Светлана Корсая: «Этот спектакль, как реквием о невинно убиенных людях»
0
712
Премьера спектакля «Сария» состоялась 24-25 февраля и 2 марта на сцене Абхазского государственного драматического театра имени Самсона Чанба. Эта постановка по мотивам пьесы драматурга Зарины Кануковой рассказывает историю нелегкой судьбы Сарии Лакоба, супруги советского государственного деятеля Нестора Лакоба.
История Сарии Лакоба – тяжелая и пронзительная. Девушке было около 15 лет, когда она познакомилась с Нестором Лакоба, будущим председателем Совета народных комиссаров ССР Абхазии. Произошло это в 1921 году в Батуме. На следующий год они поженились. Сария не успела закончить школу и, переехав в Сухум, доучивалась с репетиторами. В воспоминаниях тех, кто ее знал, образ Сарии – неизменно изящный и красивый. Темные длинные волосы и светлая улыбка девушки производили впечатление на многих. Вскоре у супругов родился сын – Рауф, и на какое-то время в их доме в центре Сухума установилась счастливая семейная идиллия. Все поломалось в 1936 году: Нестора Лакоба отравили на ужине в доме Лаврентия Берия в Тбилиси. Сарию арестовали год спустя – она должна была подтвердить обвинения, которые выдвинули против ее погибшего мужа. Ее бесчеловечно пытали, но не смогли сломить дух женщины, она не подписала ни одного признательного документа. В мае 1939 года Сария Лакоба умерла в тбилисской тюремной больнице.
Эту трагичность судьбы и несгибаемость воли попытались передать в постановке «Сария» на сцене Абхазского государственного драматического театра. Поставила пьесу режиссер Мадина Аргун, а оформил – художник-сценограф Нодар Цвижба.
Театральный критик Светлана Корсая отметила историческую ценность спектакля, который впервые за много лет вернул абхазского зрителя к теме сталинских репрессий и прозвучал лично для нее, как реквием по невинно загубленным людям:
«Это случилось впервые за столько лет… События-то происходили в тридцатых годах, у нас на сцене Абхазского театра что-то, конечно, было о репрессиях: была поставлена драма Джумы Ахуба и пьеса Алексея Гогуа «Тень взаймы», но это было в шестидесятые годы. С тех пор, к сожалению, о тех репрессиях, из-за которых была вырезана основная часть абхазской интеллигенции, которая только-только зарождалась после махаджирства, после всяких мытарств, как-то так случилось, что очень много лет эта тема замалчивалась. А ведь это – большая трагедия! Спектакль называется «Сария», но я его восприняла не как спектакль только о Сарии, этот спектакль, как гимн, как реквием о загубленных душах, о невинно убиенных людях».
Светлана Корсая отметила затянутость спектакля и удачные сцены, напомнила о том, что сталинские суды в тридцатые годы проходили именно на сцене Абхазского драматического театра:
«Режиссеру и актрисе удалось показать такую Сарию, которую принимает душа, которая близка, человечна, она – живая, такая хрупкая и в то же время сильная, очень женственная, очень красивая. Создать живой образ – это то, что, несомненно, удалось в спектакле. Все наше отношение к этим событиям, к палачам, всю нашу ненависть, все наше презрение – слишком много втиснуто. Мне кажется, что просто немножко затянуто, и для меня спектакль еще не определенный и не столь близок, как образ Сарии. Есть великолепные сцены, допустим, когда растоптанная бурка Нестора Лакоба, и она вся в красном обнимает эту черную бурку, это удивительно нежная сцена, удивительная сцена любви, смерти, крови… Очень интересная сцена о том, как происходил суд именно на сцене Абхазского театра, ведь это же – история, когда судили самых верных товарищей Нестора Лакоба, потом были массовые репрессии, а суд происходил в театре, и вот на сцене прокурор зачитывал обвинение. Это исторический факт. И я все время думала: «Как он будет подан?» И он подан так, что это затронуло тончайшие струны…»
Своими впечатлениями от спектакля поделилась и зрительница Рада Аргун:
«Я пока еще это не переварила, потому что там были свои шероховатости, естественно. Но самое главное, что мы вынесли из этого спектакля, если подходить с театральной точки зрения, – это, конечно, главная героиня Сария, которую играла Амра Начкебия. Я знала, что она закончила режиссерский факультет, но в качестве актрисы ее увидеть… я считаю, что она просто блестяще справилась с этой ролью. Для меня это самый главный плюс. Если говорить о самом спектакле: это получилась больше поэзия, и я считаю, что она легла правильно, прямо в душу. Есть, конечно, какие-то свои претензии и, мне кажется, какие-то связи между сценами не совсем прослеживаются. Нет, я все понимаю, что мы возвращаемся в разные периоды жизни главной героини, но как это все сделано… Может, надо еще раз посмотреть, и спектакль должен обкататься, чтобы понять вот эту канву. Такая тема, такой образ, и хочется, чтобы все-таки спектакль прямо на разрыв аорты получился, и я думаю, что он дальше еще будет таким. Ну, я очень надеюсь».
Амра Начкебия, исполнившая роль Сарии, – начинающий режиссер. Она училась в Школе кино в Лос-Анджелесе, а затем во Всероссийском государственном университете кинематографии. В ее портфолио полтора десятка короткометражных фильмов и теперь еще роль в спектакле.
Мать Нестора Лакоба Шахусну Лакоба сыграла заслуженная артистка Абхазии Ирина Когония, а роль брата Сарии Лютфия досталась Саиду Лазба, которого сухумские театралы знают по спектаклям «Солярис» и «Кровавая свадьба» в Государственном русском театре драмы имени Фазиля Искандера. Абхазская певица Хибла Мукба исполнила роль рассказчика.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
История Сарии Лакоба – тяжелая и пронзительная. Девушке было около 15 лет, когда она познакомилась с Нестором Лакоба, будущим председателем Совета народных комиссаров ССР Абхазии. Произошло это в 1921 году в Батуме. На следующий год они поженились. Сария не успела закончить школу и, переехав в Сухум, доучивалась с репетиторами. В воспоминаниях тех, кто ее знал, образ Сарии – неизменно изящный и красивый. Темные длинные волосы и светлая улыбка девушки производили впечатление на многих. Вскоре у супругов родился сын – Рауф, и на какое-то время в их доме в центре Сухума установилась счастливая семейная идиллия. Все поломалось в 1936 году: Нестора Лакоба отравили на ужине в доме Лаврентия Берия в Тбилиси. Сарию арестовали год спустя – она должна была подтвердить обвинения, которые выдвинули против ее погибшего мужа. Ее бесчеловечно пытали, но не смогли сломить дух женщины, она не подписала ни одного признательного документа. В мае 1939 года Сария Лакоба умерла в тбилисской тюремной больнице.
Эту трагичность судьбы и несгибаемость воли попытались передать в постановке «Сария» на сцене Абхазского государственного драматического театра. Поставила пьесу режиссер Мадина Аргун, а оформил – художник-сценограф Нодар Цвижба.
Театральный критик Светлана Корсая отметила историческую ценность спектакля, который впервые за много лет вернул абхазского зрителя к теме сталинских репрессий и прозвучал лично для нее, как реквием по невинно загубленным людям:
«Это случилось впервые за столько лет… События-то происходили в тридцатых годах, у нас на сцене Абхазского театра что-то, конечно, было о репрессиях: была поставлена драма Джумы Ахуба и пьеса Алексея Гогуа «Тень взаймы», но это было в шестидесятые годы. С тех пор, к сожалению, о тех репрессиях, из-за которых была вырезана основная часть абхазской интеллигенции, которая только-только зарождалась после махаджирства, после всяких мытарств, как-то так случилось, что очень много лет эта тема замалчивалась. А ведь это – большая трагедия! Спектакль называется «Сария», но я его восприняла не как спектакль только о Сарии, этот спектакль, как гимн, как реквием о загубленных душах, о невинно убиенных людях».
Светлана Корсая отметила затянутость спектакля и удачные сцены, напомнила о том, что сталинские суды в тридцатые годы проходили именно на сцене Абхазского драматического театра:
«Режиссеру и актрисе удалось показать такую Сарию, которую принимает душа, которая близка, человечна, она – живая, такая хрупкая и в то же время сильная, очень женственная, очень красивая. Создать живой образ – это то, что, несомненно, удалось в спектакле. Все наше отношение к этим событиям, к палачам, всю нашу ненависть, все наше презрение – слишком много втиснуто. Мне кажется, что просто немножко затянуто, и для меня спектакль еще не определенный и не столь близок, как образ Сарии. Есть великолепные сцены, допустим, когда растоптанная бурка Нестора Лакоба, и она вся в красном обнимает эту черную бурку, это удивительно нежная сцена, удивительная сцена любви, смерти, крови… Очень интересная сцена о том, как происходил суд именно на сцене Абхазского театра, ведь это же – история, когда судили самых верных товарищей Нестора Лакоба, потом были массовые репрессии, а суд происходил в театре, и вот на сцене прокурор зачитывал обвинение. Это исторический факт. И я все время думала: «Как он будет подан?» И он подан так, что это затронуло тончайшие струны…»
Своими впечатлениями от спектакля поделилась и зрительница Рада Аргун:
«Я пока еще это не переварила, потому что там были свои шероховатости, естественно. Но самое главное, что мы вынесли из этого спектакля, если подходить с театральной точки зрения, – это, конечно, главная героиня Сария, которую играла Амра Начкебия. Я знала, что она закончила режиссерский факультет, но в качестве актрисы ее увидеть… я считаю, что она просто блестяще справилась с этой ролью. Для меня это самый главный плюс. Если говорить о самом спектакле: это получилась больше поэзия, и я считаю, что она легла правильно, прямо в душу. Есть, конечно, какие-то свои претензии и, мне кажется, какие-то связи между сценами не совсем прослеживаются. Нет, я все понимаю, что мы возвращаемся в разные периоды жизни главной героини, но как это все сделано… Может, надо еще раз посмотреть, и спектакль должен обкататься, чтобы понять вот эту канву. Такая тема, такой образ, и хочется, чтобы все-таки спектакль прямо на разрыв аорты получился, и я думаю, что он дальше еще будет таким. Ну, я очень надеюсь».
Амра Начкебия, исполнившая роль Сарии, – начинающий режиссер. Она училась в Школе кино в Лос-Анджелесе, а затем во Всероссийском государственном университете кинематографии. В ее портфолио полтора десятка короткометражных фильмов и теперь еще роль в спектакле.
Мать Нестора Лакоба Шахусну Лакоба сыграла заслуженная артистка Абхазии Ирина Когония, а роль брата Сарии Лютфия досталась Саиду Лазба, которого сухумские театралы знают по спектаклям «Солярис» и «Кровавая свадьба» в Государственном русском театре драмы имени Фазиля Искандера. Абхазская певица Хибла Мукба исполнила роль рассказчика.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия