Ненаписанный роман Пушкина о якутском казаке
Поэт, писатель, сценарист и главный редактор «Литературной газеты», в прошлом главный редактор газеты «Якутия» Владимир ФЕДОРОВ рассказал в своем аккаунте в Дзен удивительную историю. Оказывается, незадолго до роковой дуэли солнце русской поэзии Александр ПУШКИН начал работу над новым произведением, действие которого разворачивается в Якутии, а главным героем должен был стать якутский казак Владимир АТЛАСОВ. Увы, работа не была закончена.
— Далеко не всем известно, что действие последнего неоконченного произведения Александра Пушкина должно было развиваться в Якутии. Да-да, в моей далёкой северной родине, подробными знаниями о которой и сегодня не всякий может похвалиться, а для россиян начала XIX века она вообще была Terra incognita. Но только не для Пушкина. Главным героем его произведения должен был стать якутский казак Владимир Атласов, которого поэт восторженно окрестил «камчатским Ермаком».
Над заголовком рукописи «Камчатские дела» ‒ писательской разработки темы, её конспекта стоит дата (по старому стилю) – 20 января 1837 года, то есть она была начата за семь дней до смертельного выстрела. И, конечно, не могла быть закончена, поскольку на двадцати книжных страницах поэт в виде 87 «параграфов» в сжатом виде изложил всю историю открытия и освоения Камчатки (тогда она относилась к Якутии) с 1694 по 1740 годы. Сделать подобный экскурс в прошлое ему помог обстоятельный научный труд «Описание земли Камчатки» участника Великой Северной экспедиции Степана Крашенинникова.
Книга Степана Крашенинникова, изданная в 1786 году.
По ходу замечу, что, возвращаясь с Камчатки, Крашенинников именно в Якутске встретил и обрёл любовь всей своей жизни. Но продолжим о Пушкине, на его столе также лежали незаконченные заметки «О Камчатке» и «План и набросок начала статьи о Камчатке» ‒ ещё восемь страниц.
К сожалению, Александр Сергеевич написал полностью лишь первый и единственный абзац будущего произведения, да и то назвал его наброском. Вот он:
«Завоевание Сибири постепенно совершалось. Уже все от Лены до Анадыря реки, впадающие в Ледовитое море, были открыты казаками, и дикие племена, живущие на их берегах или кочующие по тундрам северным, были уже покорены смелыми сподвижниками Ермака. Вызвались смельчаки, сквозь неимоверные препятствия и опасности, устремлявшиеся посреди враждебных диких племен, приводили их под высокую царскую руку, налагали на них ясак и бесстрашно селились между сими в своих жалких острожках».
Реконструкция одного из таких острогов землепроходцев — Зашиверского. Фото автора.
Так как в черновике прямо обозначено – «начало статьи», то исследователи творчества Пушкина пишут, что он готовил о Камчатке статью или очерк в журнал «Современник». Не отвергая этого, в то же время не могу не сказать, что тридцать страниц предварительных заметок, пожалуй, многовато для статьи. Конечно, статья в журнале должна была бы, наверное, появиться, но, думается, Александр Сергеевич, этим бы не ограничился. Слишком уж пристальной видится в черновиках заинтересованность личностью якутского землепроходца Владимира Атласова, слишком яркие, неоднозначные и объемные картины стоят за каждым пушкинским «параграфом». Этот материал вполне можно было бы развернуть в целую повесть или даже роман, в центре которого должен был оказаться «камчатский Ермак». Повторюсь, что Камчатка в те времена относилась к Якутской области и из неё же управлялась, так что художественное или документальное повествование о самом дальнем полуострове России было бы просто невозможно написать без участия в нём якутян.
Делая заметки, Александр Сергеевич довольно подробно описывает главные реки и озера Камчатки, Авачинскую бухту, Петропавловскую гавань, климат и географические особенности полуострова, языческие верования его жителей.
«Камчатка – страна печальная, гористая, влажная. Ветры почти беспрестанно обвевают ее. Снега не тают на высоких горах, выпадают на 3 сажени глубины и лежат на ней почти 8 месяцев. Ветры и морозы убивают снега; весеннее солнце отражается на их гладкой поверхности и причиняет несносную боль глазам. Настает лето. Камчатка, от наводнения освобожденная, являет великую силу растительности; но в начале августа уже показывается иней и начинаются морозы. Климат на Камчатке умеренный и здоровый».
Пушкин прекрасно представлял себе и непростой путь от Якутска до «Нижнего Камчатского острогу» и, видимо, не раз внимательно проследил его по карте и по описаниям все того же Крашенинникова.
«Путь от Якутска… шёл только зимний. Скарб казаки везли на нартах. Путь шёл по реке Лене вниз до её устья, оттоль по Ледяному морю до устья Индигирки и Колымы – оттоль сухим путем через Анадырск до Пенжинского моря или до Олюторского; оттоль байдарами или сухим путем; на что требовалось целое лето при хорошей погоде. В противном случае кочи разбивались, и казаки оставались в пути по 2 или 3 года. От Якутска до Усть-Яны — 1960 вёрст. От Анадырского острогу до Нижнего камчатского 1144 версты – езды на оленях с 2 недели до Пенжины реки да 2 недели до Нижнего».
Известны были Александру Сергеевичу первооткрыватели Камчатки, вся история в деталях трагической экспедиции «якутского зятя» Семена Дежнёва и его сподвижника Федота Алексеева, впервые прошедших проливом между Азией и Америкой. (Моя публикация на канале о Дежнёве https://dzen.ru/a/Y9Qac2TjqDAAQK3R?referrer_clid=1400&) Но особенно подробно, как я уже упоминал, он отследил биографию Владимира Атласова – с 1695 года, когда тот впервые, ещё рядовым казаком, был отправлен «от якутского приказчика» на сбор ясака в Анадырский острог, и до момента коварного убийства «Володимера» взбунтовавшимися казаками-заговорщиками 23 января 1711 года. Описав, как «злодеи» зарезали Атласова спящим, даже не дав ему пробудиться, Пушкин с горечью восклицает: «Так погиб камчатский Ермак!»
Владимир Атласов сотоварищи. Картина Юрия Колдаева.
К пушкинской хронологии можно добавить, что Владимир Владимирович Атласов (по одной версии он родился в Якутске, по другой – появился на свет в Великом Устюге в 1661 году и прибыл в Якутск на службу в 1682 году) действительно был выдающейся для своего времени личностью ‒ смелым, решительным, физически сильным человеком, которого влекли неизведанные дали и которого вполне обоснованно можно сравнить с Ермаком. Атласов первым из россиян собрал сведения о камчатских вулканах, в том числе и о высочайшей в Евразии Ключевской сопке, первым увидел крайние острова Курильской гряды, один из которых впоследствии получил его имя.
Владимир Атласов. Потрет-реконструкция Артура Ковалёва.
Вместе со знаменитым сибирским картографом Ремезовым Атласов составил первые чертежи Камчатки и в 1700 году, отправившись из Якутска в Москву с докладом, лично доставил в столицу первые «скаски» о природе и населении, животном и растительном мире полуострова, о морях, его омывающих. За это Атласову был пожалован чин казачьего головы и денежное вознаграждение – сто рублей. Во славе возвращался он в родной Якутск, но, как говорится, от сумы да от тюрьмы не зарекайся ‒ на все упомянутые деньги «Володимер» самовольно загрузился товарами из амбаров недавно умершего купца, а родственники последнего назвали это грабежом и самовольством. Герой был посажен в тюрьму на четыре года и лишь в 1707 году вновь встретился со своей желанной, но неласковой Камчаткой. Жить ему оставалось тоже только четыре года.
Конспекты Пушкина не заканчиваются гибелью Атласова, поэт доводит хронологию по 1740 года, обстоятельно перечисляя всех последующих приказчиков, «командиров партий» и «главных тойонов» Камчатки, перипетии непростых отношений русских казаков, камчадалов, коряков и чукчей. Остается только пожалеть о том, что сраженный пулей поэт, достигший вершины своего мастерства, не смог развернуть такой интересный и во многих деталях уникальный материал в художественное произведение. Нет сомнения, что оно было бы по-пушкински гениальным.
Полностью статью читайте и сморите иллюстрации на Дзен.
Сообщение Ненаписанный роман Пушкина о якутском казаке появились сначала на Сетевое издание SAKHALIFE.RU.