Наворованное придётся вернуть
Генпрокуратура подала иск о взыскании в доход государства акций компании «Сибэко», посчитав сделку купли-продажи коррупционной. По оценке следователей, бывший министр Открытого правительства Михаил Абызов и один из богатейших предпринимателей Андрей Мельниченко со своими сообщниками «поставили под угрозу устойчивое экономическое развитие и энергетическую безопасность ряда регионов страны».
Силовики усмотрели в такой сделке признаки «извлечения преимущества из недобросовестного поведения», что и явилось основанием для взыскания в доход государства всего имущества, полученного сторонами незаконным путём.
Ещё пару лет назад такое трудно было представить. Потревожить тех, кому за бесценок достались лакомые куски государственной собственности, долгое время не решались. На Западе это могли бы расценить как пересмотр итогов приватизации первой волны. Но времена изменились, и вот уже государство, без оглядки на заграницы, начинает постепенно возвращать то, что ему по праву принадлежит.
Либералы, разумеется, такие действия не приветствуют. Для того, чтобы справиться с трудностями в экономике, они предлагают просто распродать государственные активы, не приносящие особой прибыли. Идею большой приватизации горячо поддерживает Председатель Центробанка Эльвира Набиуллина. На Петербургском международном экономическом форуме она заявила, что благодаря приватизации удастся обеспечить стабильный рост ВВП и экономика в России станет эффективнее. С ней полностью согласен бывший министр экономики Герман Греф. Помощник президента РФ Максим Орешкин тоже высказывается за приватизацию, но более сдержанно. Он допускает распродажу госсобственности в тех случаях, когда государство выходит из неэффективных активов с выгодой для себя.
За распродажу госсобственности в апреле этого года выступал и глава ВТБ Андрей Костин. В своём пространном интервью телеканалу «Россия 24» он посоветовал приватизировать непрофильные активы в «Транснефти», РЖД, «Почте России», «Ростехе» и «Росатоме». А заодно прошёлся по Объединённой судостроительной корпорации (ОСК), которая, по его мнению, не может справиться с задачами, стоящими перед отраслью потому, что находится в государственном управлении. Однако через несколько месяцев президент РФ на встрече с банкиром именно его банку предложил налаживать дела в корпорации, погасив её долги. Многие комментаторы связали этот жест с началом новой волны приватизации.
На самом же деле речь о передаче ОСК со всеми её долгами ВТБ не идёт. Судостроительная корпорация по-прежнему остаётся в государственной собственности, а акционерный пакет ВТБ получает в доверительное управление всего на пять лет. Объект требует больших финансовых вложений. Одни только убытки огромного предприятия по прошлому году вылились в 20 млрд рублей, а инвестиционную программу оценили в 130-140 млрд рублей. Так что эту сделку приватизацией в привычном смысле – продал-купил-перепродал – не назовешь, и это очень разочаровало наших либералов.
Идеологи новой реальности, призывающие начать масштабную распродажу того, что у государства плохо лежит, преследуют больше политические цели, никакого отношения к реальной экономике не имеющие. Ведь сегодня у государства нет крупных активов, которые имело бы смысл приватизировать для пополнения казны.
Некоторые комментаторы позволили себе съязвить, что Костин, согласившись на невыгодную сделку, сам себя наказал. На самом же деле убытки для крупнейших компаний реального сектора экономики, которые требуют модернизации, – не приговор, а обычное явление в деловой жизни. Не так давно в подобной ситуации находилась Объединённая авиастроительная корпорация (ОАК). Государство помогло ей справиться с проблемными активами, реструктурировать долги и занять достойное место в развитии отечественного самолётостроения.
Судостроительная корпорация оказалась в подобной ситуации. В прошлом году, когда государство решилось на возрождение судостроительной отрасли, выяснилось, что предприятия госкорпорации погрязли в долгах. Денег на инвестиции нет, а госзаказы есть. Чтобы их исполнить, погасить долги, рассчитаться с поставщиками оборудования, наладить выпуск судов всех типов, нужны серьёзные финансовые вливания. Деньги на финансовое оздоровление должен найти финансовый конгломерат ВТБ.РФ, 92% акций которого находится под государственным контролем. Так что перепродать активы с привлечением иностранцев не получится.
Почему в качестве собственника огромного предприятия, на котором держится кораблестроительная отрасль, не могло напрямую выступить государство? Некоторые аналитики склоняются к тому, что передача собственности, хоть и временная, одной корпорации к другой не нарушает перечень правил, которые Россия приняла при вступлении в ВТО (выходить из этой международной организации, судя по заявлениям чиновников, мы не собираемся). На страже этих правил стоит Центральный Банк и вся структура денежно-кредитной и финансовой системы. Напомним, что именно Эльвира Набиуллина и подписывала соглашение с ВТО, ратифицированное в 2012 году. И теперь ей и её соратникам по финансово-экономическому блоку приходится доказывать всему капиталистическому миру приверженность главному правилу рыночной экономики. Только вот утверждение, что частный бизнес всегда эффективнее государства, на котором стоит фундамент рыночной экономики, воспринимается как догма.
В развитых странах, экономический уклад которых мы старательно копировали до введения «адских санкций», давно поняли, что частный бизнес эффективен лишь в отдельных сферах. В больших системообразующих предприятиях доля государства, как правило, внушительна.
Бизнес незаменим в сфере услуг, при воплощении отдельных инновационных проектов. Как заметил в одной из своих программ Владимир Соловьев, «если бизнес эффективный, то пускай докажет это на деле, пускай с нуля создаёт предприятия, проекты, а не претендует на государственные активы». В советское время, напоминает Соловьёв, было развитие, была модернизация. А после того, как эту собственность получил «эффективный частный бизнес», – никаких рывков, никаких прорывов.
С популярным телеведущим трудно не согласиться, хотя лихие девяностые уже позади и никто сегодня не собирается раздавать государственную собственность за стакан газировки без сиропа. Но где гарантии, что новый собственник не обманет, не уведёт активы в оффшоры? Такое случалось и в девяностые, и после, когда иностранные холдинги и концерны раскупали активы наиболее значимых предприятий через аффилированные российские компании. Они ловко захватывали контроль, в том числе и над электростанциями, и просто выкачивали себе финансовую прибыль, а у нас росли тарифы на электричество.
Сегодня крупный бизнес поддакивает приватизаторам новой волны, хочет завладеть остатками государственной собственности. Но станут ли наши толстосумы вкладывать деньги в развитие своей страны, если даже сегодня, когда их собратьев притесняют за границей, видят своё будущее только на Западе?
Эти люди, имея на своих счетах 28 триллионов «свободных» рублей (такую сумму озвучил глава ВТБ Андрей Костин), не собираются делиться с народом, строить современные фабрики и заводы, поднимать электронику, машиностроение, приборостроение, авиастроение, другие отрасли и производства, чтобы обеспечить экономическую самостоятельность родной страны.
У них на уме только одно: всё скупить, а затем перепродать кому-нибудь подороже. В ходе новой приватизации, наверняка, найдутся иностранцы, желающие «инвестировать» в покупку государственных предприятий и имущества через наших олигархов, после чего они смогут не только зарабатывать в России, но и влиять на экономические процессы.
Специалисты подсчитали, что от распродажи государственной собственности в бюджет в лучшем случае может поступить лишь один триллион рублей. А когда проданные предприятия начнут работать «на карман» крупного бизнеса, то государству придётся довольствоваться крохами в виде налогов. Вместе с тем, если вернуть в госсобственность проданные в девяностые производственные мощности, то прибыль от их работы составит не менее пяти-семи триллионов рублей в год.
На Международном юридическом форуме председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин предложил начать возвращать государству наиболее важные экономические сферы.
Когда за исправление ошибок приватизаторов первой волны взялась Генпрокуратура, владельцы «Северной верфи» очень удивились. Как ни старались они доказать, что срок исковой давности прошёл и проект реорганизации приобретённой ими собственности был согласован в 1994 году с Государственным комитетом имущества, ничего у них не вышло. Действия чиновников, одобривших действия собственников стратегически важного объекта, были признаны не соответствующими интересам России.
Предприятие «Северная верфь» занималось ремонтом и строительством боевых кораблей для нужд обороны, но новые хозяева посчитали, что это для них обуза. А если обанкротить компанию, то на её мощностях можно развернуть широкую деятельность, вот и сформировали предприятие АО «Коммерческий центр, транспорт и лес» (КЦТЛ), и стали получать финансовую прибыль, чтобы покупать себе дворцы и недвижимость за рубежом вместо пополнения российского бюджета
На суде ушлые коммерсанты потребовали не отбирать у них эти активы, обратились за компенсацией, но суд отклонил все их требования. Всё имущество, понастроенное ими вокруг «Северной верфи» (терминалы, складские помещения, подъездные железнодорожные пути, специальная техника и тысячи офисных) в 2023 году переданы государству.
Как бы ни противились либералы, но процесс уже пошёл: иностранцев и своих бизнесменов, «нахапавших» государственную собственность незаконным путём, принуждают вернуть её обратно.
Силовики уже вернули государству Мурманский, Калининградский, Архангельский порты и другие стратегически важные объекты, начался процесс вывода энергетических станций из-под контроля иностранных собственников, подготовлены инвестиционные программы развития. И это вовсе не пересмотр итогов приватизации, проведённой Чубайсом на скорую руку, а лишь отмена сделок, состоявшихся с нарушением законодательства в обход российских интересов. Просто Россия возвращает под свой контроль свою же собственность, и это хорошее начало.
Почему в соседней Финляндии люди живут лучше, чем у нас? Не потому ли, что в экономике преобладает государственный сектор? В этой стране давно поняли, что в чьих бы руках не была собственность, а максимальный доход она приносит, если ей хорошо управляет наемный управленец-профессионал. Из-за океана финнов тоже поучают, что, мол, приватизация решит многие проблемы: распродавайте фабрики и заводы, но они не соглашаются на то, что им невыгодно.
Они считают, что и государство, и бизнес распоряжаются своей собственностью вполне успешно и не собираются отказываться от модели скандинавского социализма, на которой зиждется благополучие пяти европейских стран.
Государство за свой счёт учит своих граждан не только в школах, но и в университетах. Медицина, социальные услуги – от досуга до ухода за слабейшими членами общества, работа с молодежью, культура, спорт, создание благоприятной среды обитания – всё это в Финляндии финансируется из бюджета страны. Сфера ЖКХ жёстко контролируется государством. Железнодорожные пассажирские и грузовые перевозки – под крылом у государства.
У нас же приватизация по Чубайсу привела к уничтожению экономики, обнищанию миллионов россиян и последствия её мы ощущаем сих пор. Так стоит ли снова наступать на те же грабли?
Государственники выступают за национализацию природных ресурсов и ключевых отраслей экономики (в первую очередь стратегических предприятий), а также за прогрессивное налогообложение. Без этого, как они полагают, невозможен переход экономики на путь устойчивого развития и достойный уровень благосостояния народа.