Обострение между Белоруссией и Россией обнажило военную проблему

Если обострение отношений Белоруссии и России перед выборами президента 9 августа сохранится и дальше, это может сказаться на военной составляющей во взаимодействии наших стран. Не говоря о "заскоках" самого Лукашенко, многие из местных оппозиционных политиков не скрывают прозападной ориентации. Между тем особое значение для РФ имеет совместная с Белоруссией система ВВС и ПВО. О возможных проблемах рассказал полковник запаса Сергей Хатылев.

Конечно, Россию и Белоруссию многое связывает, и в резкие изменения внешнеполитического курса Минска верится с трудом. С другой стороны, кто в 2013 год мог предвидеть, что менее чем за год Россия и Украина станут врагами? Да никто.   

Белоруссия важна для России с точки зрения обеспечения обороноспособности. В Союзном государстве Белоруссия – важный форпост на линии противостояния с НАТО.

Географическая близость к странам-членам НАТО выгодна для расположения там средств разведки. К примеру, с советских времен в Барановичах расположена российская радиолокационная станция системы предупреждения о ракетном нападении 70М6 «Волга». Информация с нее поступает в российский центр противоракетной обороны.

Станция построена в 80-е годы, когда возникла угроза размещения в Европе американских баллистических ракет «Першинг». Сейчас, когда США вышли из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности и вновь замаячила угроза появления таких ракет в Европе, РЛС «Ганцевичи» была бы кстати. Тем более, что несколько лет назад станцию модернизировали.

По данным открытой печати, РЛС «Волга» способна обнаруживать баллистические ракеты на дальности до 4800 км. Ну, то есть станция в Барановичах может «просматривать» всю Европу. Российские военные пользуются станцией в соответствии с межгосударственными соглашениями.

Правда, с вводом в строй новых российских станций предупреждения о ракетном нападении в Калининграде и Лехтуси под Санкт-Петербургом, а также в Армавире, значение станции в Барановичах уменьшилось. К тому же в прошлом году в Мордовии введена мощная станция загоризонтной локации «Контейнер», которая тоже «видит» все за многие тысячи километров.

Странным образом, по причинам, известным лишь военным, в не имеющей выхода к морю Белоруссии с советских времен расположен важный пункт связи российского Военно-морского флота. Это 43-й узел связи ВМФ России «Вилейка».

Эта станция обеспечивает Главный штаба ВМФ связью на сверхдлинных волнах с атомными подлодками, которые находятся в Атлантике, Индийском и даже Тихом океане. По некоторым данным, способна вести радиотехническую разведку и радиоэлектронную борьбу. Тоже объект ценный.

Но, пожалуй, самое большое значение с военной точки зрения имеет взаимодействие России и Белоруссии в области противовоздушной обороны. Не случайно наши страны в рамках ОДКБ создали совместную группировку ВВС и ПВО. Об этом аспекте взаимодействия «МК» рассказал эксперт в области воздушно-космической обороны, начальник зенитных ракетных войск Командования специального назначения (2007-2009 годы) полковник запаса Сергей Хатылев.

- Даже после распада Союза, когда общая система ПВО страны перестала существовать, и все республики занялись созданием собственной воздушной обороны, ПВО России и Белоруссии продолжали работать в структуре общего командования. Сначала управление этой единой системой ПВО двух стран осуществлялось из нашего главкомата Войск ПВО, а теперь управляется через главный командный пункт командования Воздушно-космических сил России.

Обмен данными о дальней воздушной обстановке, об обстановке над территорией Белоруссии, как и в советское время, по-прежнему осуществляется в реальном масштабе времени. Пролеты и перелеты воздушных судов контролируются с использованием единой автоматизированной системы управления.

И если эта система будет нарушена, то есть Белоруссия, к примеру, откажется от обмена данными о воздушной обстановке, то мы, естественно, теряем большую часть информации о воздушной обстановке и над самой Белоруссией, и в целом на западном направлении.

- То есть мы будем хуже «видеть» небо над Европой?  

- Да. Глубина воздушной разведки обычными средствами ПВО там составляет 300-500 км. И контроль за воздушной обстановкой над Европой на этом участке для нас будет значительно ослаблен.

Но тут важно еще и другое: нас ведь особенно интересует приграничная полоса, там, где ведется усиленный контроль за воздушным пространством. Здесь если какой-то вражеский объект приближается на расстояние 100 км к нашей государственной границе, то для сил ПВО это уже особое положение: сразу готовятся к действию дежурные силы ПВО. И если тут не будет обмена информацией с белорусской ПВО, то возможность «глубины реакции» для нашей ПВО сразу уменьшается.

- А ПВО Калининградской области в этом случае тоже будет ослаблено?

- Нет. Там и система разведки, и система зенитного ракетного прикрытия очень мощная. Там мы перекрываем наши возможности ПВО практически в полтора-два раза.

- Но если все же предположить, что Россия теряет белорусскую ПВО как составную часть нашей единой системы, то как нам решать эту проблему без больших потерь?

- Из этой ситуации можно будет выйти. Но поэтапно и не сразу. Белоруссия для нас - как бы выступ на западном направлении. Если мы его лишаемся, то нам придется эту образовавшуюся брешь как-то закрывать. Заменить парк радиолокационных станций вдоль всей нашей границы. Поставить на саму границу с Белоруссией более мощные станции с дальностью обнаружения до 500-600 км и далее. Сейчас у нас в этом нет необходимости.

Ну а для такого переоснащения потребуется время. И деньги. Ведь все это будут уже новые позиции, другие количества, усиленные энергетические мощности…

- Это же довольно долго. Получается, что все это время небо у нас на западном направлении будет прикрыто слабо? А если побыстрей?

- На какое-то короткое время мы можем в этом районе организовать полеты самолетов дальнего радиолокационного обнаружения на базе Ил-76. Они возьмут под контроль все воздушное пространство. Но это очень дорогое удовольствие держать постоянно в небе эти самолеты.

Есть еще возможности Балтийского флота. Это так называемые корабли радиолокационного дозора, у которых имеются радиолокационные станции. Они могут вести контроль за воздушной обстановкой и привлекаться к несению боевого дежурства.

Во время войны в Абхазии – я в то время там находился – два таких корабля там постоянно несли боевое дежурство по ПВО. На расстоянии примерно пяти миль от берега они курсировали в море и контролировали воздушное пространство. Хотя и это тоже совсем не дешево.

- Но в любом случае, если Белоруссия разрывает с нами союзнические отношения в сфере обороны, мы сможем как-то из этого выкрутиться. Да, это будет дорого, сложно, но мы выйдем из этой ситуации. А Белоруссия без нас сможет решать свои задачи ПВО?

- С точки зрения стратегической, в экстремальных ситуациях, допустим при нападении западного противника на территорию Белоруссии, правый и левый фланги ее воздушного пространства российские ПВО в любом случае прикроют. Я думаю, как бы там ни развивались события, мы все равно выдадим белорусам необходимую информацию. А вот с точки зрения возможностей их воздушной разведки, если они с нами прервут всякие отношения, они, безусловно, потеряют очень многое.

Но я уверен, что никакого разрыва нашего военного взаимодействия по инициативе Белоруссии в ближайшее время не будет. Вряд ли там кто-то захочет постоянно действовать по принципу: назло бабушке отморожу себе уши. Хотя в дальнейшем, если будет нагнетаться подобная обстановка, то можно, конечно, предположить, что Белоруссия пойдет по пути Украины. Но в военном плане это уж точно не в интересах самой Белоруссии.