Ко Дню работников уголовного розыска: как «брали» мошенника в эпоху до интернета, ловили преступника в прыжке из окна, и другие истории Владимира Базылева
Сегодня День работников уголовного розыска России. Это люди, которые делают жизнь других более безопасной, сами постоянно сталкиваясь с опасностью: они выявляют и ловят преступников, проявляя храбрость и хитрость, рискуя жизнью. И в этот день мы решили рассказать нашим читателям истории из жизни одного из ярчайших представителей профессии, служившего в Великом Новгороде с 1967 года, Владимира Сергеевича Базылева.
Владимир Базылев родился в Мошенском районе, всю жизнь работал в Новгородской области, 23 года прослужил в милиции, закончил службу начальником спецкомендатуры УВД по Новгородской области.
А в молодости он и не мечтал о службе. Даже больше: началось все с того, что он, отучившись на токаря в Боровичах и оставшись там же работать, захотел «откосить» от армии. Это ему подсказали старшие товарищи, жившие с молодым Володей в одном общежитии.
– Ребята говорят мне, – рассказывает Владимир Сергеевич, – А что ты в армию хочешь? Что тебе там делать? Закоси! Я говорю: как «закосить»? – А так! Закоси. Рост у меня небольшой, 150 с шапкой. Ну то есть 153 сантиметра. А со 149 уже не берут в армию.
Иду на комиссию, прохожу измерение роста. И, как научили ребята, выходя из-под штанги, коленочки подогнул. Медик глядит на меня. Глядит на штангу. Опять на меня. Опять на штангу. А я в прошлом году проходил предварительную комиссию. И он мне говорит: молодой человек, давайте мудрить не будем. Я давно работаю, у нас вниз не растут. Севастополь, подводный флот – туда направляетесь.
Вот так и попал Владимир Базылев в армию. Служил три года в Алуште в Крыму. Окончил сержантом, сдал в Севастополе экзамен на офицера запаса – младшего лейтенанта.
А после армии решил устроиться на работу в Новгороде, так как здесь училась в пединституте его младшая сестра. Стал работать токарем, жить в общежитии. И все еще не думал о службе. Но отчего-то ребята, с которыми тогда дружил Володя, посоветовали ему устроиться в милицию. Дескать, армейский младший лейтенант в милиции лейтенантом станет, так как армейские звания выше милицейских.
– Я говорю: да какой с моими габаритами милиционер, – рассказывает Владимир Сергеевич. – Думал, есть ограничения для работы в милиции. Я же представлял милиционера как: идет такой Дядя Стёпа. Но мне сказали, что есть такой милиционер – Вася Л., кликуха «Шпиль», работает в ГАИ.
Через некоторое время этот Вася «Шпиль» попался Владимиру и ему друзьям на глаза.
– Мне показывают, вон он стоит у магазина, машины останавливает. Смотрю: точно, небольшой такой. Я к нему подхожу сзади. Я тогда был выпивший, мне «до лампочки» все было. Поравнялся с ним – точно! С меня буквально. И я решил: дай-ка пошучу, схожу в РОВД. Откажут – так откажут. Перестал выпивать, иду в управление РОВД. Капитан берет документы, а я за ним наблюдаю. Думаю: ухмыльнется, скажет, куда ты. А он так серьезно смотрел документы. А потом говорит: а подучиться не хотите?
И предложил два года отучиться в Стрельне. Условия такие – учиться надо очно, стипендия 40 рублей, по выходу – звание лейтенанта. Капитан выдал направление, и следующие два года прошли за учебой. Прошли тоже интересно. И с тремя гауптвахтами.
Первая – за то, что решил прогулять предмет «Политэкономия» на пляже. Было жаркое лето, предмет был простым и знакомым. Многие студенты тогда эти занятия прогуливали. Так решил сделать и герой нашего рассказа.
– Я загораю, лежу, мы с другом тогда пошли. А ходили мы тогда все в курсантской милицейской форме. И вот идет какой-то майор в форме. Подходит ко мне. Я глаза открываю, смотрю: начальник курса! «Почему не на лекциях!? Кто рядом?» Я говорю, кто рядом – не знаю, закрыл глаза, кто-то прилег. Он мне сказал идти на курсы, и я пошел.
А до этого он же как-то просил на художественной самодеятельности на баяне сыграть. Я иногда «поскрипывал», но на сцене никогда не играл. Говорю: я для себя только играю, на сцене руки трясутся. И не сделал ему номера. После этого утром на построении он вызвал меня из строя и дал трое суток гауптвахты.
А потом было семь суток. Но там уже история посерьезнее – курсанты выпивали на полигоне.
За такую дисциплину у молодого Владимира майор, начальник курса, обещал выпустить его младшим лейтенантом, а не лейтенантом. Но был год юбилея милиции, и из министерства пришел приказ: выпускать всех лейтенантами. «Везучий ты парень!» – сказал по этому поводу майор.
А в 1967-м году Владимир Базылев поступил в городской отдел милиции – в уголовный розыск.
Спрашиваю у собеседника, а были ли какие-то курьезные случаи на работе. «Курьезный – не курьезный, но вот был у меня такой случай...», – отвечает Владимир Базылев и начинает рассказывать историю о том, как двух девушек на Скиту, который тогда был турбазой, побили трое парней. Произошло это летней ночью.
– Обычно работает оперативная группа, со следователем, собакой, если нужно – пожарным. А тут только хулиганы, и меня направляют одного с шофером. Я приезжаю туда, вскакиваю на турбазу. Две девушки говорят, что их побили трое парней. Спрашиваю, где они – отвечают, к реке побежали. Записать показания решил потом – надо было их быстро задержать.
Я к реке. Смотрю: лодка внизу, трое сидят в ней. Один бугром отталкивается, а другой сидит на двигателе и пытается его завести. Я прикидываю: стрелять не имею права – хулиганы всего лишь. Плавать я умею хорошо, но, если броситься в воду – получишь кола. Бросаться тоже нельзя. И тут лодка – ррраз! И завелась.
Хулиганы двинулись в сторону Новгорода. Наш герой вспомнил, что в купальный сезон у пляжа дежурят спасатели. И бегом в машину, на рацию – просить помощи у спасателей задержать хулиганов.
– Я на турбазу, опросил девчат. И как раз звонит мне дежурный: задержаны все трое, ждут вас. Оказалось, это три хирурга. Только что окончили медицинский институт и направлены в Новгород работать. Говорю им: дело такое – служба у меня такая, уголовный розыск. Я гарантирую, что к хирургам, к вам, попасть мне элементарно – на нож где-нибудь наскочишь и все. Поэтому не хотелось мне вас сажать. Но тут «хулиганка», ст. 206 часть «Д» явно вам биографию испортит.
И предложил им такой вариант: молодые люди сейчас же едут на базу, просят прощения у девушек, и если те их прощают, то тогда и он сам их простит. Но успеть надо до восьми утра, так как в это время приходит начальник отдела, и нужно будет ему все рассказать и заявление зафиксировать.
– Они мне: спасибо большое, кланялись-кланялись. В итоге все получилось. Девчата звонят: Валерий Сергеевич, убедили они нас, извинялись. Мы их прощаем, и вы прощайте. Так я и простил.
Спрашиваю Владимира Сергеевича, наверняка приходилось брать преступников хитростью? Отвечает, что, а как же, конечно, приходилось. И рассказал историю, как воры-рецидивисты сами себя сдали в милицию.
...В ту ночь Владимир Сергеевич вместе с курсантами патрулировал свой район. На углу Большой Московской, рядом с мостом Невского, им повстречалась большая шумная компания, люди что-то активно обсуждали. Патруль прошел дальше. И тут навстречу им идут трое. Один из них идет по дорожке со стороны Владимира и держит в руках магнитофон. Но при подходе к патрулю отчего-то поменял сторону дороги, перешел на тот край, по которому шли курсанты. Вроде ничего не случилось, но Владимир решил «зацепить» человека с магнитофоном.
– Мы поравнялись, показываю на магнитофон: откуда дровишки? Сказал бы он, «из леса, вестимо». А он заменжевался чуть-чуть. Говорит: «оттуда», и показывает назад, на Студенческую. Я начинаю за язык тянуть: там же есть адрес. А он мне: Студенческая. Я: там же номер есть дома, квартиры. Он совсем замялся: эээ... Со Студенческой. Я говорю: ребята, тут темновато, а мне бы этого магнитофончика номера записать хотелось бы. Тут недалеко горотдел, давайте пройдем под мостом, там я запишу номерок, и все нормально.
Вот так и дошла компания до отдела. А там оставалось только сообщить дежурному, что трое задержаны. Их стали осматривать, изымать из карманов содержимое. И обнаружились линзы, фотоаппараты и другие вещи. А Владимир Сергеевич ушел дальше в патруль.
Наутро оказалось, что это воры, которые уже совершили восемь краж. И они как раз шли с очередной.
На следующий день один из воров сбежал прямо во время допроса.
Допрос проходил в двухэтажном здании, следователь сидела у окна, а вор у двери. И удрал! В это время в здании был и герой нашего рассказа. Следователь и обратилась к нему: помоги задержать! И адрес возможного местонахождения дала: двухэтажный дом в районе так называемой новгородской Шабровки. Владимир Базылев решил взять с собой внештатника, крепкого мужчину
– Я захожу, на второй этаже поднимаюсь, иду в квартиру, а внештатнику говорю: слушай, ты здесь побудь, тут туалет и прочее, он может тут быть. И только я дохожу до квартиры, а внештатник мне: Сергеевич! Убег! И правда, слышу: бежит по лестнице. А окна в доме были открыты. Я как прицелился. Слышу: вроде закончилась лестница. Выходит. И я прыгаю ему на шею. Он сразу подмялся прямо. Так и задержали.
А вот история о выявлении опасного мошенника, который обобрал на крупные суммы много людей.
История началась с того, что какой-то парень продал завхозу детского сада, что на Мусы Джалиля, лотерейный билет. Продавая, говорил, что билет выигрышный, а выигрыш – холодильник «Бирюса». Холодильник такой стоил тогда около 250 рублей и был дефицитным товаром. А человек продавал билетик за 200 рублей. Мол, деньги надо срочно – с женой развелся, надо уезжать. И не просто обещал выигрыш, а показывал газету, в которой черным по белому было написано, что билет действительно выигрышный. И женщина-завхоз вроде и сомневалась, тратить заначку не хотелось. Но холодильник был больно хороший, да и где такой тогда найдешь. Решилась.
– Она говорит: пойдемте в сберкассу, проверим билет. А он: не, я сейчас уезжаю. Уже другие побежали за деньгами. Если хотите, то сейчас. Она ему и дала 200 рублей, по-старому это большие деньги. И они в разные стороны разбежались. Она в сберкассу приходит, хочет выигрышный холодильник. А ей говорят: простите, гражданочка, никакого выигрыша нет.
Женщина написала заявление в милицию, и дело поручили Владимиру Сергеевичу, тогда еще совсем молодому оперативнику, который и двух лет не отработал в розыске, и агентуры у него пока не было, которая в таком случае помогла бы. Вот и пришлось действовать буквально по учебнику. Стал проверять картотеку мошенников, и один из них подошел по описанию. Вот только он «промышлял» квартирами.
– Начал «ухаживать его» оперативно – в отношении него собирать информацию. И слышу: задержали его. За что? За мужеложство с подростком в подвале. Думаю: тут ходить вокруг уже некогда, надо подступаться. Я бегу в тюрьму к нему. Начинаю с ним разговаривать издалека. Он мне в ответ прямо: не крути, говори, за чем пришел. Я ему: так и так, ты лотерейный билет всучил? Говорит, нет, не моя работа, я квартирами занимался. Я смотрю: по приметам тоже не вяжется. И от него отстал. Чувствую: не то.
А параллельно Владимир Сергеевич выяснял все что можно о билете. Сделал запрос в новгородское городское отделение банка – здесь билет не распространялся. Сделал запрос в область – тоже не распространялся. Так пришло понимание, что мошенник – гастролер.
– Я в Мосгосзнак пишу бумагу. Из Москвы приходит ответ: ваш номер распространялся в сберкассе города Калинина, номер такая-то. Я параллельно заказал словесный портрет, 12 свидетелей хорошо обрисовали преступника. Направляю фоторобот в РОВД города Калинина и ориентировку в Москву. И газетой заинтересовался. Все говорили, что она была свернута в четыре ряда, и видно было только таблицу. И все, кто видел, были уверены: да, никакой подделки в таблице нет. Но номера и названия газеты никто не знает – мошенник не показывал.
Из Москвы пришел ответ, что человек, похожий на указанного в ориентировке, занимался мошенничеством в разных городах. Предлагал срочно купить «выигрышные билеты», по которым можно получить мотоциклы с коляской, машины, еще что-то. Раскрытых преступлений по похожим случаям не было. А из РОВД Калинина в ответ на фоторобот пришла фотография гражданина С. из города Казакова под Калининым.
– Я, долго не думая, беру фотографию и в детский садик. Опознание должно быть официальным, это длительная процедура. Думаю: покажу двоим свидетелям, чтобы не испортить процессуальное действие. Показал: о! «Преступник», – говорят. Раскрыто дело. Так вот с моей помощью 13 преступлений в разных городах страны были раскрыты. Мне впервые 50 рублей премию дали.
Или вот история о том, как Владимир Базылев поймал насильника. Тоже не обошлось без смекалки. В ту пору Владимир работал в Управлении.
– Произошло все за вокзалом. Девушка ехала с Кречевиц от подруги, задержалась. Была уже ночь. Зима. Она решила идти дорогой на Зелинского. Идет. Вдруг ее парень догоняет. Хватает. На снег валит. Изнасиловал. Она орет, конечно. А он ей: «Сволочь! Кричи – не кричи: никто не услышит!».
Дело было резонансным. Генерал по телевизору объявил, что это жуткое преступление. Что все меры нужно принять, но насильника поймать.
– Мне как-то в душу засело это дело. Я запомнил его, решил иметь в виду по своей работе. И как-то, как обычно, прихожу на работу. Читаю: на улице Желябова, у центрального рынка, задержан один парень. Приставал к девчонкам, одну затащил в телефонную будку. Кто-то позвонил в милицию, и его задержали. Так он оказался в камере. Меня что-то насторожило: если тут было несколько девчат, а он не стеснялся, хватал и в телефонную будку. А в телефонной будке – что? Там и изнасиловать может. Проворный парень! А что если девчонка одна будет?
Насильника в этом молодом человеке не признали: у него не было усов, а потерпевшая описывала человека усатым. Но подозрения все равно остались, и Владимир Сергеевич попросил не выпускать задержанного из КПЗ до разговора.
– Я беру это дело. Читаю само заявление. И вот эти слова я выписываю: «Сволочь! Кричи – не кричи: никто не услышит». У него буковка «р» плавала – говорит потерпевшая в заявление. Я в КПЗ, на допрос к нему. И начинаю с ним базар, пустенький такой: откуда сам, какие есть знакомые. По пустому разговору слышу: «р» не четко говорит. Я поворачиваюсь к нему с бумагой: прочитай это дело. Он прочитал. Говорю: вот и все. Приехали. Предложил ему написать явку с повинной. Что он и сделал. Спрашиваю: а усы чего сбрил? Он мне: а я их никогда и не носил. А потерпевшая говорила, с усами был, показалось ей. Взяли его только по буковке «р».
На одной из служебных фотографий Владимир Базылев изображен на фоне знамени. Поэтому следующий мой вопрос был о том, что это за знамя. Оказалось, что в 1976 году Новгород за высокие показатели в борьбе с преступностью получил переходящее знамя. И часть заслуги в этом принадлежала Владимиру Сергеевичу. Он раскрыл 37 квартирных краж и был награжден медалью «За трудовое отличие».
История началась, когда вышел из лагеря вор. Обычно участковые следят за ранее судимыми, но этот взял фамилию жены и из поля зрения пропал. А работал он в пожарке. Сутки дежурил – трое дома. И пока люди на работе, он по квартирам ходил.
– Я знал четыре кражи всего, но я его технично взял. Я пригласил его и говорю: слушай, Л. П. Знаю четыре твои кражи. Если угадаешь – все, разговор окончен. Чтобы быть честным, приглашаю работника своего проконтролировать, чтобы я не сфальшивил. Адреса написаны на бумаге. Он называет адрес. Говорю: согласен, вот, есть. Он называет второй – нету. Говорю, рассказывай. Называет третий – тоже нету. Он и говорит: слушай, Владимир Сергеевич. А я и торговаться не буду. Кто меня завалил? Я тебе все отдам эти кражи. И он 37 краж мне отдал. А почему отдал? Потому что знал, если осужу за эти кражи, потом еще другие подтяну. И он особо опасным будет. Он прикинул и говорит: больше шести лет ты мне не дашь за все эти кражи. Он все 37 краж мне сгрузил, и шесть лет ему дали. Все. Мне медаль – ему шесть лет.
А еще Владимир Базылев рассказал историю появления памятника «Глухарь», что на Большой Санкт-Петербургской возле магазина «Зоомир».
– Я работал с Тяном Валерием Сергеевичем, который усадил замгубернатора Митина – Шалмуева. Тян отвоевал это здание «Зоомира» у администрации и посадил Шалмуева по «Дорожному делу». И эта птичка, поставленная около магазина, – мы, оперативники, считаем, что она поставлена в честь уголовного розыска. Тян очень уважал эту службу. И поэтому, мы считаем, глухарь – символический памятник уголовному розыску. Но это не официально и в порядке юмора. При нас глухарями называли нераскрытые дела, которые вряд ли будут раскрыты. А сейчас, знаете, как их называют? Висяк! И это так режет слух мне, старому оперативнику. «Глухарь» – и все понятно.
Напоследок Владимир Сергеевич признался, что на службе у него было погоняло «Банный лист». Он и сам замечал, как иногда пристает, что и не оторвать. Зато люди считали, что если Владимир Базылев взял дело в разработку, оно будет раскрыто.
А еще передал наставления молодому поколению:
– Прошу быть великодушными в работе. Как вы можете наказывать, если вы не способны к сочувствию? И особенно нельзя поднимать руку на человека, который в твоей власти, и ответить тебе не может. Вот этого никак не мог перенести. Ты, если хочешь порезвиться – ты на улице с ним порезвись, там вы на равных. А если в кабинете его ударишь, а он в ответ накинется, то тебе помощники найдутся, а ему нет. И это несправедливо будет. Потому я никогда их пальцем не трогал. И молодым товарищам никогда не советую! Надо с преступником по-человечески. Себя не возвышать. Поэтому меня уважали. Но решительно задерживал всегда!