"Российская власть пыталась отметить этот праздник на трупах моего народа". Споры из-за Нового года в Чечне
С приближением Нового года Грозный преображается: улицы сияют гирляндами, а центральную площадь украшает 42-метровая елка. Большинство жителей Чечни относятся к празднику положительно, для других он – чуждый исламу, а для третьих этот день связан с трагическими событиями, в частности со штурмом Грозного в новогоднюю ночь. Сайт Кавказ.Реалии выяснял, как жители республики воспринимают 31 декабря.
Несмотря на торжественную атмосферу, в конце каждого года в чеченском сегменте соцсетей разгораются споры о допустимости празднования Нового года. Одни считают его "не исламским" праздником и призывают отказаться от его отмечания. Другие связывают эту дату с началом штурма Грозного во время первой чеченской войны, который привел к масштабным разрушениям и многочисленным жертвам среди мирного населения.
Справка. На новогодние дни приходится годовщина штурма Грозного конца 1994 – начала 1995 года. Осада города, начавшаяся 31 декабря 1994 года, продолжалась около трех месяцев. После ожесточенных боев Грозный был взят российскими войсками. Потери сторон превысили восемь тысяч человек, а число погибших мирных жителей, по разным оценкам, составило от пяти до 25 тысяч. Вопрос об ответственности политических и военных руководителей России за гибель гражданских остается открытым даже спустя четверть века.
Тему празднования Нового года активно "раскачивают" религиозные радикалы, утверждал муфтий Чечни Салах Межиев. Рамзан Кадыров неоднократно отвергал утверждения о греховности этого праздника. По его словам, Новый год означает лишь завершение одного календарного года и начало следующего: "У нас в республике Новый год будут праздновать. Не как религиозный праздник, а просто как Новый год. Грехом является только употребление спиртного, а сам Новый год к этому отношения не имеет".
Кадыров также призывал россиян проводить новогодние каникулы на курортах Чечни и в других регионах страны, заявляя, что "отдыхать в России безопаснее, чем в Европе". Ранее он публично демонстрировал благожелательное отношение к празднику – переодевался в Деда Мороза, читал стихи и устраивал среди чиновников конкурс на лучшее поздравление.
Тем не менее праздничные мероприятия вызывают критику. Жители Грозного и пользователи социальных сетей возмущались тем, что главную городскую елку установили напротив мечети "Сердце Чечни". Ранее, до 2020 года, ее размещали в парке у комплекса "Грозный-Сити".
В этом году в городе запланированы новогодние корпоративы, концерты и театрализованные представления с участием звезд чеченской эстрады, а также утренники в школах и детских садах. Мэрия Грозного обещает жителям яркие сюрпризы и насыщенную праздничную программу.
Кроме того, ежегодно в республике проводят конкурс на лучшее новогоднее оформление фасадов зданий и прилегающих территорий – его победители получают денежные призы.
Но что означает Новый год для самих жителей Чечни? Редакция собрала мнения людей разных поколений.
Сторонники и противники праздникаДля 55-летнего жителя Чечни Асламбека Новый год – один из самых любимых праздников еще со времен Советского Союза. Он до сих пор наряжает елку и кладет под нее подарки для внуков, хотя в его семье есть и те, кто считает этот праздник харамом: "Поскольку я человек советской закалки, я вообще люблю все праздники: и 8 Марта, и Новый год, и День влюбленных, – смеется он. – Один из моих сыновей тоже идет по моим стопам: наряжает елку, водит детей на утренники и на городскую елку. А второй сын Новый год не отмечает и даже бывает недоволен тем, что мы продолжаем его праздновать".
56-летняя Зарган из Грозного разделяет это отношение: "Новый год – это волшебство, подарки, особая атмосфера. Особенно ярко я помню праздники из детства, и мне хочется, чтобы у моих внуков остались такие же теплые воспоминания. Среди молодежи нередко встречаются люди, которые считают Новый год христианским или языческим праздником. Но для нас это просто теплый семейный вечер".
Для семьи Тоиты из села Ведено Новый год – тоже большой праздник. В этот вечер они готовят разные угощения, накрывают стол, поздравляют друг друга, вспоминают и хорошее, и плохое, прощают обиды и дарят друг другу, пусть и небольшие, подарки.
"Лично я считаю, что Новый год – это большой праздник, который объединяет нашу семью", – уверена собеседница.
25-летняя Радима рассказывает о своей любви к празднику и традициях детства: "Я очень люблю Новый год, я его буквально жду весь год. Хотя мне уже 25, я до сих пор верю в Деда Мороза. Каждый год наряжаю елку и аккуратно раскладываю подарки для родителей, братьев и сестер, племянников. Хожу на городскую елку, участвую в корпоративе на работе и посещаю новогодние концерты наших чеченских артистов".
Кроме того, каждый год Радима вместе с подругами устраивает девичник: они бронируют столик в ресторане, собираются всей компанией, играют "в тайного Деда Мороза", дарят подарки, устраивают розыгрыши и конкурсы.
"Это всегда незабываемое мероприятие. Сейчас мы уже готовимся к предстоящему празднику, будет много сюрпризов. В этом году мы решили сделать наш девичник костюмированным", – рассказала она.
50-летний Сурхо из Грозного указывает, что вопрос празднования Нового года, как и многие другие темы в Чечне, вызывает полярные оценки. Богословы от народа строго не рекомендуют, богословы от власти, наоборот, оправдывают праздник под разными предлогами – у них нет другого выхода, полагает он.
"По моему внутреннему убеждению, этот праздник прежде всего для радости детей, и запрет детского веселья ничуть не менее грешен, чем многие другие грехи. А мы, взрослые, как и многие мои сверстники, давно не отмечаем Новый год – нам это уже не интересно. К наряженной городской елке и спокойным гуляниям людей вокруг нее я отношусь нормально. Новый год – один из немногих оставшихся светлых моментов в этой серой жизни, и лишать его людей нельзя", – говорит Сурхо.
Житель Аргуна, 45-летний Заурбек говорит, что с возрастом Новый год воспринимается скорее как просто дата в календаре, однако детские воспоминания по-прежнему делают его настоящим праздником:
"Все были рады – родители, дедушки, бабушки – что могут устроить детям праздник. Хотя я с очень раннего возраста знал, что Дед Мороз на самом деле был мой переодетый отец, который ходил в костюме и раздавал сладости. Мы, дети, понимали, что не бывает чужой беды и чужих праздников, и не делили людей по религии или национальности".
Лариса из Грозного тоже делится воспоминаниями и тем, как старается передать их своим детям: "В детстве на Новый год мама готовила и накрывала стол, папа приносил что-то особенное. Мы садились за стол вчетвером – отец, мама, брат и я – включали телевизор, смотрели советские сказки или фильмы. В этом было что-то по-настоящему сказочное. Сейчас я стараюсь создать такой же праздник для своих детей, чтобы у них остались счастливые воспоминания. Мне кажется, именно они – фундамент, на котором держится наша душа".
27-летний Умар убежден, что Новый год – языческий и чуждый мусульманам праздник, навязанный еще на заре Советского Союза: "Я не понимаю, как можно ставить елку, водить хороводы вокруг нее и фактически поклоняться ей – для меня это ненормально. Это действительно языческое, чуждое нам. Поэтому в моей семье действует строгое правило: Новый год не отмечать и не праздновать".
Для другого жителя Чечни, Албека, Новый год связан с тяжелыми воспоминаниями: "Новый год для меня, как и для многих моих сверстников, не является праздником. Для моего поколения эта дата навсегда связана с трагедией: российская власть попыталась отметить этот праздник на трупах моего народа. В новогодние дни 1994–1995 годов, во время штурма Грозного, погибли тысячи чеченцев – людей, которые защищали свою землю, свои семьи и свое достоинство. Поэтому этот день, как и 23 февраля – дата начала нашей национальной трагедии 1944 года (речь о сталинской депортации. – КР), – не может быть для меня праздником. Это время памяти, скорби и осознания того, какой ценой наш народ проходил через испытания".
Память о болиЭти разные личные истории показывают, что отношение к Новому году в регионе неоднозначно. Чтобы понять, почему одни праздники легко приживаются в обществе, а другие остаются чужими, сайт Кавказ.Реалии обратился к культурологу из Чечни, попросившей не называть ее имя: "Все очень просто: люди легче принимают то, что не задевает их внутреннюю боль и не идет вразрез с их ценностями. Нельзя требовать, чтобы все одинаково чувствовали Новый год. Для кого-то это запах мандаринов из детства, для кого-то – годовой рубеж, а для кого-то – память о боли. Чечня пережила слишком многое, чтобы одна дата могла быть простой и однозначной. И то, что сегодня вокруг этого идут споры, – не конфликт, а попытка понять, что для нас важно, что мы готовы сохранить, а что – переосмыслить. Культура всегда живая, она меняется вместе с людьми".
Обсуждения в интернете среди молодежи, что Новый год "чужд мусульманам", а также призывы отказаться от его празднования, по мнению эксперта, во многом обусловлены особенностями онлайн-среды и влиянием "радикальных источников", а не реальными настроениями жителей Чечни.
"В реальной жизни все намного спокойнее: в республике праздничную атмосферу поддерживают власти, организуются массовые мероприятия, и большинство людей относятся к Новому году как к обычному семейному празднику. Но в интернете любые эмоциональные высказывания быстро раскручиваются и создают ощущение масштабного конфликта, хотя это не отражает позиции большинства", – говорит собеседница.
По словам преподавателя Российского исламского университета имени Кунта-Хаджи в Грозном, рост числа противников праздника связан в том числе с тем, что в последние годы многие молодые люди стремятся жестче разграничивать религиозное и светское.
"В исламе нет прямого запрета на светские праздники, – объясняет богослов. – Здесь все зависит от самого человека: от его намерений и от того, что именно он делает в этот день. Если человек не придает празднику религиозного смысла и не совершает ничего запретного, то это лишь культурная традиция, а не религиозный обряд".
Разногласия, отмечает собеседник, возникают из-за того, что люди по-разному понимают, где проходит граница между религией и повседневной жизнью: "Для одних любая непривычная традиция кажется угрозой вере, для других – всего лишь обычной частью быта. Поэтому спор идет не столько о религиозных правилах, сколько о том, как люди сами их интерпретируют".
В 2021 году в чеченском сегменте социальных сетей распространилось видео, на котором молодой человек сначала шутит по поводу установки кривой новогодней елки, а затем приносит публичные извинения – при этом говорит о себе в женском роде. Комментируя, почему власти Чечни позволяют себе унижать жителей республики даже по таким малозначительным и, на первый взгляд, комичным поводам, представитель движения 1ADAT объяснил это "потерей разума по причине вседозволенности". По его словам, за последние 20 лет в России и Чечне жизнь и достоинство человека обесценились настолько, что людям приходится извиняться даже за "неуважение к елкам".