Астамур Какалия: «Если три-четыре из наших прорвутся, там бутафории не получится»
0
279
16 декабря на заседании кабинета министров Абхазии министр по налогам и сборам Джансух Нанба сообщил об увеличении предельной численности сотрудников министерства в будущем году. Он объяснил необходимость расширения штата и увеличения расходов тем, что в республике принят закон о декларировании доходов и расходов чиновников и депутатов. По словам Нанба, «в этой связи нам было необходимо создать новое структурное подразделение», которое «будет заниматься непосредственно исполнением данного закона в рамках тех полномочий, которые возложены на Министерство по налогам и сборам».
О численности нового структурного подразделения – управления для проверки достоверности поданных деклараций – на заседании не было сказано, но общественный активист Астамур Какалия, с которым мы сегодня побеседовали, со ссылкой на слова того же Нанба, проинформировал, что в нем предусмотрено пять штатных единиц.
Сообщение в СМИ о создании данного подразделения появилось еще раньше, в начале этого месяца, и сразу в соцсетях попались на глаза несколько обращений к Астамуру Какалия как к неформальному, но общепризнанному лидеру инициативной группы «За ратификацию 20-й статьи Конвенции ООН и конкурсный подбор кадров» с предложением пойти на работу в это управление и возглавить его. Деятельность этой инициативной группы вот уже несколько лет «на слуху» у абхазского общества – как в период ее борьбы за принятие соответствующего закона в парламенте (дело даже доходило до голодовки нескольких активистов на сухумской площади Свободы), так и в период, когда в начале нынешнего лета этот закон вступил в действие.
Начал наш разговор Астамур Какалия со своих опасений. Его смущало, например, что, в условиях конкурса сказано, что кандидатам предпочтительно иметь юридическое образование:
«Насколько я знаю, председатель Контрольной палаты у нас экономист по образованию. И прекрасно справляется. Я думаю, что это какой-то задел бюрократический здесь… Вместе с тем я надеюсь на личные качества нашего министра по налогам и сборам. Я думаю, что, несмотря на подсказки такого рода… я уверен, такие подсказки ему идут… он все-таки попытается реализовать этот закон и не допустить функционирования бутафорного подразделения. Конторы по борьбе с коррупцией – они ведь как? Частенько формируются из «своих» людей, потом они работают, никакой конкретики, им выделяются бюджеты, большие бюджеты… Поработали, поработали, и чтобы как-то оправдать собственное существование, они говорят: ну, мы там что-то обнаружили, кто-то ворует и так далее. А здесь конкретика будет, понимаете? Мы со стороны общественности не допустим какого-то холостого хода и трудоустройства очередных каких-то близких, родственников, друзей и так далее.
– Ну, так что вы отвечали на предложения своих друзей возглавить управление? Или вам не хочется как бы встраиваться в эту структуру, в государственный аппарат?
– Знаете, мы думаем над этим… Если со стороны властей будет сопротивление, инертность со стороны общества, то придется на самом деле поступать туда, выдергивать из общего списка какого-нибудь коррупционера и показательные процессы устраивать.
– У вас был какой-то разговор, допустим, с тем же Нанба? Вы обсуждали этот вариант, такой, что вы придете на работу в это управление, возглавите его?
– Нет, нет, такого разговора, что я подам документы, не было, но это можно сделать в любой момент. Кстати, не только мне. Там у нас есть люди – Инга Лакоя, Александр Басария… Я попытаюсь сделать так, чтобы Нугзар Аргун, человек с большим опытом, попал туда. Надо уговаривать людей. Я понимаю, что ничего там хорошего для сотрудников не будет, когда по нашей информации начнут увольнять людей с госслужбы, будут только проблемы, но… Никто, кроме нас, этого не сделает, это уже очевидно. Да, по-разному люди мыслят, но основная часть, из тех, с кем мы обсуждали, считает, что надо идти и оттуда «взламывать».
Сразу после этого разговора с Астамуром Какалия я увидел в новостях сообщение пресс-секретаря Министерства по налогам и сборам Ратхи Матуа одному из СМИ, что с 6 по 20 декабря на официальном сайте министерства проходил конкурс на замещение вакантных должностей в управлении. После чего конкурсанты прошли этап собеседования, по итогам которого отобраны 30 кандидатов. Из их числа будут определены лица для работы в управлении. Они приступят к работе после стажировки.
Познакомился с этой новостью и Астамур Какалия, после чего принял решение участвовать в конкурсе и стал звонить Джансуху Нанба. Вскоре перезвонил мне и сказал, что собирает сейчас группу представителей инициативной группы, они отправятся в министерство подавать документы. Из активистов инициативной группы ранее документы подал только юрист Александр Басария. Какалия заверил:
«Даже если только три-четыре из наших прорвутся, там бутафории не получится.
– Ну, если тридцать кандидатов уже отобрано, значит, работа эта пользуется повышенным спросом.
– Нет, тридцать пять уже, оказывается. А сейчас мы еще им человек пять-семь дадим».
Пять-семь добавить не удалось, но сам Какалия и бухгалтер Инга Лакоя сдали сегодня документы и прошли собеседование.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
О численности нового структурного подразделения – управления для проверки достоверности поданных деклараций – на заседании не было сказано, но общественный активист Астамур Какалия, с которым мы сегодня побеседовали, со ссылкой на слова того же Нанба, проинформировал, что в нем предусмотрено пять штатных единиц.
Сообщение в СМИ о создании данного подразделения появилось еще раньше, в начале этого месяца, и сразу в соцсетях попались на глаза несколько обращений к Астамуру Какалия как к неформальному, но общепризнанному лидеру инициативной группы «За ратификацию 20-й статьи Конвенции ООН и конкурсный подбор кадров» с предложением пойти на работу в это управление и возглавить его. Деятельность этой инициативной группы вот уже несколько лет «на слуху» у абхазского общества – как в период ее борьбы за принятие соответствующего закона в парламенте (дело даже доходило до голодовки нескольких активистов на сухумской площади Свободы), так и в период, когда в начале нынешнего лета этот закон вступил в действие.
Начал наш разговор Астамур Какалия со своих опасений. Его смущало, например, что, в условиях конкурса сказано, что кандидатам предпочтительно иметь юридическое образование:
«Насколько я знаю, председатель Контрольной палаты у нас экономист по образованию. И прекрасно справляется. Я думаю, что это какой-то задел бюрократический здесь… Вместе с тем я надеюсь на личные качества нашего министра по налогам и сборам. Я думаю, что, несмотря на подсказки такого рода… я уверен, такие подсказки ему идут… он все-таки попытается реализовать этот закон и не допустить функционирования бутафорного подразделения. Конторы по борьбе с коррупцией – они ведь как? Частенько формируются из «своих» людей, потом они работают, никакой конкретики, им выделяются бюджеты, большие бюджеты… Поработали, поработали, и чтобы как-то оправдать собственное существование, они говорят: ну, мы там что-то обнаружили, кто-то ворует и так далее. А здесь конкретика будет, понимаете? Мы со стороны общественности не допустим какого-то холостого хода и трудоустройства очередных каких-то близких, родственников, друзей и так далее.
– Ну, так что вы отвечали на предложения своих друзей возглавить управление? Или вам не хочется как бы встраиваться в эту структуру, в государственный аппарат?
– Знаете, мы думаем над этим… Если со стороны властей будет сопротивление, инертность со стороны общества, то придется на самом деле поступать туда, выдергивать из общего списка какого-нибудь коррупционера и показательные процессы устраивать.
– У вас был какой-то разговор, допустим, с тем же Нанба? Вы обсуждали этот вариант, такой, что вы придете на работу в это управление, возглавите его?
– Нет, нет, такого разговора, что я подам документы, не было, но это можно сделать в любой момент. Кстати, не только мне. Там у нас есть люди – Инга Лакоя, Александр Басария… Я попытаюсь сделать так, чтобы Нугзар Аргун, человек с большим опытом, попал туда. Надо уговаривать людей. Я понимаю, что ничего там хорошего для сотрудников не будет, когда по нашей информации начнут увольнять людей с госслужбы, будут только проблемы, но… Никто, кроме нас, этого не сделает, это уже очевидно. Да, по-разному люди мыслят, но основная часть, из тех, с кем мы обсуждали, считает, что надо идти и оттуда «взламывать».
Сразу после этого разговора с Астамуром Какалия я увидел в новостях сообщение пресс-секретаря Министерства по налогам и сборам Ратхи Матуа одному из СМИ, что с 6 по 20 декабря на официальном сайте министерства проходил конкурс на замещение вакантных должностей в управлении. После чего конкурсанты прошли этап собеседования, по итогам которого отобраны 30 кандидатов. Из их числа будут определены лица для работы в управлении. Они приступят к работе после стажировки.
Познакомился с этой новостью и Астамур Какалия, после чего принял решение участвовать в конкурсе и стал звонить Джансуху Нанба. Вскоре перезвонил мне и сказал, что собирает сейчас группу представителей инициативной группы, они отправятся в министерство подавать документы. Из активистов инициативной группы ранее документы подал только юрист Александр Басария. Какалия заверил:
«Даже если только три-четыре из наших прорвутся, там бутафории не получится.
– Ну, если тридцать кандидатов уже отобрано, значит, работа эта пользуется повышенным спросом.
– Нет, тридцать пять уже, оказывается. А сейчас мы еще им человек пять-семь дадим».
Пять-семь добавить не удалось, но сам Какалия и бухгалтер Инга Лакоя сдали сегодня документы и прошли собеседование.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия