Индейцы на тропе войны против русских
На русских воинственные индейцы производили впечатление «народа убийственного и злого», «кровожаждущих варваров», а в боевой одежде так и вовсе «страшнее самых адских чертей». Тлинкиты с детства учились воевать и убивать умели лучше многих своих соседей.
Мальчиков они воспитывали свирепыми мужчинами, закаливая их купаниями в холодной воде и бичеваниями. Кроме того, тлинкиты (русские еще называли их колошами) были сметливыми торговцами, хорошими плотниками и любителями накапливать богатства. Кстати, это накопительство было связано с традицией потлача. Потлач — празднество, во время которого индейцы демонстрировали свое богатство, раздаривая его. И чем больше можно было подарить, тем выше был социальный статус индейца. Так что грабительские походы и воинское искусство для тлинкита были важной социальной потребностью. У тлинкитов было неплохое вооружение, и они научились использовать огнестрельное оружие. Было и защитное вооружение: крепкие индейские доспехи из ольхи могли останавливать даже ружейные пули. На их стороне было огромное численное превосходство и знание своих земель. Слабым местом индейцев были междоусобицы и неумение вести долгую войну против столь же храброго и упорного противника. Встретив такого, они отступали. Но в 1802 году они сами развязали войну. Было из-за чего.
В погоне за пушниной русские первопроходцы двигались по побережью Северной Америки. Учрежденная в 1799 г. Российско-Американская компания добралась до островов архипелага Александра на юго-востоке Аляски, где морского зверя было огромное количество. Но тут было и много индейцев. Около 10 тысяч тлинкитов встречали непрошеных гостей враждебно. Главный правитель Русской Америки и глава компании Александр Андреевич Баранов все равно решил «во что бы то ни стало» основать здесь фактории. И сделал это: в 1796 были основаны небольшая крепость Якутат и селение Новороссийск, а в 1799 г. — Михайловская крепость на о. Ситка, где жили тлинкиты клана киксади. С вождем Скаутлельтом удалось тогда договориться о покупке земли. Начался активный помысел пушного зверя.
Европейцев индейцы уже знали, им доводилось торговать с американцами и англичанами. Торговля была такая: традиционно занимавшиеся добычей пушнины морского зверя тлинкиты меняли шкуры на европейские ткани, оружие и спиртное. И от русских они ожидали примерно того же. Но русским, находившимся вдали от своих баз снабжения, самим европейских товаров не хватало. Они не хотели покупать шкуры, а с помощью сотен алеутов и других союзных туземцев сами их добывали и продавали в Россию, Китай и другие страны. Причем шкуры выдр, соболей, морских львов и морских бобров (каланов) добывались в промышленных масштабах. Только каланов русские вывезли из Аляски в 1797 — 1821 гг. 1 232 374 штуки!
В общем, русские истребляли кормовую базу тлинкитов, а взамен ничего не давали. Кроме того, нравы промышленных людей оставляли желать лучшего. Приказчик компании К. Т. Хлебников признавал, что среди промышленников много людей без «правил чести и доброй нравственности». Они относились к индейцам надменно, «отнимали их девок», грабили захоронения и охотничьи склады. И в ответ получили ненависть. Русских к 1802 г. в Аляске было всего около 350−400 человек, так что мир с тысячами тлинкитов был совершенно необходим для работы Российско-Американской компании. Но сохранить его не получилось.
Каков был повод для войны, что стало «последней каплей», до конца не понятно: то ли служившие русским алеуты убили в 1801 г. одного из тлинкитских вождей и наказали кандалами какого-то индейца за кражу шкур, то ли в тюрьму заключили какого-то важного шамана. В то же самое время закончилась война кланов киксади и дешитанов. Теперь они смогли заняться русскими. Зимой 1802 г. совет тлинкитских вождей принял решение начать войну. Противником боевых действий был лишь договорившийся лично с Барановым вождь Скаутлельт. К тому времени он крестился и назвался Михаилом, а Баранов стал крестным отцом. Но вождь подчинился решению совета и возглавил воинов вместе со своим племянником Катлианом. Кстати, в то время к индейцам приплыл американский торговец Уильям Каннингем, намекавший, что если русские будут добывать мех в таких количествах, что у индейцев меха не станет, то американцам незачем будет приезжать и продавать им столь желаемые товары. В общем, подогрел решимость тлинкитов. Индейцы хорошо спланировали войну и решили ждать начала промысла: когда русские выйдут из крепостей, их будет проще уничтожить.
Дождавшись, пока большая часть поселенцев уйдет за пушниной (партия Ивана Урбанова), 16 июня 1802 г. тлинкиты атаковали Михайловскую крепость, в которой оставалось 26 русских, 6 американских матросов на русской службе и около 70−80 алеутов, женщин и детей. Более полутора тысяч тлинкитов во главе с Катлианом вошли в крепость, окружили казарму и открыли огонь. Русские отстреливались и даже положили несколько врагов выстрелом из пушки, но вскоре казарма загорелась. После этого всех защищавшихся перебили. На следующий день тлинкиты поймали и уничтожили небольшую партию Василия Кочесова, возвращавшуюся с промысла сивучей (морских львов). Кочесова и Еглевского тлинкиты замучили до смерти ужасающими пытками: отрезали носы, уши и другие части тела, «набивали ими рот». Партию И. Урбанова, покинувшую Михайловскую крепость, тлинкиты тоже нашли и в ночь с 19 на 20 июня, когда те были на ночлеге, атаковали. Почти всех истребили, погибли 24 русских и 165 туземцев. Выжило лишь несколько человек, в том числе убежать удалось самому Урбанову.
Эти удары индейцев были столь чувствительны, что готовить им ответ пришлось годами. Только летом 1804 г. Баранов собрал силы в крепости Якутат. 120 промышленников и около 900 вооруженных ими туземцев (в основном врагов тлинкитов, чугачей, кадьяков и др.) на 4 кораблях компании и байдарках двинулись на о. Ситка. По пути русские сожгли два поселения индейцев, жители которых участвовали в уничтожении партии Урбанова. В сентябре все силы русских собрались в Ситкинском заливе. Туда же подошел неплохо вооруженный шлюп «Нева», в то время совершавший кругосветное плавание под командой знаменитого мореплавателя Ю. Ф. Лисянского. Так как после долгих переговоров стало понятно, что тлинкиты мира на русских условиях не хотят (возобновление договора), то Баранов и Лисянский подготовили штурм устроенной индейцами на Ситке крепости с гарнизоном из сотни воинов.
Крепость «Молодого деревца» (Шисги-Нуву) защищалась Катлианом. Здесь были воины всех шести домов киксади (Дом Мыса, Дом Глины, Сильный Дом, Дом Сельди, Дом Стали и Дом внутри крепости). Четырехугольная крепость была сложена из толстенных бревен, как писал Баранов, «из претолстого в два и более обхвата суковатого леса». Ядра и картечь русских не причиняли почти никакого вреда колошам, которые во время обстрела прятались в окопах, так что «свободно укрываться могли от ядр и пуль, а тем куражась нимало не думали о примирении». Тогда 1 октября 1804 г. русские пошли на штурм, и стороны долго обстреливали друг друга. К вечеру русским и алеутам пришлось отступить, был ранен в руку Баранов. Погибло 6 русских и 3 союзных индейца, еще 9 русских было ранено. Отступить заставила не только темнота, но и смелый маневр Катлиана, вылазкой из крепости и контратакой распугавшего наступавших с русскими алеутов. Но тлинкиты понимали, что долго им не удержаться, врагов было слишком много. В битве за крепость около 30 из них погибли. Ночью 7 октября они тайком ушли на другой берег острова. Оставленную ими крепость русские сожгли.
Перемирие здесь было заключено на следующий день, 8 октября 1804 г. Русские тут же начали строительство нового города на месте сожженой крепости — Ново-Архангельска, который до момента продажи Аляски американцам в 1867 г. был столицей Русской Америки. Там был Дом Правителя («замок Баранова»), деревянная крепость, верфь, склады, казармы и дома. Более 200 русских и тысячи туземцев жили в этом городе.
Еще один удар индейцы нанесли 20 августа 1805 г., напав на Якутат и уничтожив крепость. Погибло 14 русских и множество алеутов. Только осенью удалось наконец договориться более или менее окончательно. Индейцы видели, что Баранов не сдастся, и заставить его уйти практически невозможно. Со Скаутлельтом было заключено новое соглашение. Баранов поднес в дар вождю бронзового двуглавого орла, шапку мира, изготовленную по образцу церемониальных шляп тлинкитов, и синий халат с горностаями. Тлинкиты обязались больше не нападать, а Катлиан признал свою вину и обещал компенсировать ее в дальнейшем «верностью и дружеством».
Так как за время войны было уничтожено 2 русские крепости и погибло около 45 русских и более 230 туземцев, для Российско-Американской компании она стала большим испытанием, оправляться от которого пришлось несколько лет. Несколько сгладить прежние конфликты удалось благодаря тому, что индейцам русский промысел перестал наносить такой ущерб, так как они наладили посредническую торговлю: европейские товары американцев продавали втридорога континентальным соседям, а у них уже брали пушнину на продажу американцам. В общем, индейцы оказались довольно оборотистыми. Но русские все еще их раздражали. Заключенные соглашения многие индейцы восприняли лишь как перемирие. Они выслеживали промышленников, но не нападали на них, чтобы не начинать войну, а дождавшись, когда те выйдут на промысел, распугивали каланов. Все это заставляло уходить компанию все дальше на юг в поисках новых источников дохода. Стычки с индейцами случались и позже, особенно в 1850-е гг. Эти нестабильные отношения стали одной из проблем освоения Аляски, из-за которых полуостров был продан в 1867 году.