а то правда расстраиваться начинаю. Мы когда Бьорна смотрели, увидели Холанда.
— Холанда?!— Они играли все вместе. Мы как Норманна увидели. Они все играли в «Мельде». Мы смотрели Сигурдарсона. Нашим селекционерам понравился Норманн. Позвонил Александр Андрющенко, говорит: шикарный парень. Я говорю, а там еще шикарный парень, на замене видел. Он его посмотрел, говорит, вообще супер, надо брать. Ну и вот, мы узнали цену. Цена была что-то порядка 2,5—3 миллионов.
— Это сколько лет было Холанду?— 17. Ему, по-моему, еще переезжать нельзя было. 17 или 18, что-то вот такое. Сумма называлась около 2,5—3 миллионов. Мы говорим: нет, это очень дорого, мы за ним понаблюдаем. Понаблюдали. Наблюдаем до сих пор.
— И, думаешь, если бы ты сказал: окей, беру за 2,5 миллиона…— Тогда это было реально. Он перешел из маленького клуба. Боюсь соврать, порядка 700 тысяч. Я даже как-то через наших друзей, через кого эту информацию узнавал, я им позвонил, когда он начал громить за «Боруссию», и он мне прислал переписку. Мы реально вели переписку. Я говорю, слушай, ну это смешно, конечно.
Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене