Охота в мертвом лесу: Как Минэкологии Якутии использует правовую коллизию против коренных народов
YAKUTIA.INFO. Мы вновь возвращаемся к теме противостояния между общиной «Юнгюэле» с ООО «Вудлэнд24» и Министерством экологии, природопользования и лесного хозяйства Якутии по поводу спорного участка леса. Отметим, что вынуждены констатировать очередное подтверждение тому, что в Минэкологии республики всё более выражено переводят свой профиль с рельсов защиты природы на непосредственную распродажу её богатств.
Напомним, что в конце 2019 года по результатам торгов между республикой и двумя ООО – «Ангара» и «Вудлэнд24» были заключены договоры на аренду участков под заготовку древесины в Амгинском и Алданском районах. Однако вокруг сделки возник общественный резонанс, когда стало известно, что за организациями «Ангара» и «Вудлэнд24», выигравшими торги на заготовку леса, стоит скандально известный предприниматель Георгий Маслобойников.
Договор аренды лесного участка от 10.01.2020 № 28А был заключен с единственным участником аукциона ООО «ВудЛэнд24» (ИНН 3849070765) по начальной цене аукциона сроком на 36 лет.
Жители Амгинского и Алданского районов публично высказали свою обеспокоенность и несогласие со сделкой. Их поддержали остальные районы республики.
Далее ситуация сконцентрировалась вокруг территории традиционного природопользования, закрепленного за общиной «Юнгюэле» в Алданском районе. За права общины вступились члены республиканского движения «Защитим природу Якутии».
В связи с нарушением прав малочисленных народов Севера СПК (КРО) «Юнгюэле» обратилось за защитой своих прав в суд.
«Мы столкнулись с весьма спорной трактовкой ситуации. В республиканском лесничестве нам прямо говорят: «Лес – это федеральная собственность. Вы имеете право только на саму землю, а на лес – нет». Но это весьма нелогичная позиция. Для чего создавались родовые общины – для охоты. Земля, которой мы владеем, официально признана территорией традиционного природопользования. Её учетный номер официально зафиксирован в Регпалате республики. Какое традиционное природопользование (охота) может быть без леса? Какой зверь будет водиться на этой земле, если там всё вырубят? Это же противоречит здравому смыслу. Кроме этого, нарушение границ территории традиционного природопользования произошло не только у нас на земле общины «Юнгюэле», но и на территории АО «Хатыстыр» и наслега Анамы села Кутана», - прокомментировал «Якутия.Инфо» председатель СПК (КРО) «Юнгюэле» Никон Винокуров.
Во всей этой истории можно отчетливо наблюдать признаки коррупции. Прежде всего возникает вопрос – каким образом произошло наложение границ участка, предназначенного под заготовку леса, на границы территории, закрепленной за общиной «Юнгюэле»?
В распоряжение редакции попало официальное письмо Минэкологии республики в адрес Уполномоченного по правам коренных малочисленных народов Севера в Якутии Константина Роббека. После ознакомления с ним ощущение, что вся ситуация возникла из-за корыстного умысла, только усилилось.
Естественно, любое подозрение носит субъективный характер. Однако подход, который применяют юристы Минэкологии для разрешения возникшей правовой коллизии с наложением участков с разным назначением видов деятельности, как минимум даёт повод усомниться в том, что министерство считает нужным защищать условия для ведения традиционного природопользования коренными малочисленными народами.
Но перейдем к содержанию письма.
В нём Министерство экологии указывает: «Все обременения были обозначены в выписке из ЕГРН, которые были приложены к аукционной документации. Согласования с третьими лицами при выставлении аукционной документации законодательством не предусмотрено».
Отметим, что известие о передаче территории традиционного природопользования лесозаготовителю стало для членов общины «Юнгюэле» неприятной неожиданностью.
Однако после возникшего резонанса ООО «ВудЛэнд24» добровольно в одностороннем порядке расторгло договор по аренде участка, сославшись на всплывшие обстоятельства, связанные с территорией традиционного природопользования.
«На сегодняшний день имеет место существенное нарушение прав ООО «ВудЛэнд24», выраженное в оплате крупных сумм за аренду лесного участка в размере 7 879 863, 61 рублей. Следующая оплата в сумме 1 449 037, 98 рублей должна быть произведена ООО «ВудЛэнд24» не позднее 15.01.2021. В связи с тем, что в ходе проведения аукциона на право заключения договора аренды ответчиком была предоставлена недостоверная информация об отсутствии обременении лесного участка, которая существенным образом нарушила права и законные интересы истца», - отмечено в исковом требовании ООО «ВудЛэнд24», – было отмечено в исковом заявлении компании лесозаготовителя.
Вроде бы угроза вырубки миновала, но к изумлению общественности, Министерство экологии Якутии через суд отменило одностороннее расторжение контракта. По этому поводу в письме отмечено следующее:
«Суд показал безосновательность доводов о несовместимости заготовки древесины, охотничьей деятельности, традиционного природопользования, а также необходимости ведения лесного хозяйства в лесах.
Таким образом, законность проведения аукциона и действий должностных лиц Минэкологии Якутии при заключении договоров аренды лесных участков подтверждена», – говорится в письме.
Это будто бы не земля, закрепленная за КМНС
Но особо примечательно, то что в тексте не упоминается статус коренных малочисленных народов. Община «Юнгюэле» преподносится как юридическое лицо, занимающееся охотой по лицензии. В этом свете юристы Минэкологии не видят никаких нарушений прав КМНС – это просто спор между хозяйствующими субъектами.
«На арендованном ООО «Вудлэнд24» лесном участке СХПК РО «Юнгюэле» не выступает как лесопользователь, так как данное юридическое лицо не оформило надлежащим образом права на территории земель лесного фонда. У организации имеется лицензия на животный мир, то есть на этой территории СХПК РО «Юнгюэле» имеет право охотиться, а на землю не имеет прав. И оплату они производят по лицензии за пользование животным миром, а не за земельный участок», – отмечают юристы министерства.
Увы, но такой трактовке дела способствуют пробелы в федеральном законодательстве. В письме от Министерства экологии отмечено, что федеральное законодательство об охоте не запрещает проведение хозяйственной деятельности в среде обитания объектов животного мира. Лесным законодательством также закреплен принцип многоцелевого использования лесов, согласно которому на одном и том же лесном участке могут находиться лесопользователи с разными видами использования лесов.
«В качестве примера приводим судебную практику: постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 июля 2010 года № 2111/10 по делу о наложении лесных участков по договорам аренды по видам использования: для ведения охотничьего хозяйства и заготовки древесины. Что еще раз подтверждает об отсутствии запрета на предоставление лесных участков разным лесопользователям для осуществления разных видов деятельности», – настаивают на своём юристы министерства.
Завершается письмо сомнительным доводом, что вырубка леса способствует его обновлению и улучшению кормовой базы для диких животных.
«Общеизвестно, что животные мигрируют в зависимости от природных условий. Там, где нет кормовой базы, животных нет. В старом лесу кормовая база маленькая (нет новых веточек, травки и т.п.) и поэтому животных мало, они мигрировали туда, где есть корм. И наоборот, после заготовки перестойного леса в обновленный лес придут животные».
Предоставление участков под вырубку должно согласовываться со всеми сторонами
Редакция связалась с Уполномоченным по правам коренных малочисленных народов Севера в Якутии Константином Роббеком, чтобы узнать, согласен ли он с доводами Минэкологии Якутии.
— Мы сейчас в процессе переписки с министерством экологии. Один ответ о том, что всё делается в соответствии с законодательством, от них уже получили. Готовим ответное письмо о том, что мы не согласны, ведь в данном случае нарушаются два республиканских закона – во-первых, об этнологической экспертизе и о территориях традиционного природопользования – это зона с особыми условиями. На ней любые другие виды деятельности должны проводиться по согласованию с органами правления территории традиционного природопользования. То есть с администрациями наслегов соответствующих.
— В республике был принят закон об этнологической экспертизе, соблюдается ли он?
— Закон был принят в 2010 году. Сложность в том, что Якутия – единственный субъект, который его принял. Со скрипом, со сложностями, но он всё-таки заработал. Работа по нему более-менее налажена. Сейчас этим направлением занимается Министерство Арктики, которое появилось три года назад. До этого практически каждый год менялся орган власти, который курировал этот вопрос. Этим сначала занимался Департамент по делам народов и федеративным отношениям, потом просто Департамент по делам народов, потом Госкомитет по нацполитике, и так из года в год ответственный за внедрение закона орган власти менялся. Сейчас за три года существования Министерства Арктики видно, что закон начинает работать. И сейчас уже разрабатываются не одна – две экспертизы, а уже по всем местам традиционного проживания. В настоящее время проведено 36 проектов этнологической экспертизы и ещё порядка 20-ти в разработке. И с каждым годом нарастают темпы проведения этнологических экспертиз.
— Что необходимо предпринять для того, чтобы больше не допускать ситуации с наложением границ земельных участков, предназначенных под разные виды деятельности?
— Сейчас, чтобы подобных ситуаций не возникало, мы направили предложение в Минэкологии и заместителю председателя правительства, который курирует вопросы в отношении коренных народов. Это сделано для того, чтобы внести изменения в административный регламент о Министерстве экологии в части выделения лесных участков и в части заключения договоров с недропользователями. Суть предложения в том, чтобы выделение лесных участков согласовывалось с органами управления территорий традиционного природопользования. В том числе с госвластью, ответственной за проведение этнологической экспертизы, то есть с Министерством по делам Арктики и малочисленных народов. Мы свои предложения отправили и в любом случае будем добиваться решения этих вопросов, чтобы в будущем такие вопросы априори не возникали.