Елена БУЛАТОВА: Операционная медсестра получала 12 тысяч рублей
После публикации интервью с ангарской медсестрой, которая работает в московском госпитале с коронавирусными больными, наши читатели спрашивают, а как работают с больными COVID-19 медсестры в наших госпиталях? Об этом мы узнали, поговорив по телефону с 22-летней ангарчанкой Еленой БУЛАТОВОЙ, медсестрой областной клинической инфекционной больницы. - Давно вы медсестрой работаете? - В 2019 году окончила ангарский медицинский колледж, училась на бюджетной основе. Студенткой подрабатывала санитаркой в операционном блоке МСЧ-28, после окончания колледжа уволилась оттуда со слезами на глазах. Работа и коллектив мне нравились, но зарплата была низкая - дневная операционная медсестра получала в среднем 12 тысяч рублей. Мне посоветовали устроиться в Иркутскую инфекционную больницу. Меня взяли медсестрой в детское отделение с зарплатой 30 тысяч рублей. Всё сложилось, дети меня любят, уколы я делаю не больно. - Как медперсонал больницы готовили к пандемии? - Нас начали готовить еще в начале года. В частности, учили правильно брать мазки, правильно их упаковывать, что очень важно, чтобы получить правильный результат. В конце марта в инфекционной больнице открыли несколько ковидных отделений. Наше отделение от обычных больных тоже освободили: одних выписали, других направили в другие больницы, но в апреле пациентов с подтвержденным коронавирусом мы не принимали, работали на отрицательный результат. Поясню: человек поступает в больницу с подозрением на COVID, у него берут мазок и если результат отрицательный, его переводят в наше отделение на долечивание. Как только количество больных, поступающих в инфекционную больницу, увеличилось, под COVID перепрофилировали шесть отделений. Каждое на 40-60 больных. С 1 мая наше отделение таких пациентов принимает. Я как раз в тот день дежурила, за смену поступили 17 человек. Сейчас в среднем за сутки в отделение поступает по 2-3 человека, но при наличии свободных боксов может и до 10 человек. В больнице созданы все условия для безопасной работы медперсонала, даже в чистой зоне мы ходим в специальных респираторах. Когда выходим в палаты к больным, надеваем специальные защитные костюмы, очки, респираторы, перчатки. Всё это обрабатывается. Дезары, ультрафиолетовые лампы стоят в каждом боксе в красной зоне и по всему периметру отделения, в чистой зоне они тоже есть. Каждую неделю сдаем мазки на COVID. - Как много пациентов с бессимптомным течением болезни? Эти люди верят, что они больны? - Таких пациентов много. Эти люди не подозревали, что заразились, так как заболевание у них проходит бессимптомно – анализ положительный, а состояние нормальное. Одни пациенты понимают, что им необходимо вылечиться, чтобы не подвергать опасности своих знакомых и близких. Другие этого не понимают, возмущаются: «Зачем меня сюда привезли? Я здоров, а тут заражусь». Человек начинает понимать, что COVID не выдумка, когда у него вдруг поднимается температура, появляются кашель, одышка. По назначению врача у всех пациентов на десятый и двенадцатый день берут мазки. Если результат отрицательный, человека выписывают. Человека, поступившего с неподтверждённым или сомнительным анализом, кладут в изолированный бокс, больные с положительным анализом могут лежать тоже в боксе, но по нескольку человек. Люди старше пятидесяти лет, у которых есть осложнения, проходят лечение около месяца, пациенты моложе переносят заболевание легче и вылечиваются быстрее. - В Москве медики бесплатно живут в гостинице, их кормят, возят на такси, выдают спецодежду, за риск платят дополнительно. У нас тоже так? - Я живу в Иркутске в квартире, которую снимаю в аренду и сама за нее плачу. Бесплатного такси у нас нет, но на общественном транспорте я не езжу, чтобы не подвергать опасности заражения и себя, и других пассажиров. Беру такси за свой счет. В отличие от московского госпиталя, нас бесплатно не кормят. Поначалу, когда рестораны и кафе еще работали, они бесплатно привозили нам горячую еду в качестве поддержки. Сейчас мы сами покупаем продукты, дома готовим и приносим на смену. Я работаю пять дней в неделю по 9 часов, в субботу и воскресенье отдыхаю, но беру подработки - ночные смены, суточные дежурства. Медикам инфекционной больницы, как и обещал президент страны, делают доплату. С апреля медсестры ежемесячно получают добавку к своей зарплате – 50 тысяч рублей. У меня есть возможность заплатить и за аренду квартиры, и за такси, и помочь своим родителям, которые живут в Ангарске. К ним я сейчас не езжу, чтобы не подвергать их опасности. Моим родителям по 62 года, у мамы сахарный диабет, у папы онкология. - Все медики выдерживают риск работы с больными COVID? Никто не уволился? - Насильно нас никто не удерживает, но помочь больному, несмотря на риск, – долг любого медика. Я заболела медициной еще в школе, хотела поступить в мединститут, но неважно сдала ЕГЭ. Мечтаю поступить в мединститут на педиатрию. Раньше выпускников медколледжей брали сразу на третий курс, бюджетных мест было больше. Сейчас у нас есть только одна возможность – платное обучение, это не меньше ста тысяч в год. Такую сумму мне не поднять даже с нынешней зарплатой, но я не отчаиваюсь. Буду зарабатывать и учиться. Хочу стать врачом.