Куда уводят нас сказки Пушкина?

Об этом никогда не упоминала советская литература, так как в атеистических школах не поощрялась никакая трактовка теизма. Хотя мистика и присутствовала во многих литературных произведениях, но она трактовалась больше как сказка.

Несмотря на свою, казалось бы, короткую жизнь, Пушкин был настоящим полиглотом. Его духовный мир был необычайно богат. Мало кто знает о тайном архиве Пушкина, о его интересе к квантовой механике, экономике, социологии и т. д. Больше всего его интересовали эзотерические знания, изучению которых он посвятил всю свою сознательную жизнь. Именно об этом свидетельствуют записи в его архиве, о котором в России не упоминается. А если и упоминается, то только как о лжеучении.

Но в писательском мире о глубоких эзотерических изысканиях Пушкина было известно. Гёте, например, высоко оценил эти мировоззренческие знания Александра Сергеевича и на 76-м году жизни подарил 26-летнему Пушкину своё писательское перо. Его поэт хранил в красном сафьяновом футляре. Вот как об этом пишет биограф Пушкина П. В. Анненков в 1855 году:

«…Гёте послал Пушкину поклон через одного русского путешественника и препроводил с ним в подарок собственное своё перо, которое, как мы слышали, многие видели в кабинете Пушкина в богатом футляре, имевшем надпись: „Подарок Гёте“».

Няня Пушкина

Любимая няня Пушкина — Арина Радионовна, была крепостной крестьянкой. Она родилась в деревне Лампово Петербургской губернии, недалеко от села Суйда. В девичестве её звали Ирина, но дома называли Ариной на старообрядческий манер. Ведь там издавна жили семьи старообрядцев, которые не скрывали своих взглядов, хотя и подвергались гонениям со стороны православной церкви.

Вера старообрядцев существенно отличается от христианства как более древняя. Традиции старообрядцев передаются изустно от бабки к внучке, то есть только по женской линии, хотя и старики много ведают. Эта дохристианская культура, которая прослеживается по Главам Корневых Родов, уже насчитывающих до 560 с лишним колен. Колено — это 25 лет (возраст зрелости). Летоисчисление тоже осуществляется по-другому от сегодняшнего дня и в глубину веков, то есть назад в прошлое.

Предки старообрядцев в древности были поголовно грамотными. Простой письменной грамотой владели уже с детства. Причём начертанное письмо распространено было среди простого люда. Более замысловатой письменностью владели только знающие — это узелковая письменность в виде вязания.

Арина Радионовна не скрывала своих старообрядческих взглядов и охотно делилась ими со своим воспитанником. Это ясно видно из письма Пушкина его другу, поэту П. А. Вяленскому от 9 ноября 1826 года:

«Няня моя уморительна. Вообрази, что 70-ти лет она выучила наизусть новую молитву старообрядцев „Об умилении сердца владыки и укрощении духа его свирепости“. Вероятно, сочинённую при царе Иване. Теперь у неё попы дерут молебен».

Уже тот факт, что Арина Радионовна выучила наизусть очень редкую тогда старообрядческую молитву, существовавшую ещё до раскола православной церкви, говорит о её тесных связях со старообрядцами.

Есть предположения, что именно няня Арина Радионовна была духовным наставником Александра Сергеевича Пушкина. Эта неграмотная женщина знала столько сказок и жизненных историй, что казалась своему молодому подопечному кладезем народной мудрости. Она душевно пела ему народные песни, прибаутками воспитывала и вдохновляла любопытного мальчика к более широким знаниям, которыми была наделена по праву преемственности своего древнего рода.

Их отношения переросли в крепкую дружбу. Поэт пишет о ней стихи, называя её подругой и голубкой. Друзья Пушкина тоже восхищались радушием этой женщины, всегда упоминали её в письмах к Александру Сергеевичу, передавая ей поклоны и приветы.

«Я без ума от вашей нянюшки! Какая у неё материнская забота о вас. Поражают её душевная красота, замечательная народная речь, пленительные рассказы про старину, про бывальщину!» —написал в письме Александру Сергеевичу поэт Николай Языков, живя какое-то время по соседству с ним в селе Михайловском.

Тайна острова Буяна

Идёт 1824 год. Здесь, в Михайловском, под воздействием рассказов Арины Родионовны про старину Пушкин слагает поэмы. Он говорит своему брату Лёве: «Что за прелесть эти сказки! Каждая есть поэма!» Здесь и родилась поэма «Сказка о царе Салтане».

Для старообрядцев не было секретом, что где-то в мире есть остров с богатым каменным городом со златоглавыми куполами. Находится остров далеко на Востоке посреди моря-океана. А самое главное, что правит там справедливый царь праведной веры. Купцы, которые проплывают мимо острова, заходят в порт и видят необычайную красоту этого города. В сказке Пушкин называет островом Буяном.

Был ли такой остров на самом деле? Конечно, был. Среди старообрядцев он был хорошо известен. Его называли Беловодье. Это один из Курильских островов. С одной стороны — Опонское море, как называли его раньше на Руси (теперь это Японское море), с другой — Тихий океан. Существовал даже «Путеводитель» или «Путешественник». В нём рассказывалось, как добраться до Беловодья. Впрочем, путеводителей было несколько, но самый подробный написал монах Марк, инок Топозёрский. Он шёл в Беловодье ещё с двумя иноками из Архангельской губернии, из скита филипповского согласия, расположенного на острове в Топозере.

В толковых словарях Даля, а также Брендгауза и Ефремова, есть толкование Беловодья и путеводителей туда. Сначала надо было добраться из Москвы до Алтая, а дальше через Китай (44 дня пути) и затем морем.

В 1807 году в Министерство внутренних дел России было передано сообщение от алтайского крестьянина Бобылёва. Он писал, что побывал на «море-Беловодье», где проживает более 500 тысяч душ староверов, что живут они по старым праведным законам, дани никому не платят и т. д. Письмо было написано с целью уведомить правительство и попросить свободного жилья на материке, а главное — свободы вероисповедания.

Естественно, что ответа не последовало, зато была снаряжена экспедиция уральских казаков, которые в поисках богатой страны прошли по указанному маршруту вплоть до Японии, но не нашли, ведь проводника им никто не выделил.

Говорят, что после сильных землетрясений на Курильских островах город был разрушен, а люди, жившие на нём, ушли в сторону Америки.

История Лукоморья

Знаменитая сказка о Руслане и Людмиле начинается известным стихом «У Лукоморья дуб зелёный, златая цепь на дубе том…»

Конечно, Лукоморье тоже существовало. На всех древних картах его можно было найти. Но кому-то было невыгодно, чтобы эти древние знания дошли до нас с вами, поэтому в России все эти древние карты были уничтожены. Остались только те, что создавали иностранные подданные, о чём и рассказывает Юрий Абарин на своём ютубканале «Всемирная история. Новый взгляд».

В Лукоморье жили старообрядцы, то есть люди древней веры, на которую были гонения со стороны власти и попов.

А вот что об этом говорят старообрядцы

«Мы жили в Сибири за несколько тысяч лет до того, как возникла Русь, и даже задолго до того, как произошла тюркизация Сибири. Нас остовалось довольно много здесь, пока 400 лет назад не повалили из-за Урала русские казаки, планомерно уничтожавшие всех белых язычников, как особенно опасных для Московии врагов. Во времена Золотой Орды нас было 17 родов только по Лукоморскому царству. И, наверное, десятки тысяч человек общим числом. При Золотой Орде мы жили неплохо. Потом, во время упадка великих Сибирских царств, нас сильно проредили нашествия Джунгар, но и они не свели нас на нет. А вот у русских казаков, возглавляемых православными попами, это получилось лучше…»

Загадочная смерть Пушкина

Пушкин в своих сказках коснулся запрещённой в России темы репрессий верующих. Он не любил духовенство, писал на них колкие эпиграммы. Все знают сказку о «Попе и работнике его Балде», где поп представлен как глупый и жадный, то есть Пушкин высмеивал духовенство на самом деле. Великий поэт не мог простить им репрессий ни в чём не повинных старообрядцев.

Мы знаем о ссылках Пушкина, о том, что им были недовольны архимандрит и сам царь Александр Первый за колкие эпиграммы. Пушкина часто ссылали подальше от столицы, запрещали печатать в России его произведения. Ссылка следовала за ссылкой. Так и родилась идея побега из России навсегда. Вот несколько строк из письма Александра Сергеевича к его друзьям:

«Если брать, так брать — не то, что и совести марать — Ради бога, не просить у царя позволения мне жить в опочке или в Риге; чёрт ли в них? А просить или о въезде в столицы, или о чужих краях», — это он пишет Плетнёву в 1825 году.

«В столицу хочется мне для Вас, друзья мои. Хочется с вами ещё перед смертию поврать; но, конечно, благоразумнее бы отправиться за море. Что мне в России делать?»

А вот цитата из письма Вязенскому от 1826 года:

«Я, конечно, презираю Отечество моё с головы до ног — Но мне досадно, если иностранец разделяет со мной это чувство. Ты, который не на привязи, как ты можешь оставаться в России? Если царь даст мне слободу, то я месяца не останусь».

«В 4-й песне „Онегина“ я изобразил свою жизнь; когда-нибудь прочтёшь его и спросишь с милою улыбкой: Где ж мой поэт? В нём дарование приметно — Услышишь, милая, в ответ: Он удрал в Париж и никогда в проклятую Русь не воротится — Ай да умница!»

Побег Пушкина затруднила загадочная смерть Александра Первого, который мог бы дать ему разрешение на выезд под видом лечения, то есть даже царь был не так строг к Пушкину, как российское духовенство, которое Пушкин ненавидел всею своею душой.

Спустя годы новый царь дал Пушкину разрешение вернуться в столицу из ссылки, но надзор за ним не сняли и выезжать никуда не разрешили. За поэтом внимательно наблюдали; слишком много он знал и мог об этом рассказать уже не под видом сказок.

Чтобы скрыться из поля зрения его надзирателей, Пушкин организовал свой побег под видом дуэли и своей кончины. Это легко понять после детального изучения его отношения к властям (скорее к духовенству, преследовавшему поэта на протяжении всей его жизни в России).

Дуэль была разыграна для широких масс и очень тщательно спланирована. Ведь Дантес не мог быть тем, кто стреляется из-за женщин, потому что всем были хорошо известны его гомосексуальные наклонности. Но он охотно помог Пушкину «исчезнуть» из поля зрения властей навсегда.

Так, в Париже официально в 1840-х годах появляется писатель Александр Дюма. Хотя произведения Дюма печатались уже чуть раньше, но писателя до этого никто в глаза не видел; просто передавались его произведения через третьи руки.

Об этой истории много писали в прессе. Официально в России никто не расследовал и не рассматривал эту версию, наоборот, старались опровергнуть. Мистификатор Пушкин сумел обойти все преграды, даже инквизиторов. Он действительно воздвиг себе памятник нерукотворный. Его произведения — это песнь Традиционной Культуре истинно русских людей.

Дуб — это неиссякаемая народная мудрость и культура, переданная людям богами, а вот золотая цепь ограничивает знания людей своими запретами и властью, ведь почти все деньги сосредоточены в руках власти, поэтому цепь золотая. Учёный кот, который ходит по этой золотой цепи, — это на эзоповом языке упоминание о продажных людях в науке, которым нельзя рассказывать о настоящих чудесах земли русской.