«Нам надо было только вперед»: 31 октября в России отмечают День автомобилиста
«Вспомните знаменитую кинокомедию «Три плюс два», где увековечились автомобили «Волга» и «Запорожец», на которых главные герои картины приехали отдыхать на берег Черного моря… Принято считать, что именно эта кинокартина дала толчок массовому и, надо отметить, организованному движению авто- и мототуризма в СССР»
Со временем, когда автомобиль перестал быть роскошью, а стал реальным средством передвижения, праздник утратил исключительно профессиональное значение. Уже во времена Советского Союза День автомобилиста стали отмечать владельцы личных транспортных средств и водители-любители.
Начали строить кемпинги и заправки
Это были люди разного возраста и разных специальностей, мужчины и женщины. Но очень многих из них объединяла «одна, но пламенная страсть» – любовь к путешествиям на своих четырехколесных конях: «Жигулях», «Москвичах», «Запорожцах» и, конечно, на элегантных «Волгах» (ГАЗ-21).
Вспомните знаменитый фильм «Три плюс два» 1963 года режиссера Генриха Оганесяна. Где увековечились автомобили «Волга» и «Запорожец», на которых главные герои картины, трое молодых мужчин и две очень красивые девушки, приехали отдыхать на берег Черного моря. И хотя любители путешествий по просторам нашей страны на легковых автомобилях были и раньше, до выхода на экраны этой лирической комедии, тем не менее принято считать, что именно эта кинокартина дала толчок массовому и, надо отметить, организованному движению авто– и мототуризма в СССР.
В середине 60-х годов владельцы автомобилей и мотоциклов стали объединяться в клубы и секции при местных филиалах Центрального совета по туризму и экскурсиям. Оказалось, что вместе весело не только шагать по просторам, но и путешествовать на личных автомобилях.
В 1973 году по инициативе Министерства автомобильного транспорта РСФСР и Государственной автомобильной инспекции МВД СССР было создано Всероссийское добровольное общество автомобилистов (ВДОАМ).
В середине 70-х на автомобильной карте Советского Союза появились всесоюзные плановые маршруты для пилигримов на колесах. На дорогах страны стали строить кемпинги, туристические базы и кафе, заправочные и ремонтные станции для обслуживания авто– и мототуристов.
Бензин был недорогой, границы были открыты
В Приморье объединение энтузиастов, увлеченных колесными видами туризма, началось в 1969 году. Именно тогда старший инструктор туризма краевого совета по туризму и экскурсиям Михаил Иванович Романов обратился в краевую федерацию автомотоспорта с просьбой помочь в организации автомототуризма в крае. Эту идею он вынашивал давно, но не находил сподвижников. Руководство федерации рекомендовало ему 27-летнего Юрия Гриванова, инженера-механика по судовым силовым установкам с дипломом Дальневосточного политехнического института, известного в Приморье мотопутешественника. Гриванов также поддержал предложение Романова создать общественную организацию, ориентированную на развитие автомототуризма в крае. Но попросил подождать с регистрацией организации.
В то время группа мототуристов ДВПИ, где он тогда работал, готовилась к путешествию 5-й категории сложности по республикам СССР. Пользуясь случаем, Михаил Романов предложил команде политеха принять участие во II Всесоюзном слете автомототуристов в Киеве, чтобы защитить честь Приморья. Протяженность маршрута – 21560 км. Предложение было принято.
Сборная команда края из 8 человек во главе с Юрием Гривановым стартовала 29 июня в половине седьмого утра с главной площади Владивостока. В этот день шел дождь, но старт не перенесли. За первый день мотопутешественники прошли немного, всего 165 километров. Заночевали на берегу реки Лефу, чтобы обсушиться, отдохнуть от подготовки, прощаний и набраться сил. Ни Гриванов, ни его друзья даже не могли предположить, что их пробег совсем скоро оборвется.
На другой день за Спасском-Дальним на 255 километре произошла трагедия. Погиб Юрий Горобинский, врач команды. Ему было 27 лет. Он на подъеме стал обгонять грузовик, но не заметил на обочине брус. У его ИЖа П-2 выбило руль, мотоцикл стало кидать из стороны в сторону, а потом инерционная сила бросила парня на асфальт поперек дороги.
Юрия Горобинского похоронили на Морском кладбище рядом с отцом. Родственники мотопутешественников были напуганы случившимся и не хотели пускать их дальше. Но команда продолжила пробег, только уже впятером. Остались Вера Горобинская и Любовь Борисенко. Этот тяжелый пробег – дорог тогда не было даже у Байкала – команда посвятила погибшему товарищу.
По возвращении во Владивосток началась подготовка к созданию краевой секции автомототуризама. 28 февраля 1970 года состоялось собрание представителей профсоюзов, комсомола и автомотолюбителей, на котором официально было объявлено о создании краевой секции автомототуризма при краевом совете по туризму и экскурсиям.
Много лет спустя Юрий Прокопьевич Гриванов, мастер спорта СССР, заслуженный путешественник России, вспоминал, что начало 70-х годов было романтичным временем. Бензин недорогой, один литр АИ-92, самой популярной марки, стоил 70 копеек, АИ-93 – 95 копеек за литр. Причем на всех заправках страны цена на бензин была одинаковая, потому что заправки были государственными. И границы союзных республик были открыты.
– В 70-е и 80-е годы можно было с одним паспортом стартовать во Владивостоке и колесить по Средней Азии или Кавказу. Зарулить в Прибалтику или прибыть точно в назначенное время на Всесоюзный слет автомототуристов в Киев и взять там кубок за самый дальний поход в номинации «Звезды ралли», – вспоминал Юрий Прокопьевич.
Путешествие на грани авантюры
Об одном из таких походов, совершенных Юрием Гривановым поздней осенью 1979 года, по маршруту Владивосток – Байкало-Амурская магистраль – Владивосток на машине «ВАЗ-21011», корреспонденту «В» рассказал его друг и соратник по пробегу Сергей Матвиенко.
Даже сегодня, когда авто-, мото– и велопробеги по дорогам России стали обыденностью, автовояж на БАМ 42-летней давности воспринимается не иначе как обреченная авантюра. Дело в том, что автомобиль «Жигули» 11-й модели, на котором наши земляки проехали за 17 дней (с 8 по 24 октября) 4712 км по асфальту, грунтовке и бездорожью, не был зарегистрирован в ГАИ. У него не было даже технического паспорта!
Прокатиться на машине от Владивостока до БАМа и обратно инженер Сергей Матвиенко, активист Приморского краевого клуба автомототуристов, задумал еще в 1978 году. Юрий Гриванов, председатель клуба, его поддержал. А почему бы и нет?
Наша «крыша» – ВДОАМ!
Автомобиль «ВАЗ-21011» (бортовой № 27) стартовал из Владивостока 8 октября. До села Иннокентьевка по прямой, это в 47 км от Комсомольска-на-Амуре, путешественники добрались без приключений, а дальше был Амур-батюшка.
– В те годы переправиться через Амур было очень сложно, – вспоминает участник автопробега Сергей Матвиенко. – Благо, что капитаны проходящих пароходов и барж косили шару. Они нелегально перевозили машины с одного берега на другой. На одной из таких барж мы благополучно добрались до Амурска. Откуда дальше рванули в сторону Комсомольска-на-Амуре.
Недалеко от Комсомольска автотуристов остановил инспектор ГАИ. Когда ему предъявили путевой лист с указанием маршрута Владивосток – БАМ – Владивосток и с шапкой ВДОАМ, он искренне удивился: откуда здесь спортсмены из Владивостока? Да еще на машине без документов. Но докапываться до мужиков не стал, а отпустил, пожелав доброго пути. Сегодня такая милость не прокатила бы...
Между тем действия инспектора ГАИ вполне были предсказуемы: уже шестой год работало Всероссийское добровольное общество автомотолюбителей. ВДОАМ хоть и был общественной организацией, но очень влиятельной. В его рядах числились даже партийные и профсоюзные бонзы, а также высокие чины из силовых структур. В конце 70-х годов количество городских и районных советов ВДОАМ достигло 1700, а число членов общества зашкаливало за два миллиона человек. ВДОАМ поддерживал инициативы Госавтоинспекции по решению проблем безопасности движения, а Госавтоинспекция, в свою очередь, поддерживала начинания ВДОАМ.
Верхом на самосвале
После Комсомольска-на-Амуре трасса к БАМу – это 60 км расквашенной грунтовки – шла через поселок Хурмули. Собственно, это уже был первый населенный пункт восточной части БАМа. Въезд в Хурмули перегораживал шлагбаум, возле которого дремал солдат-киргиз с автоматом, – в поселке дислоцировались военные строители.
– БАМ там? – спросили часового путешественники, махнув рукой в сторону сопок.
– Там, там! Только ты туда не ходи. Там медведь! – киргиз плохо говорил по-русски.
Поначалу военный вообще не хотел пропускать чужаков, но партийные и комсомольские верительные грамоты с гербовыми печатями оказались сильнее приказа командира, и шлагбаум взлетел вверх. Добро пожаловать на БАМ! Далее были поселки Харпичан и Березовка. По пути в Березовку наши путешественники посетили старинное нанайское село Кондон, которому уже 380 лет, где до сих пор живут староверы и где сохранилось железнодорожное полотно, уложенное еще до Великой Отечественной! Для Матвиенко и Гриванова это было настоящим открытием.
– Мы тогда не представляли, что был еще старый БАМ, который сейчас меняли. Его начинали строить до революции и продолжили при отце народов. Я видел рельсы с выбитой надписью «Завод имени товарища Сталина, 1931 год»! У меня было желание взять ножовку и выпилить кусок металла с этой надписью, – смеется Матвиенко.
За Кондоном автотуристов поджидало очередное (и не последнее) препятствие – болотистая равнина, абсолютно непроходимая для «Жигулей». На помощь пришел водитель «КамАЗа», предоставив свой самосвал в качестве парома. Он подъехал как можно ближе к краю насыпи, на которой стояла легковушка, с «берега» на «КамАЗ» перебросили две доски... и «Жигули» преспокойно закатились в кузов. Дальше было 40-километровое путешествие по мелководью верхом на самосвале. При этом водитель не взял с владивостокцев ни копейки – в те годы на БАМе бескорыстная взаимовыручка была нормальным явлением. Люди еще не были испорчены рублем, хотя деньги за работу получали большие.
Кстати, в те годы на БАМе было много импортной техники, в основном японской: самосвалов, бульдозеров, экскаваторов и т.д. Все самое лучшее и самое надежное везли сюда. Но, если техника ломалась, ее не ремонтировали, а бросали: дешевле было доставить новую. Матвиенко рассказывал, что они много раз встречали на обочинах ржавеющие машины. Страна не считалась с затратами на Всесоюзную ударную стройку.
По словам Матвиенко, БАМ тогда был территорией социальных контрастов. Люди работали на самой современной технике, а жили в продуваемых палатках, землянках, железных бочках-балках. Тем не менее у них был патриотизм и была цель.
Когда невозможное возможно!
Однажды им пришлось форсировать реку Амгунь, которая многократно пересекала БАМ, по железнодорожному мосту старой постройки. Потому как иной дороги не было.
– Мы же были молодые. Мне тогда исполнилось 25 лет, можно сказать, активная жизнь только начиналась. И нам надо было только вперед! – рассказывает Матвиенко. – И вот я заезжаю сначала на насыпь, потом по деревянному настилу на мост, а вокруг никого нет! Нет даже охраны. А ведь это военный объект. Мы умудрились как-то там развернуться и поставить два колеса, переднее и заднее, на рельс. Таким образом, левая сторона машины оказалась на рельсе, а правая на настиле. А мост длиной примерно 300 метров. И эти 300 метров мне надо было проехать так, чтобы не упасть налево. Иначе я бы сломал о рельс передний рычаг. И на этом можно было бы путешествие закончить. Но в итоге мост они благополучно проскочили.
...В середине октября на БАМ пришли морозы под 40 градусов. Ночью не спасали ни шубы, ни спальники. Чтобы не замерзнуть, туристы-авантюристы готовили чай на бензиновом примусе. Нежные «Жигули», пусть и в грязи, среди тайги, камней и бездорожья для бамовцев были как чудо, как инопланетный корабль.
Путешествие на БАМ Матвиенко и Гриванова прервалось по техническим причинам в восьми километрах от городка Февральска. Машинное масло, которое они брали где только можно, оказалось с водой. Ночью вода прихватила шестерню привода масляного насоса. Пришлось обездвиженные «Жигули» отбуксировать в Февральск, где не было нужной запчасти, но зато был мостостроительный отряд...
– Мы объяснили начальнику отряда, кто мы такие и что у нас случилось, – говорит Матвиенко. – И он тут же распорядился предоставить нам бортовой «ЗИЛ-130», на котором нас бесплатно довезли до ближайшей станции технического обслуживания, до Благовещенска. А это 500 км в одну сторону. То-то мужики на СТО удивились - как можно на «Жигулях» проехать по БАМу. У нас даже лонжероны багажника согнулись!
После ремонта автотуристы-авантюристы повернули домой, благополучно прибыв во Владивосток 24 октября. Это был самый первый автопробег Сергея Матвиенко, но не последний.
Сергей КОЖИН
Фото:
из архива Сергея МАТВИЕНКО