Как крымские насекомые вдохновляли учёных, композиторов и писателей
Вчера в России отмечали День энтомолога. Соприкосновение с миром крымских насекомых сыграло большую роль в научной и творческой работе выдающихся умов Отечества.
Принести пользу науке
Первооткрывателем крымской энтомологии является Христиан Стевен. Прежде чем стать в 1812 году директором Никитского ботанического сада, учёный предметно занимался вопросами шелководства и в дальнейшем был назначен главным инспектором в этой отрасли в южных регионах Российской империи.
Находясь в постоянных разъездах, исследуя обширные территории, академик на протяжении многих лет любовно оформлял в своём симферопольском имении фундаментальную коллекцию насекомых Средиземноморья, Кавказа и Крыма. Великолепное собрание – «одно из первых и обширнейших в нашем отечестве» – приобрёл Московский университет. Стевен в свою очередь пожертвовал весьма солидный гонорар этому учебному заведению, чтобы на банковские проценты были учреждены две стипендии талантливым студентам-естественникам.
Яблоко от яблони
В 1827 году стал крымчанином академик Пётр Кёппен: он приобрёл имение Карабах близ Алушты и занял должность помощника инспектора шелководства, садоводства и виноделия. Помимо должностных занятий, круг интересов Петра Ивановича был очень широк. Его главный труд «Крымский сборник» уже 190 лет служит ценнейшим источником информации для краеведов.
«Карабах – мой земной Эдем», – признавался Пётр Иванович. Любящая супруга родила здесь двух дочерей и сына Фёдора. Он пошёл по стопам отца: успешно занимался прикладной энтомологией, разрабатывая средства борьбы с саранчой и другими вредителями сельского хозяйства, а в 1860 году организовал и возглавил Русское энтомологическое общество – некоммерческую организацию, призванную распространять знания, оказывать помощь в преподавании зоологических дисциплин, развивать связи с зарубежными учёными.
«При нём блоха жила...»
Перенасыщенным эмоциями оказалось знакомство с крымскими насекомыми композитора Модеста Мусоргского. В 1879 году он отправился в концертное турне по югу страны. Большие надежды возлагались на ялтинскую публику. Отдыхающие заполонили все гостиницы, посему пришлось довольствоваться каким-то клоповником. «Нас засадили в землянку с кусающимися сороконожками, с жуками-щелкунами и иными насекомствами, полагающими своё земное бытие в идеале мерзить людям», – делится подробностями «музыкус».
Действенным средством от злобных тварей оказался... коньячок. Сделав пару глотков, Модест Петрович вдруг вспомнил весёлое стихотворение о блохе, которое автор, Иоанн Гёте, вложил в уста Мефистофеля, когда тот вместе с Фаустом забрёл в винный погребок. Положенная на музыку «Блоха» стала главным итогом экзотического вояжа Мусоргского.
Произведенья естества
В 1893 году Таврическое земство первым в России ввело должность губернского энтомолога и предложило занять её Сигизмунду Мокржецкому, выпускнику Санкт-Петербургского лесного института.
На протяжении четверти века Сигизмунд Александрович жил здесь и много потрудился на благо Крыма. Помимо работ, связанных с борьбой с вредителями деревьев и посевов, Мокржецкий проявил себя в качестве организатора и руководителя Естественно-исторического музея, основателя и директора научно-исследовательского учреждения – опытной плодоводственной станции в казённом имении Салгирка, профессора Таврического университета. Написанный им в 1900 году «Энтомологический календарь для садоводов» не потерял актуальности и сегодня.
С небесною бабочкой в сетке
Парадокс: хрупкие, уязвимые бабочки стали символом душевного спокойствия молодого человека, заброшенного в Крым вихрями Гражданской войны.
В 1918 году юный поэт Владимир Набоков целыми днями бродил с сачком по горам и долам в окрестностях Ялты в поисках новых экземпляров. Существенно пополнила его собрание... советская власть: красноармейцы подарили странному малому реквизированную на одной из дач коллекцию «каких-то букашек».
Любование утончёнными формами и изысканными расцветками бабочек давало будущему классику мировой литературы богатейшую пищу для размышлений и служило источником вдохновения. А в эмиграции «пламенная страсть» превратилась в профессию. Первой зарубежной публикацией Набокова стала статья «Несколько замечаний о крымских чешуекрылых», напечатанная в 1920 году в английском научном журнале.
Коммунизм у насекомых
Так называлась статья Сергея Метальникова, отражавшая его политические и научные взгляды. Автор делает неутешительный вывод: коммунистические сообщества характеризуются подавлением индивидуальной свободы, независимости и инициативы.
Геополитические катаклизмы отразились в судьбе учёного. Не приняв большевистский переворот, он покинул Петроград и перебрался в Крым, где в урочище Артек располагалось имение его семьи. В 1918 году профессор биологии включился в работу Таврического университета, а затем уехал во Францию, где два десятка лет трудился в прославленном Институте Пастера, изучал с помощью подопытных насекомых вопросы иммунологии. Человечество должно быть благодарно Метальникову за создание бактериальных препаратов для борьбы с вредителями сельскохозяйственных культур.
Много мыслей и спокойно
Наблюдения над насекомыми натолкнули Владимира Вернадского на революционные идеи о значении живого вещества в природе. Весной 1920 года власть предоставила в распоряжение учёного помещения в симферопольском имении Салгирка.
«В лаборатории отбирал яблоневую моль. Сотрудница пошла собирать тлю, появившуюся на капусте», – отмечает важные моменты в дневнике будущий создатель учения о ноосфере. И делает вывод: «Удивительно, как мало вещества производит поразительный эффект – не только биологический, но и химический. Можно работать, и я полон замыслов и планов». Невзрачные, казалось бы, букашки дали вдумчивому исследователю «счастливые переживания научного вдохновения». Спустя много лет Вернадский с благодарностью вспоминал труды на берегах Салгира: «Эти несколько месяцев – одни из лучших, мною прожитых».
Карадагский рай
Осенью 1917 года на Карадагской научной станции появился Владимир Караваев. Крупный помещик и продвинутый любитель-энтомолог намеревался в тихом месте обустроить лабораторию и разместить ценную коллекцию, чтобы уберечь её от погромов. Замысел удался, и весь следующий тревожный год Владимир Афанасьевич успешно пополнял копилку знаний о насекомых восточного Крыма.
Тринадцать лет, захвативших всю Гражданскую войну и первые годы советской власти, изучал карадагскую энтомофауну Виктор Вучетич. С особым интересом он занимался осами. Так, энтузиаст открыл новый вид, впоследствии названный его именем.
Карадагский заповедник порадовал учёных и в наше время. Недавний мониторинг показал ошеломляющие результаты: на территории урочища замечено более 100 новых видов, 25 из них раньше никогда не встречались на нашем полуострове.
Имена, вошедшие в историю
Природа «волшебного края» не перестаёт удивлять. Несколько лет назад в Белогорском районе был открыт новый вид. Бабочка семейства стеклянниц теперь называется неготинтией Ефетова – в знак признания заслуг доктора наук Константина Ефетова, заведующего кафедрой биохимии медицинской академии Крымского федерального университета. Его новая книга «Насекомые Крыма. Сокровенные тайны шестиногих» обещает стать бестселлером!
Наш современник продолжил замечательную традицию, когда уникальные насекомые, живущие только на «полуострове сокровищ», обзавелись собственными именами в честь крымчан – первопроходцев знания. Так, новый вид жужелицы получил имя исследователя пещер Виктора Дублянского; жук-корнеед, найденный на Керченском полуострове Сигизмундом Мокржецким, назван его именем; обитающая на мысе Чауда дикая пчела поименована в честь научного сотрудника Карадагского заповедника Юрия Будашкина.
Иван КОВАЛЕНКО, крымовед.