Продолжение романа Андрея Угланова «Пробуждение троянского мустанга»
«Аргументы недели» публикуют очередной отрывок из авантюрного романа Андрея УГЛАНОВА «Пробуждение троянского мустанга». Предыдущий отрывок можно прочитать в «АН» №15. Если хотите узнать, как развивались события дальше, – приобретайте книгу и смотрите сериал на YouTube-канале #ЗАУГЛОМ. А пока напомним, что в предыдущих главах спецслужбы двух стран – КГБ СССР и ЦРУ США в начале 70-х годов прошлого века начинают тайную операцию по перестройке своих политических систем. Юрий Андропов выбирает своим орудием Михаила Горбачёва. В США – это молодой перспективный политик Трамп. В КГБ придумали, как сделать их родственниками через сироту Андрея Разина, чей дед и дед американца были родными братьями – немцами, один из которых погиб в 1943 году в Крыму, а другой – эмигрировал в Америку. Но сирота и миллиардер об этом ничего не знают. Чтобы родство Трампа и Горбачёва состоялось, сменщик Андропова в КГБ Виктор Чебриков принимает идею участника операции – Олега Калугина поженить Андрея и дочь Горбачёва Ирину. Калугин находит в архивах спецслужбы ГДР Штази документальное подтверждение того, что Андрей Разин – внук погибшего в Крыму гитлеровского офицера Трумпа, родственника американца Трампа.
В предлагаемом отрывке действие происходит в Сочи, где на премьере спектакля встретились старые приятели и компаньоны Андрей Разин и Роман Абрамович, не видевшие друг друга 25 лет.
Напоминаем, что все события, имена и названия полностью вымышлены. Действие романа «Пробуждение троянского мустанга» происходит в других галактиках или в параллельной реальности.
Роман смотрел на сцену, никак не реагируя на происходящее. Лишь поглаживал левой рукой щетину. Помалкивала и Окко-н.
Когда музыка зазвучала громче, у Стычкина на сцене началась наркотическая ломка. Его выворачивало наизнанку, то ли от несвежей лапши, то ли от музыки. Он начал корчить рожи, подбежал к «сталинской» ложе, схватился руками за ограждение и сунул нос внутрь. Но даже клоунам прощают не всё. Явно не по либретто Роман схватил его нос железной хваткой и начал втягивать в ложу. Внешне, из зала, это выглядело как задумка режиссёра. В реальности Стычкин получил не только горящий красным угольком кончик носа, но и довесок – удар тыльной стороной ладони в лоб, отбросивший его назад, к футляру. На этом вступление закончилось, грянула знаменитая увертюра к опере Россини. На сценических конструкциях, которые не попали в начале представления в огни рампы, расцветилась инсталляция в стиле супрематизма Малевича. На верёвочках раскачивались и перекрещивались белые с красными полоски. Между ними, где-то наверху «на стропилах», показался горящий кончик носа Стычкина. Но и там, в небесах, он не обрёл покоя – ловко, словно обезьяна, спустился вниз.
– Он и есть – «Фигаро здесь, Фигаро там»? – Окко-н повернулась к Роману.
– А … его знает! Весело здесь живут, – ответил Роман и громко засмеялся. Смех слышался и в зале.
Луч прожектора мелькнул по ложе, она на миг осветилась. Андрей увидел овал лица Окко-н. Оно было не абсолютно круглым, как рисовало воображение лицо чукотской девушки, а благородно продолговатым. Иссиня-чёрные волосы, собранные на затылке в хвостик. Слегка раскосые тёмные глаза, на щеках румянец. На такой же, как у Романа, водолазке бусы в три ряда.
Тем временем Стычкин вновь подскочил к футляру из-под контрабаса, схватился за голову и упал на него в изнеможении. Оказалось, он не Фигаро, а реальный «ковёрный», разогревающий публику перед появлением на сцене грузинской оперной звезды – Алудо Тодуа. Тот ловко запрыгнул на помост позади футляра и запел знаменитую арию. Из левого рукава его костюма обильно полилась пена для бритья. Он намазал ею голову стоящего рядом Стычкина, чем обозначил, что он и есть парикмахер Фигаро.
Роман выразительно посмотрел на часы. Спектакль, едва начавшись, начинал его удручать. Его жена, как он назвал Окко-н, не шелохнулась. Уходить ей совсем не хотелось. Вновь выручил «ковёрный». Он заговорил. На нём оказался пластиковый мешок для мусора с дыркой, из которой торчал его лысый череп с остатками пены. Стычкин выразительно смотрел на «сталинскую» ложу и рассказывал историю Фигаро. Оказывается, он поэт, но по политическим соображениям стал бродячим цирюльником. Во времена гонений писать поэту не о чем.
– Вот по кайлу бы вам в руки и лет на восемь бункера строить. – Роман подался вперёд, опершись грудью о перила ложи.
– Рома, ты совсем охренел. – Окко-н закрыла ладонями лицо и залилась смехом. Не выдержал и Андрей.
– Ромашка, это же клоуны! Чего так переживаешь?
Абрамович ничего не ответил. Лишь задвигал желваками в районе висков и сжал кулаки. Артисты же играли словно для него – тайного обитателя «сталинской» ложи. Но публика в зале реагировала плохо. Уже с пятого ряда было непонятно, что происходит на сцене. Над народом явно издевались. Словно в подтверждение, на сцену выбежали первые женщины в костюмах уборщиц. Сначала вытерли от остатков пены для бритья пол сцены. Затем лысину Стычкина, и она заблестела, как новая. Лишь нос продолжал гореть алым угольком. Уборщицы громко запели на безукоризненном итальянском.
Напряжение нарастало. На сцену вбежал граф Альмавива. По сценарию он должен домогаться руки прекрасной Розины, которой пока и не пахнет. Граф распевается, но Стычкину взбрело в голову, что Альмавиве нужно переодеться. Он убеждает его в этом и отправляет в ящик с тремя дырками, откуда тот поёт свою арию. Его лицо появляется поочерёдно во всех дырках, под которыми нарисованы костюмы.
– По пьесе, он скрывается от злодея, доктора Бартоло. Тот на его Розину тоже глаз положил. Её денег хочет, – пояснила Окко-н. Спектакль её захватил, поскольку она знала его содержание.
– Всем денег хочется. Посмотрим, глаз ли он на неё положил? – вновь проговорил Роман хмуро. Было видно, что он готов терпеть до конца, поскольку его женщине постановка нравилась.
Графу тем временем всё больше нравилось петь из ящика. Костюмы под дырками, где появлялось его лицо, менялись от космического скафандра до огромного яйца с дырками для ног. На сцену выбежали новые герои. Самый прикольный – негодяй доктор Бартоло в белых кроссовках и красных носках. Розина, единственная носительница классики, – в простом женском платье тёмно-салатного цвета. Она горестно поёт, словно муха в сетях злого паука, а «паук» Бартоло бегает по сцене то с плавательной трубкой, то с рогаткой, отгоняя любовников от потенциальной жены. Из ящика выскакивает Фигаро и оказывается за пианино на велосипедных колёсиках. Наступает момент, когда не только зрители, но и сами актёры перестают понимать, что происходит.
– Вот пи…сы, – Роман откинулся на спинку кресла, – для кого на Тамани готовим плацдарм? Просрут же всё!
– Роман, заткнись наконец. – Окко-н схватила мужа за мочку уха и резко дёрнула вниз. – Хочешь вернуться в Анадырь по этапу?
– Пойдём отсюда на хрен! – Роман вопросительно посмотрел на жену, но она не ответила. С любопытством смотрела на сцену.
В лучах прожекторов остались «ковёрный» и «муха-цокотуха» Розина. Оба в трениках и кроссовках. Клоун успокаивает красавицу – она всё равно выйдет замуж за графа. Мученица в знак благодарности целует Стычкина в губы. Он мгновенно возбуждается, нежно гладит футляр от контрабаса, ложится на него и елозит туда-сюда. Акт любви сопровождается проникновенной игрой Башмета на альте. Он стоит в стороне и грустно смотрит на мучения лысого «ковёрного». Любовь Стычкина серьёзна и трагична: футляр контрабаса напоминает женское тело – большая грудь, широкие бёдра. Женя кричит: «Помогите мне!» Но помощи нет. Держась за голову, он уезжает верхом на контрабасе за кулисы.
Роман Аркадьевич вскочил с кресла, сунул пальцы в рот и громко засвистел. К счастью, звук потонул в массовом свисте, который бушевал в зале. Занавес закрылся. Первое действие закончилось.
– Рома, я пойду в буфет. – Окко-н поднялась с кресла, одёрнула юбку и пригладила волосы на висках. – Вы посидите, поговорите.
Она вышла из ложи.
– Роман, ты чего в Сочи делаешь? Где был двадцать пять лет? – Андрей повернулся к бывшему другу, но тот продолжал смотреть в пустеющий зал. Народ повалил в буфет.
– Андрюша, если расскажу, ты станешь носителем государственного секрета, самого секретного. Хотя и ты можешь иметь к нему какое-то отношение. Уж больно много совпадений и случайностей вокруг тебя. Всех сносят, а ты как козырный туз в рукаве. Для чего-то тебя берегут. Втёмную. Что касается меня – статья 93 «прим» УК РСФСР.
– «Хищение государственного или общественного имущества в особо крупных размерах. Хищения на сумму от десяти тысяч рублей. От пятнадцати лет до смертной казни с конфискацией имущества».
Андрей помнил содержание статьи, как «Отче наш». Он вжал голову в плечи, представив себе, как Рому прихватили не с «десяткой», а c тринадцатью миллионами рублей, если по советскому курсу 64 копейки за доллар.
– Плюс 88-я УК РСФСР о незаконных валютных операциях. «Котлеты» в двадцать миллионов долларов до меня не находили вообще ни у кого. – Роман отрешённо смотрел в пространство. – Это второй расстрел.
– А шо, про мою «котлету» ты им рассказал? – Разин заёрзал на кресле, ощущая невыносимый жар снизу, в районе огромного седалища.
– Естественно.
Уважаемые читатели романа «Пробуждение троянского мустанга»! Вы можете посмотреть первые десять серий первого сезона сериала, снятого автором романа Андреем Углановым.
Для этого нужно:
1. Включить компьютер.
2. Вбить в поисковом окне YouTube: «Пробуждение троянского мустанга».
Исполнитель главной роли, музыкальный и литературный редактор – главред еженедельника «Аргументы недели». Счастливого просмотра!