СУДЬБА НЕМЕЦКОГО МАЛЬЧИКА, О КОТОРОМ В СССР СНАЧАЛА НАПИСАЛИ КНИЖКУ, А ПОТОМ ПОСАДИЛИ В ТЮРЬМУ

Губерт Лосте (1923-1959), еще один ребенок, которого вытянули к парадной стороне, а закрепиться там не дали. 

Живых свидетелей славы мальчика почти не осталось, ведь выпала она на первую половину 1930-ых годов.

Теперь сложно судить, насколько Губерт был популярен. 

Говорят, очень.

Жизнь этого парня переменилась, когда порог дома семье Лосте переступили король советской журналистики Михаил Кольцов и его подруга Мария Остен.

Оказались они в гостях не так случайно, как это пытались представить впоследствии. 

Глава семейства - член Коммунистической партии Германии. Все его дети, числом шесть, вступили в пионерскую организацию, из-за чего имели в школе массу проблем, как от учителей, так и от одноклассников. 

Саарская область, где обитала семья Лосте, готовилась к всенародному голосованию. После Мировой войны Саар находился под руководством Лиги Наций, теперь же предстояло дать ответ на вопрос: присоединиться к Германии, Франции, или оставить как есть. Кольцов приехал в Саар прощупать почву и сделал пессимистичные выводы. Электорат склонялся в германскую сторону, и Губерт с братьями испытали это на своих нервных аппаратах. Ребят ежедневно просвещали, на каких фонарях их будут вешать, едва к власти придет Гитлер. 

Рассказывая историю Губерта, брат Кольцова Борис Ефимов использовал прием, характерный для сказки и выражаемый словом «вдруг». 

«…Кольцову, как это часто с ним бывало, пришла в голову интересная идея. А что, если этого саарского пионера перенести, как в сказке, отсюда, где коммунистов преследуют и угнетают, в легендарную Москву, где коммунистов не только не преследуют, но где они находятся у власти? А о впечатлениях и переживаниях мальчика Мария Остен напишет книгу, название которой подсказывает всемирно известная книга английского писателя Кэрролла «Алиса в стране чудес».  Родители согласились отпустить Губерта только на один год, не подозревая, конечно, что расстаются с ним навсегда».

На самом деле, у Остен уже был подписан договор на книгу о германском пионере в СССР, оставалось только пионера найти. Конечно, на месте Губерта мог быть другой паренек, но и решение забрать с собой Губерта созрело не спонтанно. Пара отсматривала кандидатуры.

Зато Ефимов внятно объясняет кажущееся троглодитским решение папымамы отдать сыночка на сторону. Не на сторону, а в коммунистический рай, под руководством ведущего журналиста, мотора издательства «Жургаз» («Огонек», «Крокодил», «За рубежом», «За рулем»). 

Ни о каком усыновлении, как писали впоследствии ретивые перья, речи не шло. 

Что Кольцов действовал не спонтанно, свидетельствует выхлоп энтузиазма, с которым мальчишку приняли в СССР. С ним встречались Буденный, Тухачевский, Максим Горький и другие официальные лица. Его фото не сходило с обложек пионерских изданий. 

Поселился Губерт с Остен, именно она мастырила книгу «Губерт в стране чудес», якобы основанной на дневниках мальчика. В 1935 книжка вышла в издательстве Кольцова «Жургаз». Предисловие написал председатель Коминтерна Георгий Дмитров. Сталин дал в издание свою фотографию с дочкой Светланой на руках. 

Ну и Кольцов, гений журналистики, придумал массу завлекательных для ребят штучек. Книга содержала вкладыш с настольной игрой и конверт с адресом, - Губерт просил читателей ответить: оставаться ему в СССР или вернуться в Саар? 

Скоро этот вопрос стал риторическим. 

Пока Губерт блаженствовал в стране чудес, радостно крича на первомайском параде и отдыхая в пионерском лагере, Саар отошел Германии. 

Мама писала сыну: 

«Отсюда нам надо уехать. Жизнь отца и многих других товарищей в опасности. Сегодня утром несколько товарищей уже уехали. Отец тоже. Губерт, будь бодр и прилежен. Я рада, что ты в безопасности. Если бы ты знал, как много тревог мне доставляет мысль об остальных детях. Роланд и Аннелиза уже исключены из школы. Старших братьев сняли с работы.

В ближайшие дни и мы последуем за отцом. Мы едем во Францию. По приезде сообщим тебе наш адрес».

Во Франции семейству Лосте пришло начинать с нуля, а потом и туда пришел Гитлер. 

Куда было возвращаться Губерту?

Между тем, проект «Губерт в стране чудес» закончился, мальчик получил отличный старт, но что делать дальше просто не знал. Кольцов и Остен не собирались с ним нянчиться вечно, их ждали другие великие дела. В 1936 они уехали в Испанию, где началась гражданская война.

Реальный Губерт не обладал живой, подвижной психикой да интересом ко всему и вся, как книжный прототип. В Германии он здорово запустил учебу, а в СССР нагнать не смог (да и не для того его привезли, чтоб учился). Это объясняет, почему парень даже в момент, когда перед ним были открыты двери всех учебных заведений, после школы очутился на заводе. 

Вернувшийся из Испании Кольцов прописал его в квартире, где прежде мальчик жил с Остен. 

В 1939 Губерт Лосте получил советское гражданство.

К этому времени Кольцова арестовали. Сие стало трагедией для Остен, с Губерта все сошло как с гуся вода. Он выучился на электромонтера, женился, и указал приехавшей в Москву журналистке на дверь, не пустив ее в квартиру, где она также была прописана. Остен судилась с героем своей книги, добившись решения о разделе квартиры.

Поделить никто ничего не успел.

Война началась.

В июне 1941 Остен арестовали. 

В сентябре того же года немцев, проживающих в Москве, эвакуировали в Караганду. В их числе оказался и Губерт Лосте.

Пережив войну, он взял курс на семейное счастье. Нашел девушку — немку, вторично женился, родилась дочка.

Первый срок Губерт получил за кражу заводской собственности. Отсидев три года, отправился еще на пять лет за проникновение на территорию лагеря для военнопленных.

В 1955 году вышел на свободу и решил вернуться на Родину. Во время войны его родственникам пришлось несладко (отец пережил три с половиной года каторги; один из братьев стал узником концлагеря Дахау), но выдюжив, Лосте вновь поселились в родной саарской деревушке.

Брат Кольцова, всемогущий карикатурист Борис Ефимов, донес наверх желание Губерта. 

Казалось бы: почему не отпустить выросшего и не больно кому нужного пионера домой?  

Власти испугались книги «Губерт в стране чудес-2», а она бы скорее появилась, чем нет. Саар отошел ФРГ, где правил нелояльный к СССР Аденауэр. Губерт Лосте так и не приобрел профессии, способной обеспечить сносную жизнь семье, зато имел уникальный опыт парадной жизни и лагерных нар. Смог бы он выдержать натиск журналистов, машущих перед голодным носом тысячным контрактом? Власти в этом сомневались.

Лосте оказался нормальным, вменяемым человеком, твердо придерживающимся реальности. Ему сказали, выпустить не можем, проси чего хочешь на шестой части суши. 

Губерт попросил Крым. Ему дали должность главного механика винодельческого совхоза в Алуште. 

Туда, в 1958, к нему приезжала мама.

Это была их первая встреча за 25 лет и последняя. 

В следующем году Губерт Лосте умер от неудачно прооперированного гнойного аппендицита.

Книжку о нем не переиздавали с 1935 года.

Светлая память!