Первопроходец Северного морского пути упокоился в Риге
Сто лет назад, в 1919 году, в бурное и опасное время в наших краях оказался выдающийся русский мореплаватель, военный гидрограф, картограф, генерал-лейтенант Иван Семенович Сергеев, руководитель гидрографической экспедиции Северного Ледовитого океана, открывшей для Российской империи Северный морской путь.
То, что Сергеев был здесь и упокоился в Риге в апреле 1919 года, первой открыла сопредседатель Пушкинского общества Латвии Светлана Видякина. На старинном русском погосте, Покровском кладбище, хранящем еще много загадок, ею был найден высокий царский надгробник, который уходил в землю. Когда его подняли, увидели надпись: «Генералъ Лейтенантъ Иванъ Семенович Сергеевъ, род. 14 июня 1863, сконч. 7 апреля 1919».
Это было подлинное открытие, потому что до того времени историки были уверены, что генерал Сергеев покоится где-то в Санкт-Петербурге. Но где, никто отыскать не мог...
Ныне на месте упокоения генерала Сергеева на Покровском кладбище высится темно-серый гранитный обелиск, как будто вырывающийся из расколотых северных льдов. Память выдающегося исследователя и первооткрывателя с мировым именем увековечена в высеченной на обелиске надписи: «Руководитель географической экспедиции Северного Ледовитого океана на ледокольных пароходах «Таймыр» и «Вайгач» в 1910–915 гг., в ходе которой освоен и описан Северный морской путь, открыты архипелаг Северная земля и ряд островов в море Лаптевых и Восточно-Сибирском море».
Вырваться изо льда...
Создал проект надгробного памятника инженер Максим Федорович Ардеев, а воплотили его в гранит и установили члены латвийской общественной организации «Свет памяти».
Владимир Владимирович Зорде, руководитель «Свет памяти»: – Мы занимаемся тем, что ухаживаем за могилами воинов Первой и Второй мировых войн, благоустраиваем места их захоронения. На Покровском кладбище перед днем освобождения Риги в октябре 2020-го очищали и омывали могилы павших воинов. К нам подошла Светлана Видякина, которая тоже постоянно ухаживает за Братским мемориалом на Покровском. Разговорились. Она провела для нас экскурсию по этому уникальному погосту. Ходили до темноты, и она нам поведала о генерал-лейтенанте Сергееве – в свое время была утеряна информация о том, где он захоронен. Члены нашей организации решили восстановить, реконструировать памятник на его могиле. Один из них, инженер Максим Ардеев, который много занимается российской историей начала ХХ века, первым предложил увековечить память генерала Ивана Сергеева, сам придумал проект, нарисовал его.
Все начиналось с пластилинового макета памятника, потом были расчеты. Директор кладбища показал нам старый обелиск, который лежал рядом с могилой Сергеева – может, он с этого захоронения был, может, с другого. Мы его откопали, подняли, отвезли в цех, перешлифовали, сделали новую гравировку. И придумали поместить его как будто в глыбы расколотого льда. Будто памятник вырывается, разрывая льдины.
На самом деле это не единичный акт – у нас есть круг единомышленников, которые помогают нам в нашей работе: приносят деньги, материалы, бензин, технику. В десятках разных мемориальных мест по всей Латвии нами делаются восстановительные работы.
Есть у нас и знакомые, которые занимаются изготовлением памятников из гранита. Ардеев разработал проект, пронумеровал каждый фрагмент гранита, прорисовал его, сделал шаблоны, и мы отвезли человеку, у которого свой цех. И в свободное от своего бизнеса время он изготовил эти гранитные детали.
Сергеев и Колчак
Максим Ардеев, инженер: – Я собираю архивы по тем временам, и у меня собралось много материалов об Иване Семеновиче Сергееве – они вместе с Александром Колчаком были авторами идеи этой экспедиции в Северный Ледовитый океан. Когда Россия потерпела поражение в Русско-японской войне, когда наши южные океанские пути закрылись или стали проблематичными, начала разрабатываться идея северных путей.
Тогдашний руководитель Гидрологического управления Морского министерства Российской империи Борис Андреевич Вилькицкий бредил этой идеей, но она казалась фантастической, невероятной, как сейчас полет на Марс. Невероятно было представить себе, что по Северному морскому пути вокруг континента можно было проплыть из Владивостока в Архангельск, к примеру. На таких идеологов смотрели как на фантазеров, оторванных от жизни. Но тем не менее эта идея овладела умами продвинутых людей, которые смотрели в будущее.
И в 1906 году она получила развитие, была создана комиссия при морском министерстве, в которую вошли Вилькицкий, Сергеев и Колчак. Они стали эту экспедицию с нуля разрабатывать. Идеи были глобальные – было запланировано три похода, планировалось построить 16 станций вдоль арктического побережья России – на островах, на материке. Экспедиция была рассчитана на 5-6 лет.
И в 1907 году весной на Невском заводе в Петербурге были заложены два ледокольных судна – «Таймыр» и «Вайгач», водоизмещением 1,5 тыс. т каждый и мощностью машин в 1,2 тыс. л.с. В 1909-м они уже были готовы. Это были рекордные сроки строительства подобного класса кораблей. Они были уникальными, опережающими свое время, там были применены все самые современные технологии.
Подготовка экспедиции
В разработке проекта этой экспедиции непосредственное участие принимал капитан 2-го ранга Александр Васильевич Колчак («Колчак полярный»). В октябре 1909 года корабли вышли в поход и в июле следующего года прибыли во Владивосток. Экипажи были укомплектованы офицерами и матросами военно-морского флота. С 2 ноября 1910-го по 20 октября 1914-го начальником экспедиции был полковник корпуса флотских штурманов, опытный военный гидрограф Иван Семенович Сергеев.
Основная цель экспедиции: разведать Северный морской путь и пройти по нему через шесть арктических морей с востока на запад – из Владивостока в Архангельск, чего прежде еще никому не удавалось сделать.
В ноябре 1910-го А. В. Колчак получил телеграмму от морского министра и начальника Морского Генерального штаба с приказанием сдать командование судном «Вайгач», дела и обязанности по экспедиции и незамедлительно прибыть в Петербург для продолжения службы в Морском Генштабе. Новым командиром ледокольного парохода «Вайгач» вместо убывшего к новому месту службы Колчака был назначен капитан 2-го ранга Константин Владимирович Ломан (1880–1917).
Сразу же начались исследовательские работы. Выйдя из Владивостока, пароходы зашли в Петропавловск-Камчатский и бухту Провидения, а затем через Берингов пролив вышли в Чукотское море и начали описывать северное побережье Чукотки. Условия плавания оказались тяжелыми.
Лена и Колыма
Экспедиционные походы имели целью изучение и описание береговой черты, проведение гидрографических и геодезических работ, производились промеры, уточнялись карты от мыса Дежнева до устья реки Колымы, а затем до Лены. Кроме того, было произведено описание острова Врангеля, выполнен большой объем океанографических исследований, сбор и пополнение коллекции биологических образцов. Произведено описание большинства островов в Чукотском и Восточно-Сибирском море, а также в море Лаптевых. Заходили в порт Тикси.
Были намерения, воспользовавшись благоприятной погодой, пройти далее на запад до полуострова Таймыр, но осторожный и осмотрительный Сергеев рисковать не стал, считая, что поставленные задачи на этих этапах выполнены полностью.
В 1912-м «Таймыр» и «Вайгач» прошли на запад до бухты Тикси. Были описаны все Медвежьи острова, Большой и Малый Ляховские, Васильевский, Семеновский, Столбовой и Котельный из группы Новосибирских островов. Сильные снегопады помешали проведению работ, и экспедиция возвратилась во Владивосток.
В 1912-м Сергеев был произведен в генерал-майоры. За три навигационных периода, особенно в 1912-м, ледоколы подготовили освоение всего восточного участка Северного морского пути – от Берингова пролива до устья Лены.
В конце июня 1913-го «Таймыр» и «Вайгач» снова вышли из Владивостока. Было выполнено множество измерений морских глубин и собраны богатейшие материалы по ледовому, гидрометеорологическому и биологическому режиму морей по трассе Северного морского пути.
К сожалению, начальник ГЭСЛО генерал-майор Сергеев из-за неожиданно возникшего кровоизлияния в мозг вынужден был отказаться от выполнения своих обязанностей. На ледоколе «Вайгач» тяжелобольного Сергеева доставили в ближайший поселок в устье Анадыря. Оттуда он был переправлен во Владивосток.
Триколор над Северной землей
В Очерках по истории географических открытий отмечается, что это было первое плавание судов ледокольного типа в восточной Арктике. По результатам плавания была составлена морская карта Чукотского моря. Суда были снабжены радиотелеграфом, а значит, имели непрерывную связь между собой. Это было первое применение радио в Арктике! Корабли неоднократно выручали один другого.
Во время этого плавания, 22 августа 1913 года, русские военные моряки сделали крупнейшее географическое открытие первой половины ХХ столетия – уже под руководством Бориса Андреевича Вилькицкого открыли Северную землю, оказавшуюся громадным архипелагом. Была произведена высадка на берег. На мысе Берга был зачитан приказ начальника экспедиции об открытии новых земель, названых в честь Николая II, и острова в честь цесаревича Алексея (ныне Малый Таймыр). Под оружейные залпы в торжественной обстановке был поднят государственный флаг – открытая земля официально была присоединена к России.
Начались так называемые колымские рейсы – пароходы стали ежегодно привозить из Владивостока на Колыму разные грузы для северо-восточных окраин и вывозить местные товары. К сожалению, этого Иван Семенович Сергеев уже не увидел. Болезнь сразила его за месяц до этого открытия.
Экспедиция закончилась, когда в Европе уже вовсю полыхала война, и противоборствующим сторонам было не до географических открытий за Полярным кругом. После октябрьского переворота и Гражданской войны большинство ее участников, офицеров, оказалось в эмиграции, и о них предпочли забыть. Позже великий полярный исследователь Руаль Амундсен с сожалением скажет: «В мирное время эта экспедиция возбудила бы весь цивилизованный мир!»
Спасти Ригу
Когда А. В. Колчак в 1912 году по предложению Н. О. Эссена перешел на Балтийский флот, неизбежность войны с Германией была очевидной.
Максим Ардеев, инженер: – На тот момент Колчак уже служил на Балтийском флоте, имел задачу создать комплекс минных заграждений. Он был непревзойденным мастером ведения минной войны. Командующий Балтийским флотом адмирал Н. О. Эссен вызвал его в Ревель (Таллин), чтобы поставить в наиболее узкой части Финского залива сильное минное поле по побережью Финляндии до Аландских островов.
Главной идеей немцев в Первую мировую было захватить наше побережье с моря, Рижский залив. Германский флот многократно превосходил наш, и идея минных заграждений казалась панацеей. Колчак не жалел на это сил и собирал вокруг себя людей, которые помогали ему эту идею воплотить.
Светлана Видякина, сопредседатель Пушкинского общества Латвии: – Возможно, он и вспомнил по совместным экспедициям своего товарища Ивана Сергеева. Нам неизвестно, каково было состояние Сергеева после болезни, но дать советы по замерам глубин для минных заграждений он, возможно, все же мог. И тогда его присутствие в Риге становится оправданным.
Занимаясь биографией Сергеева, я наткнулась на сообщение, что по дороге в Таллин он был убит. Найти это сообщение повторно не удалось. В любом случае Сергеев представлял интерес для многих, кто интересовался информацией по минным заграждениям. Возможно, за ним охотились, чтобы ликвидировать. Но это все догадки...
22 мая 1919-го большевики были выгнаны из Латвии, границы захлопнулись. Сергеева могли попросту убрать, о чем красноречиво говорит дата его смерти.
Максим Ардеев, инженер: – Когда узнал, что Сергеев покоится здесь, это было для меня потрясением! Считалось, что его след потерян, когда он в 1914-м вернулся в Санкт-Петербург. Больше о нем ничего не было известно, думали, что его захоронили в Санкт-Петербурге. Но раз он нашелся здесь, означает, что он сюда все-таки приехал и был в числе тех людей, которые здесь в те сложные времена пытались вместе с Колчаком спасать Россию.
Видимо, в 1919-м, когда офицеры вынуждены были уезжать отсюда любыми способами – через Эстонию многие пытались выбраться, – он каким-то случаем погиб и был здесь похоронен.
Но этим еще предстоит заниматься. В любом случае, когда Светлана привела нас к этой могиле, для меня это был гром среди ясного неба. Неужели?.. Наконец-то такой человек нашелся! Его вклад в историю невозможно переоценить. Те географические открытия, которые были под его руководством совершены, перевернули всю мировую историю.
Наталья ЛЕБЕДЕВА.