Михаил Назаров: «Я удивился, узнав, сколько за нас с Белозёровым заплатили»
В интервью KHL.ru форвард «Нефтехимика» Михаил Назаров рассказал о работе с Олегом Леонтьевым, голах в ворота родной «Сибири», встрече с Павлом Дацюком и своём сложном хоккейном пути.
26-летний нападающий «Нефтехимика» Михаил Назаров – редкий пример игрока, который попадает в КХЛ не напрямую из МХЛ, а проделав большой путь. До Нижнекамска он добирался окольными путями, успев поиграть даже в чемпионате Казахстана. А в прошлом сезоне Назаров вошёл в десятку лучших снайперов и бомбардиров ВХЛ. Его связка с Андреем Белозёровым в «Ладе» была одной из наиболее опасных в чемпионате. Теперь они вместе выступают за «Нефтехимик» и борются за попадание в плей-офф.
«Дацюк приходит и говорит «Ну нифига с кем меня посадили! Надо теперь посерьёзнее быть»
— В первом полноценном сезоне в КХЛ вы ощущаете себя иначе, чем два года назад, когда было восемь игр за «Автомобилист»?
— Да, конечно. Сейчас я с самого начала понимал, куда еду. Это был новый вызов в моей карьере, я к этому стремился. А в основе «Автомобилиста» я появился отчасти авансом. Тогда всё так быстро складывалось, что я этим шансом не воспользовался. Но всё равно те первые матчи в Лиге многое мне дали, поработал с тренером из НХЛ.
— Как думаете, Билл Питерс знал вас по фамилии, в лицо?
— Знал, точно знал. Называл меня по прозвищу. Вспомнит ли сегодня? Не уверен. Я продержался я в первой команде около месяца. Потом, в конце сезона, Билл мне объяснил, почему так надолго отправил в ВХЛ. Говорил про игровую дисциплину и другие мелочи.
— Встреча с Павлом Дацюком — это навсегда?
— Конечно! На предигровой разминке я сел водички попить. И оказался между Дацюком и Знароком, который тренировал «Спартак». С ума сойти! Я ещё несколько дней назад играл за «Горняк», а тут такое соседство. Матч тот отыграл на адреналине.
— Как Павел вёл себя в раздевалке?
— Прежде всего, он — человечище с большой буквы. У него все шутки добрые, для настроения. В Магнитогорске нас в раздевалке посадили вместе. Дацюк приходит и говорит «Ну нифига с кем меня посадили! Надо теперь посерьёзнее быть». А как он тренируется? Павел мне многое подсказывал после тренировок. Делали упражнение, по которому нужно обыграть друг друга руками, без корпуса. Он видел уже, что я выдохся, но заставлял работать до конца, имитируя концовку игры. Крутой мужик. Легенда.
— Перенесёмся в нынешний сезон. Первый матч, вы забиваете ЦСКА. Прилив уверенности обеспечен на несколько недель вперёд?
— Если честно, такого даже не ожидал. Я и на предсезонке забил наш первый гол, но о повторении такого в чемпионате не думал. Всё-таки выходил в четвёртом звене, да ещё и против ЦСКА. Получилось забить трудовой гол. Матч был классный, жаль, что в овертайме проиграли.
«Хоккей с Белозёровым мы видим одинаково»
— Помогало обосноваться на новом месте и вообще соответствовать уровню КХЛ то, что вы пришли в лигу готовой связкой с Андреем Белозёровым?
— Конечно. Когда обсуждали продолжение карьеры — приняли решение, что пойдём дальше вместе. Знали, что нами интересуются в связке, этим надо было пользоваться. С Андреем мы сдружились и в хоккейном, и в бытовом плане.
— Как нашли «химию»?
— Когда меня обменяли в «Ладу», я знал, кто такой Валерий Белов, знал историю клуба. Понимал, что в 25 лет это мой последний шанс по-настоящему о себе заявить. Был готов даже начинать с низших звеньев. Но я приехал на сборы, и мы сразу с Белозёровым оказались в одном звене. С первых тренировок обрели взаимопонимание. Хоккей с Андреем мы видим одинаково. Потом Денежкин приехал, который тоже сыграл важную роль. Спад, конечно, был, но сезон провели на уровне. Главное, что я получал удовольствие от хоккея. Кроме того, Белов изменил моё отношение к мелочам. И ещё по ходу сезона я услышал об интересе со стороны «Нефтехимика» и конкретно Леонтьева. В итоге ушли из «Лады» по-хорошему, оставшись в нормальных отношениях и с руководством, и с тренерским штабом. Признаюсь, я удивился, узнав, сколько за нас с Белозёровым заплатили!
— Судя по разговорам, «Лада» уже одной ногой в КХЛ. Не думали о том, чтобы ещё немного подождать, и вместе с командой пойти на повышение?
— Я не молодею. Понимал, что нахожусь в том возрасте, когда нужно идти наверх. Осознавал, что в этом сезоне «Лады» в КХЛ не будет. Я хотел развиваться в «Нефтехимике».
— В «Нефтехимике» вашу связку с Белозёровым разбили. Почему?
— Мы и начинали играть не вместе, Андрей поначалу в состав не проходил. А когда нас поставили вместе в матче с «Сибирью», то почувствовали свою игру, вспомнили старые заготовки, пошли победы. Потом случился некоторый спад, игра не клеилась, нас разъездили. Но всё на благо команды. Сейчас играю с другими партнёрами.
— Вас ведь с ним, по большому счёту, выкупили на деньги, полученные от продажи Марата Хайруллина в СКА. Получается, вы должны его заменить?
— Если честно, не считаю, что нас взяли именно на место Хайруллина. Нас долго проверяли на сборах, в предсезонных играх. Нельзя сказать, что нас приглашали на ведущие роли. Нужно было для начала адаптироваться к КХЛ.
— А пример Хайруллина, для которого «Нефтехимик» стал трамплином в большой клуб, для вас уместен?
— Я лично Марата не знал. Для меня «Нефтехимик» долгое время ассоциировался с Пашей Порядиным. Много против него играл ещё по МХЛ, в «Реакторе» была хорошая команда. А когда в «Нефтехимик» пришёл Олег Юрьевич и мог друг Женя Митякин, я стал за нижнекамцами следить. И тогда уже, конечно, обратил внимание на Хайруллина. Он проявлял себя как явный лидер. Парни рассказывали, как он относится к делу, тренировкам, персоналу.
«С моей стороны к «Сибири» нет никаких обид»
— Матчи против «Сибири», в которых вы, новосибирец, набираете очки, для вас принципиальны?
— Конечно, это не рядовые игры. В Новосибирске я играл с огромными эмоциями. Я с детства ходил в ЛДС «Сибирь», смотрел за главной командой, как парни играли, как тренировались. Потом сам играл на этом льду в МХЛ. И вот, выходишь в 26 лет и первый раз играешь на высоком уровне против своей бывшей команды. Всё это на глазах родственников и друзей. Это незабываемо!
— У вас были больше реваншистские или ностальгические эмоции по отношению к «Сибири»? Кто-то ведь остаётся в обиде, если дома его не оценили.
— С моей стороны точно не было никаких обид. Наоборот, приятно сыграть в такой атмосфере. Чисто спортивный интерес.
— После того матча я спрашивал о вас Никиту Короткова, и он прямо в улыбке расплылся. Вы большие друзья?
— Да. Очень близкие друзья, всегда на связи. С Никитой мы одного возраста. В детстве не так тесно общались, но с поздних классов школы и тем более с молодёжки стали дружить по-настоящему. Идём по жизни вместе, семьями общаемся. Я слежу за его карьерой, он — за моей. У Короткова тоже не всё гладко складывалось: он ездил и в Орск, и в Ангарск, но пробился в основу «Сибири». Я за него только рад, мы всегда поддерживаем друг друга.
— Ангарск — суровое место?
— Я туда приехал впервые в 19 лет, после бронзового сезона с «Сибирскими снайперами». Мог ещё сезон поиграть в МХЛ, но там сократили лимит на взрослых хоккеистов. Мне предложили поиграть в Высшей лиге, с мужиками. Согласился, хотя вообще не представлял, что это такое. Я грезил только КХЛ, а за ВХЛ толком не следил. Приехал, а там реально мужики с большим опытом! Романа Попова, например, я ещё в «Сибири» видел в детстве. Приняли меня нормально, но я себя вообще не показал. Перестал попадать в состав и вернулся в Новосибирск, снова в молодёжную команду.
— От голов Короткова в меньшинстве у многих челюсть падает. Вас друг своими скоростными качествами способен удивить?
— Нет, нисколько. У Никиты в каждой игре по три возможности, постоянно убегает «один в ноль». Даже когда не забивает, приносит команде много пользы своей работой и активностью. Но шайба никак в ворота не шла. Коротков упростил игру, и пошло-поехало: забил четыре гола в трёх матчах.
«У меня с детства спрашивали «твой отец не Андрей Назаров?»
— Когда вы забили «Сибири» в выездном матче, на трибунах показали женщину, парня и молодую девушку. Кажется, только они и и радовались этому голу. Это ваши родственники?
— Мама и брат со своей девушкой. Отец тоже был на стадионе, но сидел где-то в другом месте. Жаль, что дед не смог присутствовать на стадионе по состоянию здоровья.
— Вас когда-нибудь принимали за родственника Андрея Назарова?
— С детства это тянется. Спрашивали «твой отец не Андрей Назаров?». Но теперь, вроде бы, все поняли, что это не так. У всех есть интернет, люди могут убедиться, что мы просто однофамильцы.
— Ваша семья — хоккейная?
— На профессиональном уровне никто не играл. Дядя — легкоатлет, дед всю жизнь был в спорте. Он судья. Параллельно работал в школе, заслуженный учитель СССР. Когда работал судьёй, постоянно таскал меня на разные игры. Я следил за Володей Тарасенко и его годом рождения. Летом я на даче бегал кроссы, а дед вместе со мной ездил на велосипеде. Теннисный стол оборудовал, кольцо баскетбольное повесил. Так что детство я проводил в спорте. Мне всю жизнь говорили, что я играю из-за деда, как будто он начальник команды или директор стадиона.
— Дед — судья, а вы в этом сезоне врезались в судью. Да так, что вам дали дисциплинарный штраф.
— Я вообще его не видел. Было большинство, а я в спецбригады тогда попадал нерегулярно. Хотел забить, всем всё доказать, глаза горели. Тем более, что проигрывали «Ак Барсу» по ходу матча. Шайба была у Белозёрова, а я шёл в определённую точку, понимая, что он сейчас будет делать. В итоге нога об судью зацепилась, и мне дали удаление до конца игры. Потом СДК этот штраф отменил; я знал, что не виноват. Был уверен, что никаких санкций не будет. Жаль только, что из той игры выпал.
— Есть ли судьи, с которыми вы в школе пересекались, росли вместе, а теперь они по другую сторону баррикад?
— Никита Вилюгин, лайнсмен КХЛ. Мы разных годов рождения, но из-за деда, который всё время проводил в судейской, я его знал. Не то чтобы мы общаемся, но то и дело видимся: в аэропортах, в прошлом сезоне в ВХЛ, а в этом году он тот самый первый матч с ЦСКА судил.
— Может ли быть дружба между хоккеистом и арбитром?
— Есть, но она такая… своеобразная. Ещё в Высшей лиге я заметил, что некоторые судьи любят поговорить, и в целом доброжелательны.
«Советчики говорили, чтобы отец продавал машину и покупал мне паспорт гражданина Казахстана»
— Что для вас было самым сложным при переходе из молодёжного хоккея во взрослый?
— Проблема в том, что рядом не было хорошего агента или просто человека, который знал бы как всё устроено, и мог подсказать. Я расторг контракт с «Сибирью» и никак не мог найти себе новую команду. Сам позвонил Николаю Золотухину — я с ним в «Ермаке» играл в одном звене, а на следующий год он стал селекционером. Он мне предложил пройти просмотр. Туда же другие ребята из «Сибири» подъехали. Тренируюсь, тренируюсь, но понимаю, что не до конца восстановился после травмы. Меня по делу не взяли, ни к кому претензий не имел. Потом знакомые через своих знакомых помогли оказаться в Рязани. Конец августа, предсезонный турнир. Я забил в первой же игре, вроде бы всё нормально. Потом игра с «Тамбовом», я её слабо провёл, и от меня отказались. А к тому времени все уже сформировали составы. Что делать? Куда ехать? Я полетел в Москву, где у меня живёт дядя. Очень переживал за своё будущее, был практически в депрессии. Смотрел мотивационные видео, ходил на турники, наворачивал круги по району. Я понимал, что не могу так взять и закончить. Потом вернулся в Новосибирск.
— Как вы оказались в Казахстане?
— Я встретил Владимира Николаевича Гольца, заслуженного тренера Казахстана, который работал в школе «Сибири». Я частенько играл против года рождения, который он тренировал. Гольц удивился, что я до сих пор без команды, и предложил вариант. Хотя ещё раньше было предложение от «Номада» — фарм-клуба «Барыса». Разные советчики говорили, чтобы отец продавал машину и покупал мне паспорт гражданина Казахстана. Но я был уверен в себе, что могу играть в хоккей и без местного паспорта.
— И с каким настроением вы летели в Казахстан?
— Я не ожидал увидеть то, что в итоге увидел. Прилетел, а там в сентябре — лето! Приезжаю на арену, а там просто космос, уровень КХЛ. После Высшей лиги я был в шоке. Жил не на базе, а в отеле, всё очень прилично. Увидев такие условия, и я сам начал относиться ко всему профессиональнее. Понимал, что всё — это последний вагон. Прошёл просмотр и получил денег больше, чем давали в ВХЛ. Жить можно!
— Встреча с Леонтьевым в «Горняке» — определяющая в вашей карьере?
— У меня был выбор между «Молотом» и «Горняком». С точки зрения бренда «Молот» выглядел солиднее. Я сам помню и Бардина, и Гулявцева, но слышал, что в Перми начались финансовые проблемы. А «Горняк» — это система клуба КХЛ. Хотя изначально у меня был односторонний контракт в ВХЛ. А что касается встречи с Олегом Юрьевичем, то когда он пришёл в команду, сразу наладил дисциплину. Начались видеоразборы, во всём современный подход. Я тогда был в неиграющем составе, но он поставил меня в основу. И всё наладилось.
— «Горняк» Леонтьева тоже играл в агрессивный хоккей, как сейчас «Нефтехимик»?
— Тогда у нас сложилась молодая команда, где парни были голодны до побед. Как будто в МХЛ вернулся, но при этом ребята уже с головой, с каким-то опытом. Плюс тренер, который умеет работать с молодыми. У нас сложилась очень сплочённая команда. Играли агрессивно, показывали неплохие результаты. В плей-офф проиграли питерскому «Динамо», но по игре ни в чём не уступали ему. Тогда я получил первый кубковый опыт на взрослом уровне.
— В чём отличительные черты Леонтьева?
— Для него нет авторитетов. Он прививает нам, игрокам, веру в то, что мы можем, что мы — сильнее. Олег Юрьевич сам всегда в игре, и нас настраивает на то, чтобы гореть игрой. Наши руки развязаны. Важно, что у Леонтьева нет разделения на роли. Все должны и забивать, и в обороне пахать, и в тело играть.
— Во время десятиматчевой серии поражений у Леонтьева не было заметно никакой паники и отчаяния. А вас охватывало уныние?
— Ни разу. Мы ведь не с треском проигрывали. С каждым проигранным матчем понимали, что становимся всё ближе к победе. Да, период был непростой, но у каждого человека в клубе была уверенность, что всё наладится.
«Шрам на лбу Воробьёва — отчасти из-за меня»
— Максим Гончаров — главный источник позитива в команде? Или он в силу своего возраста уже не дурачится, а ведёт себя как батя?
— Я думал, что придёт прямо весельчак-весельчак. А Максим оказался большим профессионалом. В нём и солидность есть, и пошутить тоже может. Гончаров нам очень помог. От него исходит накопившийся опыт, голы такие забивает, какие не каждый нападающий может.
— Когда он снимал снимал влог, вы не чувствовали себя в телешоу?
— Помню, как он снимал влог на выезде в Челябинске. На самом деле, было почти незаметно. Это тот случай, когда подобная деятельность вообще не мешает человеку. Прикольно показать, как он сам живёт, как команда готовится к матчу.
— Ещё одна кинематографичная история — появление тренера вратарей «Реактора» Антона Кислицына в воротах «Нефтехимика».
— Это было что-то! Мы до этого проиграли «Куньлуню», пропустив семь шайб. Состояние наше было, мягко говоря, неважным. Приехали в Балашиху, узнали, что в воротах будет играть Антон. Я подумал «можете быть, это нам что-то придаст?». Но пропустили от «Витязя» очень рано, уже на третьей минуте. После этого начали ловить шайбы на себя, Кислицын нас подбадривал и выручал, мы играли за него, ну и Паша Порядин со своим хет-триком выручил. От этого и дальше пошёл позитив. Да и так, чего уж говорить, исторический случай. Мы видели, как в НХЛ свой звёздный час получают то заливщики, то бухгалтеры, а теперь и у нас есть свой герой. Мечтал человек, мечтал, и дождался.
— Что скажете о Кирилле Воробьёве, которому дважды в этом сезоне шайба попадала в лицо?
— Это круто! Не каждый так может. Он реально капитан команды, боевой игрок. А как он борьбу ведёт? Шрам на лбу у него, кстати, появился отчасти из-за меня. В матче с «Торпедо» шайба в лицо Кириллу попала рикошетом. Я блокировал, а он не успел среагировать.
— На ваш взгляд этот сезон КХЛ — самый интересный?
— Для меня он точно самый интересный, потому что я в нём участвую. Это что-то новое для российского хоккея: игры идут постоянно, такая борьба, посмотрите в таблицу! Уверен, что интрига будет до самого конца. Непонятно, кто чемпионом станет. Что от «Торпедо» ждать? Или от «Локомотива» Никитина? ЦСКА, СКА… Динамовцы в начале сезона были просто монстрами: матч против них мы проиграли по всем статьям. Про Восток я вообще молчу, там и «Нефтехимик» может в финале оказаться.
#NEWSINTEXT1#
Досье
Михаил Дмитриевич Назаров
Родился 27 августа 1996 года в Новосибирске
Карьера: 2013-16 — «Сибирские Снайперы» (МХЛ), 2016/2017 — «Ермак» (ВХЛ), 2017/2018 — «Алматы» (Казахстан), 2018-21 — «Горняк» (ВХЛ), 2020/2021 — «Автомобилист», 2021/2022 — «Лада» (ВХЛ), с 2022 — «Нефтехимик»