Торт со снотворным, перестрелка и угон МиГ-29
В советской истории нашей страны было несколько случаев угона боевых самолетов за границу, также часть машин была угнана летчиками стран Организации Варшавского договора. Каждый из таких инцидентов имел серьезные последствия для всех замешанных лиц и становился предметом тщательного разбирательства. Одним из самых известных случаев является угон истребителя-перехватчика МиГ-25П в Японию 6 сентября 1976 года. Но самый кинематографичный эпизод, который вместил в себя и торт со снотворным, и стрельбу из пистолета, произошел в ночь на 20 мая 1989 года, когда образцовый советский летчик, капитан Александр Зуев угнал истребитель МиГ-29 в Турцию.
Александр Михайлович Зуев родился 17 июля 1961 года, до 1989 года вся его жизнь была жизнью обычного советского гражданина, который решил связать свою судьбу с армией и преуспел в этом деле. В 1982 году Зуев успешно окончил Армавирское высшее военное Краснознаменное авиационное училище летчиков. Уже на тот момент Александр Зуев считался прекрасным пилотом, о чем свидетельствовала его квалификация. К моменту угона самолета он был уже капитаном и военным летчиком 1-го класса.
Службу будущий перебежчик проходил в 176-м ИАП, первоначально совершал полеты на истребителе третьего поколения МиГ-23М, отличительной особенностью которого было крыло изменяемой стреловидности. Здесь важно подчеркнуть, что МиГ-23 считался очень сложным самолетом как для летного состава, так и для наземного технического персонала, что также косвенно показывает, что Александр Зуев обладал отличной квалификацией и справлялся с пилотированием не самой простой в управлении машины. Неслучайно именно Зуев стал одним из первых пилотов полка, кто начал переучиваться на новейший фронтовой истребитель четвертого поколения МиГ-29.
В войска новый легкий истребитель, пришедший на замену МиГ-23, начал поступать в 1983-1984 годах. Александр Зуев считал, что процесс переучивания на новый фронтовой истребитель позволил ему избежать отправки в Афганистан, хотя в действительности 176-й полк никогда не планировалось привлекать к боевым действиям на территории Республики Афганистан. По некоторым данным, Александр Зуев даже успел принять участие в войсковых испытаниях новых советских истребителей, основной задачей которых было завоевание господства в воздухе.
Еще во второй половине 1980-х годов Александр Зуев мечтал о карьере военного летчика, планировал поступить в престижную в СССР школу летчиков-испытателей (ШЛИ) Министерства авиационной промышленности. По воспоминаниям летчика-испытателя Александра Гарнаева, который лично знал Зуева, последний имел все шансы, для того чтобы поступить в школу летчиков-испытателей. По словам Героя Российской Федерации Гаранева, Александр Зуев обладал всеми необходимыми качествами, а его уровень летной подготовки существенно выделялся и был выше, чем у среднестатистических советских военных летчиков. К тому моменту Зуев являлся военным летчиком первого класса, совершал полеты на новейшем советском истребителе и все это в возрасте 27 лет. Впереди у него была еще долгая военная карьера, которая до определенного момента складывалась практически идеально. Везло Зуеву и в личной жизни, его брак был удачным, он женился на дочери начальника штаба авиадивизии.
Вспоминая Александра Зуева, летчик-испытатель Александр Гарнаев отмечал две черты его характера: целеустремленность и упорство. По словам Гарнаева, прощупывая почву на предмет поступления в ШЛИ, Александр Зуев специально приезжал в не самый открытый на тот момент времени город Жуковский, где прожил неделю в общежитии школы. В общежитии Зуев занимался подготовкой к поступлению, уже обучающиеся в школе летчики детально консультировали его по многим вопросам. Однако на следующий 1988 год набора в Школу летчиков-испытателей объявлено не было, а ждать еще год Александр Зуев не стал, выбрав вместо продолжения службы перелет в турецкий Трабзон.
Сегодня с уверенностью нельзя сказать, что именно толкнуло летчика, чья карьера складывалась достаточно успешно, к измене Родине. Да, вместо продолжения карьеры в элитной Школе летчиков-испытателей Зуев вернулся в свой 176-й истребительный авиационной полк, который располагался в Грузии на аэродроме города Цхакая (в 1989 году городу было возвращено его историческое название Сенаки). Но вряд ли одно лишь это могло стать катализатором побега с угоном боевого самолета с вооружением на борту. Позднее уже после побега появилось много свидетельств того, что Александр Зуев выпивал, изменял жене, вел образ жизни недостойный советского офицера. За низкие морально-нравственные качества, согласно официальной версии, был отстранен от полетов. Все это больше похоже на стандартную пропаганду, которая набрала обороты уже после побега, чтобы объяснить предательство Зуева.
Сам капитан уже в США объяснял свой поступок тем, что все больше разочаровывался в советском обществе и коммунистическом строе. По его словам, на него повлиял сбитый южнокорейский Боинг в 1983 году, авария на Чернобыльской АЭС в 1986 году, а последней каплей стал вооруженный разгон оппозиционного митинга в Тбилиси 9 апреля 1989 года, который привел к жертвам среди гражданского населения. В этой версии также нельзя быть уверенными на сто процентов, так как Зуев мог просто перечислить данные события, как набор известных штампов, доказывающих чудовищность советского строя и активно используемых в те годы на Западе в тех же пропагандистских целях. В то же время события в Тбилиси (полк Зуева базировался в Грузии) и невозможность поступить в школу летчиков-испытателей в совокупности могли подтолкнуть летчика на радикальные шаги. В любом случае правды мы уже никогда не узнаем, Александр Зуев погиб в США в авиакатастрофе 10 июня 2001 года, управляя учебно-тренировочным самолетом Як-52. Символично, что капитана-перебежчика в итоге убил самолет советского производства, так что можно считать, что возмездие Зуева все-таки настигло, пусть и с отсрочкой наказания.
Целеустремленность Александра Зуева дала себя знать и при подготовке побега в Турцию, к организации которого капитан ВВС подошел творчески. Сначала летчик скупил в ближайших аптеках огромное количество снотворного, притворившись человеком, страдающим от бессонницы и ее последствий. Затем он решил разыграть рождение своего сына, в это время его жена действительно была беременна и родила мальчика через несколько дней после побега мужа из СССР. Заступив на очередное вечернее дежурство на аэродроме, капитан Александр Зуев принес с собой собственноручно испеченный торт, который был наполнен купленным снотворным. Дежурному звену офицер объявил о том, что у него родился сын (проверить эту информацию не представлялось возможным, так как жена Зуева уехала рожать к своим родственникам на Украину). Всем летчикам и техникам, которые находились в дежурном помещении, капитан раздал по куску торта и скоро все они благополучно заснули. После этого Зуев повредил систему сигнализации и перерезал кабель связи.
Провернув операцию с троянским тортом, Зуев отправился к самолетам МиГ-29 дежурного звена, где столкнулся с непредвиденной сложностью. Самолеты охранял молодой солдат-часовой, который неожиданно для капитана четко придерживался устава и не хотел подпускать офицера к самолетам. Поняв, что его план находится на грани провала, Александр Зуев подошел к часовому и попытался разоружить его. Началась борьба, в ходе которой Зуев выхватил свой табельный пистолет и несколько раз выстрелил в часового, ранив его. В ответ уже раненый часовой выпустил в сторону Зуева практически целый рожок из АКМ. По счастливой для летчика случайности в него попало всего две пули, одна ранила капитана в руку, вторая лишь оцарапала голову.
Несмотря на ранение в руку Александр Зуев сумел убрать колодки, снять заглушки с воздухозаборников МиГ-29 и чехол с фонаря-кабины, запустить двигатели и взлететь, управляя самолетом практически одной рукой. После взлета капитан попробовал реализовать вторую часть своего плана, выполнив боевой разворот, летчик попытался расстрелять из пушки стоящие на земле самолеты дежурного звена, чтобы обезопасить свой побег. Однако осуществить задуманное Зуеву не удалось. Пушка молчала, в спешке летчик забыл снять блокировку. Не желая идти на неоправданный риск, летчик решил поскорее покинуть территорию базы и, включив форсаж, начал уходить в сторону морского побережья, снизившись до высоты примерно 50 метров. После стрельбы на аэродроме была поднята тревога, но взлетевшие через 10 минут истребители уже не смогли перехватить нарушителя.
Александр Зуев благополучно достиг аэродрома Трабзона, где и выполнил посадку. Первыми его словами в Турции были: «Я – американец», таким образом, он рассчитывал привлечь к себе внимание американского посольства. Прямо с самолета раненый летчик был отправлен в турецкий госпиталь, при этом против летчика было возбуждено уголовное дело за угон самолета. Позднее Зуев был оправдан, турецкая сторона согласилась с тем, что действия советского офицера носили политический характер, Александру Зуеву было предоставлено американское гражданство и политическое убежище.
А вот сам самолет, который представлял для американских военных и специалистов авиастроительной отрасли большой интерес, заполучить не удалось. Турки вернули истребитель Советскому Союзу уже через полтора дня после инцидента. Однако сам Александр Зуев, его знания и сведения представляли для американской стороны интерес. Считается, что он консультировал американских военных во время подготовки операции «Буря в пустыне», так как иракские ВВС имели на вооружении технику советского производства, в том числе истребители МиГ-29.
Александр Зуев с американскими военными
Александр Зуев – образцовый советский летчик
Александр Михайлович Зуев родился 17 июля 1961 года, до 1989 года вся его жизнь была жизнью обычного советского гражданина, который решил связать свою судьбу с армией и преуспел в этом деле. В 1982 году Зуев успешно окончил Армавирское высшее военное Краснознаменное авиационное училище летчиков. Уже на тот момент Александр Зуев считался прекрасным пилотом, о чем свидетельствовала его квалификация. К моменту угона самолета он был уже капитаном и военным летчиком 1-го класса.
Службу будущий перебежчик проходил в 176-м ИАП, первоначально совершал полеты на истребителе третьего поколения МиГ-23М, отличительной особенностью которого было крыло изменяемой стреловидности. Здесь важно подчеркнуть, что МиГ-23 считался очень сложным самолетом как для летного состава, так и для наземного технического персонала, что также косвенно показывает, что Александр Зуев обладал отличной квалификацией и справлялся с пилотированием не самой простой в управлении машины. Неслучайно именно Зуев стал одним из первых пилотов полка, кто начал переучиваться на новейший фронтовой истребитель четвертого поколения МиГ-29.
В войска новый легкий истребитель, пришедший на замену МиГ-23, начал поступать в 1983-1984 годах. Александр Зуев считал, что процесс переучивания на новый фронтовой истребитель позволил ему избежать отправки в Афганистан, хотя в действительности 176-й полк никогда не планировалось привлекать к боевым действиям на территории Республики Афганистан. По некоторым данным, Александр Зуев даже успел принять участие в войсковых испытаниях новых советских истребителей, основной задачей которых было завоевание господства в воздухе.
Александр Зуев в турецком госпитале
Еще во второй половине 1980-х годов Александр Зуев мечтал о карьере военного летчика, планировал поступить в престижную в СССР школу летчиков-испытателей (ШЛИ) Министерства авиационной промышленности. По воспоминаниям летчика-испытателя Александра Гарнаева, который лично знал Зуева, последний имел все шансы, для того чтобы поступить в школу летчиков-испытателей. По словам Героя Российской Федерации Гаранева, Александр Зуев обладал всеми необходимыми качествами, а его уровень летной подготовки существенно выделялся и был выше, чем у среднестатистических советских военных летчиков. К тому моменту Зуев являлся военным летчиком первого класса, совершал полеты на новейшем советском истребителе и все это в возрасте 27 лет. Впереди у него была еще долгая военная карьера, которая до определенного момента складывалась практически идеально. Везло Зуеву и в личной жизни, его брак был удачным, он женился на дочери начальника штаба авиадивизии.
Вспоминая Александра Зуева, летчик-испытатель Александр Гарнаев отмечал две черты его характера: целеустремленность и упорство. По словам Гарнаева, прощупывая почву на предмет поступления в ШЛИ, Александр Зуев специально приезжал в не самый открытый на тот момент времени город Жуковский, где прожил неделю в общежитии школы. В общежитии Зуев занимался подготовкой к поступлению, уже обучающиеся в школе летчики детально консультировали его по многим вопросам. Однако на следующий 1988 год набора в Школу летчиков-испытателей объявлено не было, а ждать еще год Александр Зуев не стал, выбрав вместо продолжения службы перелет в турецкий Трабзон.
Сегодня с уверенностью нельзя сказать, что именно толкнуло летчика, чья карьера складывалась достаточно успешно, к измене Родине. Да, вместо продолжения карьеры в элитной Школе летчиков-испытателей Зуев вернулся в свой 176-й истребительный авиационной полк, который располагался в Грузии на аэродроме города Цхакая (в 1989 году городу было возвращено его историческое название Сенаки). Но вряд ли одно лишь это могло стать катализатором побега с угоном боевого самолета с вооружением на борту. Позднее уже после побега появилось много свидетельств того, что Александр Зуев выпивал, изменял жене, вел образ жизни недостойный советского офицера. За низкие морально-нравственные качества, согласно официальной версии, был отстранен от полетов. Все это больше похоже на стандартную пропаганду, которая набрала обороты уже после побега, чтобы объяснить предательство Зуева.
Фронтовой истребитель МиГ-29
Сам капитан уже в США объяснял свой поступок тем, что все больше разочаровывался в советском обществе и коммунистическом строе. По его словам, на него повлиял сбитый южнокорейский Боинг в 1983 году, авария на Чернобыльской АЭС в 1986 году, а последней каплей стал вооруженный разгон оппозиционного митинга в Тбилиси 9 апреля 1989 года, который привел к жертвам среди гражданского населения. В этой версии также нельзя быть уверенными на сто процентов, так как Зуев мог просто перечислить данные события, как набор известных штампов, доказывающих чудовищность советского строя и активно используемых в те годы на Западе в тех же пропагандистских целях. В то же время события в Тбилиси (полк Зуева базировался в Грузии) и невозможность поступить в школу летчиков-испытателей в совокупности могли подтолкнуть летчика на радикальные шаги. В любом случае правды мы уже никогда не узнаем, Александр Зуев погиб в США в авиакатастрофе 10 июня 2001 года, управляя учебно-тренировочным самолетом Як-52. Символично, что капитана-перебежчика в итоге убил самолет советского производства, так что можно считать, что возмездие Зуева все-таки настигло, пусть и с отсрочкой наказания.
Угон истребителя МиГ-29 в Турцию
Целеустремленность Александра Зуева дала себя знать и при подготовке побега в Турцию, к организации которого капитан ВВС подошел творчески. Сначала летчик скупил в ближайших аптеках огромное количество снотворного, притворившись человеком, страдающим от бессонницы и ее последствий. Затем он решил разыграть рождение своего сына, в это время его жена действительно была беременна и родила мальчика через несколько дней после побега мужа из СССР. Заступив на очередное вечернее дежурство на аэродроме, капитан Александр Зуев принес с собой собственноручно испеченный торт, который был наполнен купленным снотворным. Дежурному звену офицер объявил о том, что у него родился сын (проверить эту информацию не представлялось возможным, так как жена Зуева уехала рожать к своим родственникам на Украину). Всем летчикам и техникам, которые находились в дежурном помещении, капитан раздал по куску торта и скоро все они благополучно заснули. После этого Зуев повредил систему сигнализации и перерезал кабель связи.
Провернув операцию с троянским тортом, Зуев отправился к самолетам МиГ-29 дежурного звена, где столкнулся с непредвиденной сложностью. Самолеты охранял молодой солдат-часовой, который неожиданно для капитана четко придерживался устава и не хотел подпускать офицера к самолетам. Поняв, что его план находится на грани провала, Александр Зуев подошел к часовому и попытался разоружить его. Началась борьба, в ходе которой Зуев выхватил свой табельный пистолет и несколько раз выстрелил в часового, ранив его. В ответ уже раненый часовой выпустил в сторону Зуева практически целый рожок из АКМ. По счастливой для летчика случайности в него попало всего две пули, одна ранила капитана в руку, вторая лишь оцарапала голову.
МиГ-29 под охраной турецких военных
Несмотря на ранение в руку Александр Зуев сумел убрать колодки, снять заглушки с воздухозаборников МиГ-29 и чехол с фонаря-кабины, запустить двигатели и взлететь, управляя самолетом практически одной рукой. После взлета капитан попробовал реализовать вторую часть своего плана, выполнив боевой разворот, летчик попытался расстрелять из пушки стоящие на земле самолеты дежурного звена, чтобы обезопасить свой побег. Однако осуществить задуманное Зуеву не удалось. Пушка молчала, в спешке летчик забыл снять блокировку. Не желая идти на неоправданный риск, летчик решил поскорее покинуть территорию базы и, включив форсаж, начал уходить в сторону морского побережья, снизившись до высоты примерно 50 метров. После стрельбы на аэродроме была поднята тревога, но взлетевшие через 10 минут истребители уже не смогли перехватить нарушителя.
Александр Зуев благополучно достиг аэродрома Трабзона, где и выполнил посадку. Первыми его словами в Турции были: «Я – американец», таким образом, он рассчитывал привлечь к себе внимание американского посольства. Прямо с самолета раненый летчик был отправлен в турецкий госпиталь, при этом против летчика было возбуждено уголовное дело за угон самолета. Позднее Зуев был оправдан, турецкая сторона согласилась с тем, что действия советского офицера носили политический характер, Александру Зуеву было предоставлено американское гражданство и политическое убежище.
А вот сам самолет, который представлял для американских военных и специалистов авиастроительной отрасли большой интерес, заполучить не удалось. Турки вернули истребитель Советскому Союзу уже через полтора дня после инцидента. Однако сам Александр Зуев, его знания и сведения представляли для американской стороны интерес. Считается, что он консультировал американских военных во время подготовки операции «Буря в пустыне», так как иракские ВВС имели на вооружении технику советского производства, в том числе истребители МиГ-29.
- Автор:
- Юферев Сергей