Неуловимый самолет-разведчик U-2 был уничтожен в небе над СССР 65 лет назад
1 мая 1960 года зенитный ракетный комплекс С-75 уничтожил самолет-разведчик U-2 в небе над Свердловском. Самолеты этого типа уже много лет были сущим кошмаром для ПВО - они облюбовали все секретные советские военные объекты и периодически наведывались даже в Москву. Из-за огромной высоты полета они были неуязвимы для истребителей, однако новейшие зенитные ракеты смогли их достать. О том, как советские войска ПВО годами гонялись за U-2 и как его в итоге удалось сбить, - в материале "Газеты.Ru".
Черный крест
4 июля 1956 года советские радары засекли необычную цель, летевшую со стороны западной Европы. Она пересекла государственную границу СССР, облетела Ленинград, около которого располагались верфи подводных лодок и аэродромы стратегической авиации, после чего развернулась и вернулась на базу в Европу. Догнать нарушителя попытались на истребителях, но летчики так и не обнаружили ничего в обозначенном районе, несмотря на ясный день. 5 июля ситуация повторилась. На этот раз цель пересекла границу в районе южной Белоруссии и полетела прямо на Москву. Вновь МиГ-17 и Як-25 поднялись на перехват, и опять истребители не смогли обнаружить цель, которая, покружив над Москвой, вернулась назад.
К тому времени командование войск ПВО поняло, что нарушитель летит очень высоко, возможно, в 20 км над землей. Для охоты на него была создана особая группа летчиков, которая планировала использовать нестандартную тактику. Предельная высота полета истребителя МиГ-19 примерно равна 15 км, но на короткое время он может подскочить чуть выше за счет так называемой динамической горки. В ходе этого маневра самолет разгоняется на форсаже и в нужный момент начинает резко набирать высоту, но не способен при этом интенсивно маневрировать. Спустя короткое время он неизбежно падет назад. Но подобные подскоки тоже ничего не дали - каждый раз вверху было только чистое небо.
Вскоре полеты прекратились, но в 1957 году возобновились. Первый секретарь ЦК КПСС Никита Хрущев засыпал США протестами и жаловался на пролеты американских бомбардировщиков, на что те честно отвечали: ни один самолет ВВС США, тем более бомбардировщик, воздушное пространство СССР не нарушал. Разъяренный Хрущев пообещал летчикам-истребителям: тот, кто собьет нарушителя, автоматически получит звезду Героя и сможет требовать от правительства любое материальное вознаграждение. Но на тот момент войска ПВО даже не до конца понимали, с чем имеют дело. Во-первых, цель шла на недосягаемой для самолетов высоте. Во-вторых, периодически она необъяснимо исчезала с экранов радаров, а временами замедлялась до скорости полета птиц, на которой самолет должен свалиться в штопор.
Но птицы на таких высотах не летают, а разведывательные аэростаты не могут двигаться по прямой к стратегическим целям и поворачивать назад. Например, в августе 1957 года неизвестный летательный аппарат вновь посетил Москву. Некоторые генералы на совещании в Генштабе вообще отказывались признавать факт пролета цели до самой столицы, но оказались в меньшинстве. В итоге было решено перевести окружавшие Москву зенитные ракетные комплексы С-25 в максимальную степень готовности на случай, если нарушитель появится опять. Но к Москве он больше не подлетал.
В феврале 1959 года, после многих десятков попыток, войска ПВО добились хоть какого-то успеха. МиГ-19 под управлением одного из лучших летчиков навелся на цель по данным самого совершенного советского радара П-30 и в нужный момент подскочил на "горке" до 17,5 км. Там он продержался лишь несколько секунд, после чего самолет начал сваливаться, а радар потерял цель. Однако, вернувшись на аэродром, летчик описал то, что видел, и сопроводил рисунком от руки: высоко в небе был черный крестообразный самолет с большими крыльями. Командование заподозрило, что летчик выдумал свои наблюдения, надеясь получить награду, ведь не бывает самолетов, способных часами летать на таких высотах. Они очень серьезно заблуждались.
Высотный шпион
Черный крест, который увидел летчик - это самолет Lockheed U-2 - сверхсекретный аппарат, разработанный американцами в 1950-е годы специально для высотных полетов. Предельная высота полета - условный параметр, который нельзя определить точно, но зависит он, в первую очередь, от отношения подъемной силы к массе. Ради экономии массы конструкторы отказались даже от традиционного шасси, отдав предпочтение очень легкому и слабому, рассчитанному на мягкое касание и расположенному как велосипедные колеса, из-за чего самолет в итоге падал на одно из крыльев.
Для повышения подъемной силы пришлось пойти на еще более радикальные шаги. Инженеры отказались от устоявшихся в авиационной отрасли ограничений и спроектировали самолет, больше всего напоминавший планёр с реактивным двигателем. Полезная нагрузка имела жесткие ограничения по массе и состояла исключительно из разведывательного оборудования. Лучшая из устанавливаемых на самолет камер обеспечивала разрешение в 100 линий на мм, что позволяло различить на земле детали размером около 20 см. С учетом фокусного расстояния (длины) в 91 см и диаметра объектива около 9 см, камера больше напоминала телескоп, позволявший разглядеть на припаркованных бомбардировщиках бортовые номера.
Самолет был строго засекречен и находился в распоряжении ЦРУ, поэтому для его испытаний вдали от посторонних глаз правительство США построило специальный полигон в Неваде, ставший потом Зоной 51. Испытывать было что: на крейсерской высоте в 22 км скорость сваливания самолета была всего на 19 км/ч меньше, чем предельно допустимая, и потому летчик ни на минуту не мог расслабиться. Кроме того, самолет был одноместным, и потому пилот должен был не только заниматься исключительно сложным управлением, но и решать задачи навигатора и делать качественные фотоснимки целевых объектов. Вдобавок, из-за адаптации к большим высотам, на низких самолет требовал очень сильного воздействия на рукоять и размашистых движений ею. Он также сопротивлялся попыткам коснуться полосы из-за сильного экранного эффекта, что с учетом жестких ограничений на силу удара для шасси требовало, чтобы по полосе за самолетом ехала машина сопровождения с летчиком, который командовал, как садиться. Словом, летать на нем могли только специально обученные люди, вольнонаемные (гражданские) сотрудники ЦРУ.
Поначалу американское правительство надеялось, что советские радары вообще не смогут заметить U-2. В первом же полете выяснилось, что это не так, и президент Эйзенхауэр подумывал отказаться от миссий из опасности дипломатического скандала. Однако в итоге желание посмотреть на советские военные объекты перевесило осторожность, и миссии продолжили.
Летчик U-2 Мартин Кнутсон вспоминал, что видел под собой целые эскадрильи МиГов, пытавшиеся его перехватить или хотя бы найти. Иногда поток истребителей был таким плотным, что мешал фотографировать цели. Пилоты знали, что лучшие советские истребители могут приблизиться к U-2 с помощью динамической горки, и потому всякий раз, когда видели начало такого маневра под собой, поворачивали в сторону. В итоге перехватчик видел вокруг себя лишь чистое небо.
Шел на рекорд
Все изменилось с появлением на вооружении войск ПВО СССР ЗРК С-75. Его предшественник, С-25, был исключительно дорогой и стационарной системой, которая прикрывала лишь столичный регион. Новый же комплекс можно было развернуть в куда больших количествах, а его характеристики позволяли поражать высотные цели вроде U-2.
К весне 1960 года U-2 совершили, как минимум, десятки разведывательных полетов над СССР, а их точное число неизвестно до сих пор. Особенной наглостью и успешностью отличилась миссия 9 апреля, когда в ходе полета над Средней Азией удалось сфотографировать Семипалатинский ядерный полигон, находившуюся рядом базу бомбардировщиков Ту-95, полигон зенитных ракетных войск Сары-Шаган и ракетный полигон близ деревни Тюра-Там, названный позже космодромом Байконур.
Полет Фрэнсиса Пауэрса, намеченный на 1 мая, должен был поставить рекорд по длительности. Взлетев с аэродрома Пешавар в Пакистане, он планировал пролететь над Душанбе, Челябинском, Свердловском (Екатеринбургом), космодромом Плесецк, Архангельском и Мурманском, после чего сесть в Норвегии на натовской авиабазе Будё. Радары обнаружили самолет над Узбекской ССР ранним утром, и командование ПВО распорядилось уничтожить нарушителя любой ценой и любыми средствами. Можно представить, что сделал бы с военными Хрущев, если бы разведчик пролетел над Москвой или хотя бы над Свердловском прямо во время первомайской демонстрации.
К операции был подготовлен размещенный близ Свердловска новейший перехватчик Су-9, в теории способный кратковременно подниматься на высоту 20 км. Однако на него не успели подвесить вооружение, и потому капитан Игорь Ментюков получил приказ: таранить. С учетом того, что надеть высотно-компенсирующий костюм он не успел, таран означал гарантированную смерть, но, к счастью, из-за ошибок в наведении пилот так и не нашел U-2.
Главную роль в тот день предстояло сыграть дивизионам С-75, развернутым там же, под Свердловском. Сложность для них состояла в том, что самолет попадал в зону поражения ненадолго, и потому принимать решение требовалось очень быстро. Поэтому первые пущенные по Пауэрсу ракеты цели не достигли и самоликвидировались из-за маневра самолета.
Второй шанс выпал дивизиону под командованием майора Михаила Воронова. "Цель была в зоне огня подразделения. Все ждали команды. Но в тот момент воздушная обстановка изменилась. Самолет-нарушитель взял новое направление полета, словно догадавшись о грозящей ему опасности. Черная линия курса цели на планшете обогнула тот невидимый рубеж, где возможно ее поражение огнем ракеты. Перед майором Вороновым, всем расчетом возникла особенно сложная ситуация. Требовалось с большой точностью определить момент пуска ракеты, иначе... Иначе самолет мог уйти. Но вот опять нарушитель "захвачен". Связь между командными пунктами дивизиона и полка надрывалась, но звучное вороновское "Цель уничтожить!" услышали все. Стартовый расчет сержанта Александра Федорова сработал безошибочно. Всплеснулось пламя, и ракета, опалив землю, стремительно пошла навстречу самолету-нарушителю", - рассказывал генерал-майор Семен Панжинский.
Расчет уже думал, что самолет вышел из зоны поражения, как вдруг, в 08:53 мск, на экране локатора расплылось пятно: то были падающие обломки самолета. Однако на КП зенитного ракетного полка считали, что нарушитель просто выпустил ложные цели, и потому приказали продолжить уничтожение самолета. В результате по ошибке был сбит вылетевший на перехват советский МиГ-19, старший лейтенант Сергей Сафронов при этом погиб.
Пауэрс выпрыгнул с парашютом и выжил, представ затем перед советским судом по обвинению в шпионаже (не будучи военным, он не обладал иммунитетом от преследований). Полеты U-2 над советской территорией с тех пор прекратились, причем не только из боязни потерять самолет. Спустя несколько лет в распоряжении ЦРУ оказался новый высотный и скоростной разведчик SR-71, также ставший крайне сложной целью для перехвата и регулярно летавший над Вьетнамом, Египтом и другими социалистическими странам с неплохой ПВО.
Проблема была в том, что СССР исключительно удачно разыграл сбитие Пауэрса с политической точки зрения. Самолет уничтожили там, куда невозможно залететь случайно. Американское правительство попыталось заявить, что борт нес исключительно научное оборудование и был предназначен для метеорологических исследований, но Советский Союз представил всему миру уцелевшее разведывательное оборудование U-2. Развернулся грандиозный политический скандал, приведший новому витку Холодной войны и росту военной напряженности.
С учетом того, что появившиеся в 1959 году американские разведывательные спутники программы Corona позволяли получить те же разведданные, но без политических рисков, от полетов в глубины СССР в США отказались навсегда.