"Мерзкие морды": в Белоруссии разгорелась тихая гражданская война

Цветная революция, захват власти, военные НАТО у границ Беларуси, вооруженные силы проводят комплексное тактическое учение, карать, судить, не допустить – такие новости каждый час крутят по государственным телеканалам Белоруссии. Старшее поколение напугано. Люди запасаются спичками и гречкой, на всякий случай готовятся к осадному положению. Наши специальные корреспонденты в Минске наблюдали за ситуацией.

По вечерам пенсионеры дружными рядами с национальными флагами под мышкой бредут на мирные протестные митинги, пытаются договориться с оппозиционно настроенной молодёжью: «Нам война не нужна». В ход идут уговоры, воспоминания о тяжелом прошлом, о нищих 90-х, старики давят на совесть тех, кто годится им во внуки. Последние не прогибаются, упрямо отстаивают свою позицию: «Хотим перемен».

Пока договоренности между поколениями не достигнуты. Но и белорусский Майдан, которым так стращают власти, сейчас кажется плюшевым.

Митинги в Белоруссии напоминают народные гулянья. Кругом толпы нарядной молодежи в белом с цветами и более старшее поколение с флагами и шариками. У всех улыбки на лице. Со стороны все происходящее похоже на бесконечный праздник.

Разве что при столкновении противоположных сил ситуация немного накаляется. Но до рукоприкладства дело не доходит. Расходятся стороны, как правило, мирно.

О дате, месте и времени мероприятий сторонники Лукашенко узнают по телевизионным новостям – теперь расписание протестных акций транслирует на государственных телеканалах. Сторона оппозиции отслеживает свою программу в Телеграме.

Начало митингов выпадает на вечернее время – 17.30 – 18.00. Окончание акций не регламентировано.

Сторонники Лукашенко сдаются быстрее. Сказывается возраст протестующих. Как правило, два часа - и митинг «За Батьку» сворачивается. Оппозиция держится до полуночи. В этой схватке побеждает молодость.

"Без Лукашенко колбасы бы не было"

18.00. - на площади Независимости в центре Минска собирается народ. В руках протестующие держат красно-зеленые флаги. Национальная символики – обязательный символ протеста. Как иначе распознать своих?

Люди тихонечко переминаются с ноги на ногу. Песен не слышно, лозунги не кричат. С опаской оглядываются по сторонам. Ворчат в сторону мимо пробегающей молодежи с красно-белыми полотнами на плечах. Лица пожилого контингента обреченные. Понимают, численный перевес явно на стороне противников.

Через полчаса этим людям придется покинуть площадку. Их оттеснят сторонники оппозиции.   

Поддержка президента Белоруссии переместиться на соседнюю площадь Победы. Здесь останутся самые отчаянные – чужие среди своих. Таких «чужаков» мы застали на площади.

Толпа сторонников оппозиции взяла в кольцо двоих парней с красно-зелеными флагами. Молодые люди то ли не успели вовремя дать деру, то ли отстали от своих, то ли не оценили обстановку. Короче, сторонники Лукашенко оказались в плену.

«Позор-позор» - звучит со всех сторон традиционное в адрес тех, кто топит за Батьку. Журналист местного телеканала снимает схватку между противниками и сторонниками Лукашенко.

Тем временем на площади установили музыкальные колонки. Ди-джеи врубили Цоя, «Перемен». Раньше за эту песню сажали в изолятор. Сейчас силовики не реагируют. Да и не видно здесь людей в форме. Хотя «тихари» не дремлют.

- Вон, стоят, - указывает один из протестующих на мужчину в кепке и черной футболке. – Видите, исподтишка фотографирует присутствующих. Потом по карточкам всех идентифицируют, нам пришлют штрафы. Так и живем.

Сторонники оппозиции держат в руках плакаты «Останови насилие», «Спасибо заводам, вы герои», «Что скрывается под маской? Ложь, фальсификация, насилие», «Простить и забыть невозможно».

Рядом топчется мужчина в возрасте. На вид лет 70. На лице – маска. Коронавирус никто не отменял.

- Вы пришли поддержать оппозицию? – подходим к нему.

- А вы кто? – осторожничает мужчина. Голос дрожит. Явно волнуется.

Представляемся. Собеседник выдыхает.

- Только вы меня не сдавайте, - шепчет. – Я думал, что здесь наши соберутся, а оказался среди чужих. Опоздал, наверное. Где теперь своих искать? Сейчас немножко постою и уйду.

Мужчину зовут Александр. Он житель Минска. На митинг пришел по зову сердца.

- Я за стабильность, порядок, процветание, - чеканит то, что изо дня в день транслируют по государственным телеканалам. Кругом кричат «Уходи». Александр воспринимает лозунги, как личную обиду.

- Почему «Уходи»? Каких перемен они хотят? Город чистый, транспорт ходит. Я пенсию получаю генеральскую – 800 рублей (25600 российских рублей). В девяностые жрать было нечего, Лукашенко принял страну голодную. Сейчас у него такие связи. Он напрямую договаривается с Мурманской, Архангельской областью. Мы им тракторы, они нам – рыбу.

Александр топит за президента хоть тихо, но настойчиво. Говорит, что его сестра живет в Подмосковье, завидует брату.

- А вы были в наших магазинах? Пробовали колбасу? Обязательно купите, у нас колбаса хорошая, - собеседник переключается с политической повестки дня на бытовую.

  Тема колбасы Александра не отпускала долго. 

- Такую колбасу вы нигде больше не купите, один раз попробуете, не захотите отсюда уехать!

 Сколько мы не старались переключить внимание пенсионера с колбасы на протестные настроения – не получилось. Вопрос о жестком разгоне протестующих силовиками не спас ситуацию.

- Силовики немного превысили полномочия, - сказал Александр. – Зато какая вкусная колбаса в магазинах.

- Почему вы все колбасой меряете?

- Без Лукашенко такой колбасы бы не было…

Дальше разговор пошел по кругу. Мы о фальсификациях на выборах – пенсионер о колбасе, мы о свободе – мужчина снова о своем.

Тем временем, сторонники оппозиции выкрикивали в микрофон: «Что пора сделать Лукашенко?» Толпа скандировала: «Уходи».

«Мы - Лукаши»

Людей на площади Независимости пребывает. Два парня с национальными флагами, те самые, которым кричали «Позор», беглым шагом покидают площадь под бурные аплодисменты собравшихся. Еле догоняем их. Знакомимся.

Более активного, зовут Николай, ему 34 года. Закончил физфак БГУ, по образованию физик-ядерщик. Одно время служил рядовым чиновником, сейчас работает администратором торгового центра. По совместительству занимает должность второго секретаря Советского районного комитета коммунистической партии Белоруссии. Его коллега – Клим, студент. На митинг Клим явился при полном параде – в черном костюме, до блеска начистил ботинки.

- Выгнали вас? – спрашиваем.

- Пора двигать к своим, а то не успеем. Наши переместились на площадь Победы. Вы с нами? —спрашивают ребята. 

Удаляемся с площади Независимости, которую полностью заняли сторонники оппозиции. Защитникам действующей власти там не место.

Проходим 500 метров. Лоб в лоб сталкиваемся с группой молодых людей под бело-красными флагами.

- Позор, - летит в наш адрес.

- Фу, как ни стыдно, - снова нам.

Откуда-то выбегает женщина. Плюет нам под ноги.

- Будьте прокляты…

Наши собеседники реагируют на оскорбления блаженной улыбкой.

- Ваших-то сторонников явно меньше в Минске? – констатируем факт.

- Нас не меньше, просто наши больше работают, им некогда бастовать, - парирует молодой человек.

И снова сталкиваемся нос к носу с компанией оппозиционно-настроенных ребят. "Какая же отвратительная морда", - очередной «комплимент» нашим собеседникам. Со всех сторон: «Жыве Беларусь». Наши кивают в ответ, бурчат под нос: «Жыве Беларусь».

- Вообще, это призыв националистов, не наш. А во время Великой Отечественной такой лозунг выкрикивали полицаи, - поясняет Николай.

- Ваш какой лозунг?

- Да здравствует Беларусь!

- Зачем же отвечаете им?

- Им же приятно.

- Как вас называют противники?

- Лукаши или лукашисты.

- А вы их?

- Красно-белые.

Наперерез нам идет пожилой мужчина. Представляется начальником уголовного розыска в отставке: «Вы журналисты? Вот записывайте. В 2002 году я вышел на пенсию. Знаю систему изнутри. Три года отправлял письма, запросы, пытался рассказать правду. В прошлом году меня посадили на трое суток, велели закрыть рот. Поэтому я вышел на митинг. Меня и на этот раз забрали. Три дня провел в изоляторе. В понедельник выпустили.  Представляете, пенсионера МВД кинули за решетку? Когда-то мы с Александром Григорьевичем присягали одному флагу, больше я под ним не выйду».

Двигаемся дальше на площадь Победы.

- Почему бы сторонникам и противникам власти на одной площадке не собраться, подискутировали бы там?

- Нереально, мордобой начнется, всегда найдутся провокаторы, - отвечает Николай. Собеседник реально оценивает ситуацию, понимает, в случае столкновений им не отбиться. "На нашей стороне, в основном, возрастная публика", - вздыхает. 

- Почему вы так рьяно поддерживаете президента? Вы всем довольны?

- Есть проблемы, не отрицаем. Плохо, что чиновники местного уровня отгораживается от народа. Но разве в этом виноват президент? Вот у меня в подъезде рекламки валяются на полу, где-то собака накакала-написала, и за этот бардак все винят президента. Не на Лукашенко надо кивать, на себя посмотреть. 

"Италия от Белоруссии не отличается"

Кажется дорога до площади Победы длится вечность. С такой волной негатива в свой адрес мы сталкиваемся впервые. Нас тоже принимают за сторонников Лукашенко. Идем же мы с нашими собеседниками под одним флагом.

- Сколько вам заплатили? – доносится со всех сторон.

- За деньги душу продали! – несется с другой.

- Сволочи…

Сторонники оппозиции привыкли к хейту. Пропускают мимо ушей. Удивительно, но улыбка не сходит с лиц парней.

Со стороны выглядит так. Нам кричат: «Сдохни, сволочь». Мы им: «Да здравствует, Беларусь». Они: «Продались с потрохами». Мы им: «И вам всего хорошего». «Сдохните» - «И мы вас любим».

Между делом продолжаем диалог с нашими собеседниками.

- Вы хорошо живете?

- Как хорошо? Как все, — говорит Николай. – Моя зарплата, как у обычного человека, получаю в районе 400 долларов. Моя мама работает уборщицей в частной фирме, которая торгует медтехникой. Ей платят 1000 долларов. Плюс пенсия у нее – 450 рублей (14400 российских рублей).

- У вас вся семья голосовала за Лукашенко?

- Мама, дядя, тетя – все за Лукашенко. Друзья разделились, 50 на 50.

- Теперь друзья стали врагами?

- До конфронтации дело пока не доходит. Белорусы не станут на политической ноте ненавидеть друг друга. Разделить общество по этому принципу не удастся.

Ага, мы заметили, когда протискивались сквозь строй сторонников оппозиции.

- Мразь, - нашего собеседника толкают в плечо.

- Продажник…

Привыкнуть к нападкам невозможно.

Переходим к разговору про возможность фальсификации на президентских выборах.

- На этих выборах я не работал, - продолжает Николай. – Но у меня был опыт подобной работы некоторое время назад. Я участвовал в избирательной компании районной комиссии. Никаких ужасов не заметил. Учителя, как есть, так и подсчитали голоса. Все честно.

Слева остается Дворец Республики. На столбах – афиши, анонсируется выступление в Минске Тамары Гвердцители на 9 октября.

- Как вы вечером домой с флагами поедете? – переходим к более актуальной теме.

- Мы по вечерам с флагами по городу не высовываемся. Сдадим их в райком и поедем спокойно по домам. Зато с этими флагами нас ОМОН не трогает, он как щит для нас.

Мимо снова проходит колонна молодых людей. Поют «Перемен».

- Никогда не нравился Цой, он ведь антикоммунистом был, - подключается к беседе студент Клим.  

Чем ближе к площади Победы, тем больше встречаем уже сторонников Лукашенко. Навстречу маршируют люди с красно-зелеными шариками. Каждый считает своим долгом, пожать руки смельчакам с флагами. Судя по всему, Николай является одним из лидеров движения. С ним здороваются, останавливаются, делятся планами на ближайшие дни.

- В пятницу в 19.00 идем к стеле, возлагать цветы к памятнику, затем велопробег по Минску с флагами, - останавливаются рядом молодая женщина с подругой.

Спрашиваем женщин, почему они поддерживают власть.

- Батька не продает страну, ему есть за что сказать «спасибо». Помню, как тяжело было в девяностые, - отвечает одна.

- Сколько вам лет было в то время?

- Двенадцать.

До конечной точки осталось дойти совсем немного. Николай переключается на тему, как туго живется европейцам. Его поддерживает младший товарищ Клим.

- Вы были в Европе? – интересуемся у Клима.

- Нет.

Тот же вопрос задаем Николаю.

- Я был в Португалии, Италии, Франции, Китае, Литве. Жилые кварталы в Вильнюсе – страшное дело. Не хотел бы я жить в Европе. По уровню жизни та же Италия ничем не отличается от Белоруссии. Зарплата в Риме - 1200 евро, за коммуналку люди платят 600 евро, продукты дорогие. Например, мороженое у нас стоит 70 центов, а там 2 евро. Проезд в Минске - 70 копеек, это меньше 50 центов, тогда, как в Италии проезд – 3 евро. 

Нас тормозит молодой человек: «Ребят, за какой флаг больше платят, за красно-белый или красно-зелёный? Вот не знаю, с каким выгоднее ходить».

Здесь же радостная сторонница Лукашенко затягивает песню: «Я за тебя молюсь», посылает воздушные поцелуи Николаю.

- За Батьку, - поднимает кулак крепкий мужчина.

- За Батьку, - ответный жест от наших собеседников.

 Наконец дошли до конечного пункта. Спасибо, что живые.

«Женюсь только на девушке из своего лагеря»

Площадь Победы к тому времени практически опустела. У Вечного огня остались несколько сторонников Лукашенко – в основном женщины. 

К нам подходит интеллигентный парень лет двадцати, рассказывает, как шесть суток отсидел в Жодино и Окрестина. Правда, оговаривается – его не били. "Я вышел на улицу высказать свою позицию. Меня забрали, других избили – почему? " - начал дискуссию молодой человек.

Бабушка божий одуванчик пытается достучаться до того, кто годится ей во внуки: "Мне вас жалко, вы заблуждаетесь".

К спору присоединяются женщины лет сорока.

- Кто вам дал право оскорблять президента?

- Кто дал ему право называть нас «народцем»? - парирует парень.

- Что плохого в слове «народец»? – искренне недоумевает сторонницы действующей власти. – А вот домохозяйки не должны управлять страной.

Диалог длится минут тридцать. По итогу, парень жмет руки ребятам с флагами. Все расходятся. Каждый остался при своем мнении.