Инцидент с доской Нжде в Армавире заставил вспомнить о коллаборационизме
Депутат-коммунист арамавирской городской Думы Алексей Виноградов оказался в центре скандала — он замазал черной краской памятную доску армянскому политическому деятелю Гарегину Тер-Арутюняну (известному также как Гарегин Нжде), установленную на территории местной армянской церкви. Однако у того, что можно было бы назвать «актом вандализма», есть серьезная подоплека: у историков и аналитиков возникают вопросы по поводу сотрудничества Нжде с властями гитлеровской Германии — на эту тему рассуждает портал lenta.ru. Фото: wikipedia.com. Автор: 23artashes
Напомним, что участники недавно прошедшего саммита стран СНГ приняли обращение к общественности всего мира — в документе говорится о необходимости противодействия искажению и истории и недопущения героизации нацизма. А принятую третьим комитетом Генассамблеи ООН Резолюцию о борьбе с героизацией нацизма, расовой дискриминацией и ксенофобией поддержала делегация Армении — таким образом была выражена ясная позиция по поводу попыток пересмотра итогов Второй мировой войны и обеления фигур, которые поддерживали нацистский режим.
При этом роль некоторых политических деятелей прошлого, в биографии которых есть эпизоды, связанные с сотрудничеством с нацистами, приукрашивается современными историографами независимых государств.
Если говорить о Гарегине Нжде, то МИД России в докладе за 2019 год «О ситуации с героизацией нацизма…» отмечал: «Бывшая правящая Республиканская партия Армении предпринимала шаги по увековечению памяти такого неоднозначного политического деятеля националистического толка, как Гарегин Нжде, в отношении которого имеется информация о сотрудничестве с Третьим рейхом». А спикер министерства иностранных дел РФ Мария Захарова выражала недоумение в связи с установкой монумента Тер-Арутюняну в Армении: «Для нас непонятно, почему установлен указанный памятник, ведь мы все знаем о подвиге армянского народа, это бессмертный подвиг армянского народа времен Великой Отечественной войны, Второй мировой войны».
С тех пор в Армении сменилась власть — команда нынешнего премьера Никола Пашиняна могла бы проявить в вопросе «увековечивания памяти» Нжде большее здравомыслие, нежели предшественники.
Президент Азербайджана Ильхам Алиев на встрече с замглавы Центра Симона Визенталя Абрахамом Купером также поднимал тему Тер-Арутюняна — например, на встрече с замглавы Центра Симона Визенталя Абрахамом Купером. Алиев заявил: этому человеку во времена фашистской Германии принадлежат слова «Погибший во имя Германии, погиб по имя Армении», он был причастен к убийству людей различных национальностей. Глава Азербайджана призвал еврейское сообщество поддержать его требование о сносе монумента Нжде, установленного в Ереване. Между тем ереванский памятник Тер-Арутюняну часть местных жителей воспринимает как «чествование памяти борца против оккупации Армении турками во время Второй мировой войны». Такой же логикой руководствовался премьер Армении, излагая свои аргументы в Ашхабаде. А претензии по поводу идеализации Нжде, дал он понять — это, дескать, оскорбление армянского народа, представители которого героически сражались на фронтах Второй мировой.
При этом премьер оставил за рамками лежащую на поверхности мысль о том, что армянский народ, действительно, сражался героически — но при этом Нжде фактически находился по другую сторону баррикад. Гарегин Тер-Арутюнян, вступая в сотрудничество с нацистами, рассчитывал, что Армения получит независимость и некие гарантии от вторжения турков, когда гитлеровцы войдут в советское Закавказье. При этом у историков есть данные о том, что Нжде еще с 1940 года способствовал созданию армянских батальонов в составе вермахта и стал членом сформированного в Берлине Армянского национального совета.
Нжде был арестован в Болгарии советской военной контрразведкой, приговорен к 25 годам и умер во Владимирском централе…
Конечно, замазывать краской памятные доски — далеко не лучший аргумент. Однако если памятники такого рода вызывают исторически аргументированное возмущение — очевидно, властям Армавира стоит задуматься о разумном решении вопроса. Вспомним ситуацию с доской в честь Маннергейма в Петербурге — после протестов граждан с улицы ее убрали и поместили в музей в качестве экспоната.