Трагическая история советского хоккеиста. После долгого запоя Блинов обманул врачей и погиб прямо на тренировке
Виктор Блинов, как и многие советские мальчишки, начал заниматься хоккем потому, что рядом с его домом находился хоккейный стадион. В один прекрасный день Виктор оказался на арене «Динамо», и сразу понял, что с этим делом он свяжет всю дальнейшую жизнь. Уже в 17 лет он начал привлекаться в основную команду омского «Спартака», а через некоторое время пошел еще дальше и перебрался в «Спартак» московский. Случилось это благодаря определенному стечению обстоятельств: Всеволод Бобров, будучи главным тренером красно-белых, в годы Великой Отечественной войны находится в эвакуации в Омске, где познакомился с детским тренером Владимиром Кукушкиным. Тот и посоветовал своему новому знакомому Блинова. После того, как Бобров воочию посмотрел на молодого парня, он тут же пригласил его в команду.
У Виктора было одно качество, отличающее его от других хоккеистов — у него был сумасшедшей силы бросок. Он был не самым высоким защитником, однако с физической развитостью у него не было никаких проблем, поэтому проводить силовые приемы он просто обожал.
«Самое неприятное, что я испытывал в хоккее, это тренировки „Спартака“, на которых Блинов отрабатывал свой бросок. Я выл от боли — шайба, пущенная им, прошибала щитки», — рассказывал голкипер «Спартака» Виктор Зингер.
Блинов сходу закрепился в одном из сильнейших клубов советского чемпионата и в одном из сезонов даже забросил 17 шайб — показатель, до которого не могли добраться даже нападающие. Тем не менее, были у Виктора и изъяны. Самый главный его недостаток в то время был распространен даже среди спортсменов — пристрастие к алкоголю. Блинов начал пить и курить еще подростком, а с годами эта привычка не только не исчезла, но и приобрела более пугающую форму.
«У него была невосприимчивость организма к алкоголю. Не знаю, как эта особенность называется в медицине, но практически это выглядело так. Если обычному человеку достаточно выпить, допустим, сто граммов для того, чтобы почувствовать признаки опьянения, то Блинову для этого же требовалось чуть ли не пол-литра. Спиртное в его организме всасывалось не сразу, и в компании он всегда бы оставался трезвым, если бы употреблял напитки наравне со всеми. Но за столом ему хотелось быть таким же, как и все, поэтому спиртное принималось им в слоновьих дозах. Пристрастился Блинов к алкоголю с детства. Отец его работал сапожником возле стадиона „Динамо“. Ежедневно первую же заработанную утреннюю „трешку“ он вручал сыну, посылая того за бутылкой. Отсюда все и пошло», — рассказывал знаменитый тренер Леонид Киселев, знавший Блинова лично.
К слову, Блинов неоднократно ходил по краю и мог погибнуть. В первый раз такое могло произойти после того, как Виктор дома полез на шкаф за сигаретами, но не устоял на шатающемся стуле и упал головой на штырь, торчавший из швейной машинки. Благо, врачи сделали трепанацию черепа и спасли его жизнь. Однако с того момента у Виктора была настолько мягкая макушка, что появление на льду без шлема могло стоить ему жизни.
Во второй раз он мог расстаться с жизнью в один из темных вечеров, когда в большой спешке возвращался на спартаковскую базу в Серебряном Бору. Тогда он попал под колеса автомобиля и получил серьезнейшие повреждения, но, оказавшись в больнице, спустя несколько дней принял решение сбежать, чтобы сыграть за «Спартак».
Лето 1968 года стало для прославленного защитника последним. Сначала он поехал в родной Омск, где долгое время отмечал свой приезд со всеми друзьями и их знакомыми. После затяжного запоя у Виктора прихватило сердце, но к врачам он обращаться не стал. Тогда он еще не знал, что это был инфаркт.
После веселой поездки в родные края Блинов сразу же отправился на сборы «Спартака». Причем к медосмотру он отнесся несерьезно, по сути обманув врачей: прошел только окулиста и стоматолога, не сделав обязательное для всех спортсменов ЭКГ. Именно это решение и погубило хоккеиста — 10 июля 1968 произошла трагедия, унесшая его жизнь.
В тот день у «Спартака» было несколько тренировочных занятий: утром они таскали штангу, а затем играли в баскетбол. Во время игры Виктор почувствовал себя не очень хорошо — упал на ровном месте. Партнеры принялись над ним смеяться, не понимая, что с Блиновым творится что-то неладное. Защитник поднялся и продолжил игру, однако через несколько минут случилось непоправимое.
«Мы атаковали кольцо соперников. С мячом был Виктор. И тут он в совершенно безобидной ситуации отдает мяч не партнеру, а сопернику. „…Твою мать“, — выругался вполголоса Юрий Борисов, „открывавшийся“ слева… Побежали обратно, к своему кольцу, и тут Блинов прямо около круга, из которого бросают штрафные броски, упал. Упал и не поднялся. Мы с Валерой Кузьминым стали слушать сердце, искать пульс. Сердце не билось, пульса тоже не было. Открыли все окна в зале, кто-то вызвал „Скорую“. Минут через пятнадцать приехала бригада. Сделали укол в область сердца. Виктор дернулся и тут же снова затих. Навсегда…», — рассказывал его партнер по команде Мартынюк.
Через три дня после трагедии состоялись похороны защитника, которые прошли на Ваганьковском кладбище. Причем одноклубникам Виктора руководство запретило присутствовать на них, отправив всю команду на сборы в Алушту. От лица клуба на похоронах были только капитан Борис Майоров и несколько человек из администрации.
Спустя годы в честь известного защитника назвали домашнюю арену омского «Авангарда», построенную в середине 1980-х. С тех самых пор она носит название СКК имени Блинова.
Подписывайтесь на хоккейный телеграм-канал Sport24