От строительства перевальной ТрансКавказской железной дороги никто не отказывается, - эксперт
Российский политолог, заместитель директора международного научного центра "Перспективы и проблемы устойчивого развития макрорегиона Большого Кавказа и Передней Азии" при Северо-Осетинском государственном университете Михаил Чернов поделился с "Рес" своим видением ряда важных вопросов, актуальных как для Южной Осетии, так и для российско-турецких отношений, дружественной Сирии и Ближнего Востока в целом.
- Внимание всего мира приковано к событиям в дружественной Сирии. Каково Ваше мнение по поводу итогов военно-политической операции России в Арабской Республике?
- Военно-политическая операция России в Сирийской Арабской Республике коренным образом изменила как ситуацию в регионе, так и роль России на Ближнем Востоке в целом. Военная операция в Сирии привела к тому, что перед Россией открылась уникальная возможность выхода на ближневосточные рынки с самой широкой номенклатурой товаров.
Мы можем говорить о той же Турции, с которой сложились достаточно сложные отношения. Но именно после российского военного присутствия в Сирии и различных социально-политических процессов, которые этому сопутствовали, Россия подписала большие военные контракты. Я имею в виду поставку С-400 в Сирию. Готовятся к подписанию контракты по поставкам самолетов Су-35 в Турцию, развиваются проекты сотрудничества в атомной области и в газовой сфере с Турцией и так далее. То есть, мы видим, что российская операция в Сирии привела к резкому росту сотрудничества с таким важным и сложным партнером как Турция, которая на протяжении всей войны не являлась союзником России в Сирии.
Также мы можем говорить о резком увеличении возможностей России в самой Сирийской Арабской Республике, где сложилась уникальная ситуация благоприятствования для любого вида и типа российского бизнеса в этой стране. Речь идет о восстановлении всей Сирийской Арабской Республики. Если Россия сможет воспользоваться этим шансом (а она обязана воспользоваться), то речь идет о гигантских суммах и обо всех возможных отраслях сотрудничества, будь то инфраструктурного, промышленного, военного и какого угодно.
То же самое касается и Ирака и даже тех стран, которые до этого не воспринимали и не воспринимают пока Россию в качестве союзника, но уже стали свидетелями ответственной политики Российской Федерации в регионе Ближнего Востока. Я говорю в первую очередь о Саудовской Аравии и Объединенных Арабских Эмиратах, куда недавно приезжал Президент России Владимир Путин с визитом, в результате которого был дан старт расширению сотрудничества.
Опять-таки расширение сотрудничества такого уровня России с Саудовской Аравией и Эмиратами, которые были фактически противниками России в Сирии, которые поддерживали группировки, оппозиционные действующей власти, - это все равно результат военно-политической, как Вы правильно сказали, кампании в Сирийской Арабской Республике. И это только начало. Результатов будет гораздо больше. Результат - это изменение отношения всего Ближнего Востока к России. Возьмем, например, Египет. Здесь большие инфраструктурные проекты и гигантские предпринимательские возможности для российских предприятий, для российской индустрии, для российской культуры, для российской науки в этих странах и, конечно, этим надо пользоваться. Этот потенциал необходимо реализовать.
- Наверное, свою роль сыграла и способность российской дипломатии искать до последнего любые малейшие точки соприкосновения и расширять их, что показала работа Центров по примирению враждующих сторон?
- Да, это так. И главное, скорее, даже не это, а ответственная позиция России во всех этих вопросах, ее честная и последовательная позиция даже в тех ситуациях, когда решение принимавшиеся и проводившиеся в жизнь не нравились тем или иным группам, будь то часть оппозиционеров сирийских или сирийские курды, - все равно по результатам была видна последовательность России и ее честная и открытая позиция в реализации того, что она заявила.
Такие перспективы перед Российской Федерацией в Сирии открывают серьезные возможности для Южной Осетии поработать на этом направлении. И возможностей тут может быть множество. Во-первых, взаимное признание Сирии и Южной Осетии дает возможность даже небольшому бизнесу из Республики Южная Осетия (которая, понятно, не располагает большими инвестиционными ресурсами) найти свое место в Сирии. Казалось бы, даже такая простая вещь, как вода и все, что связано с поставками воды, может быть реализовано.
Самое главное - это то, что для многих крупных российских компаний, включенных в широкие международные отношения со странами Запада, которые не могут и не хотят попасть под санкции за работу в Сирии, я думаю, южноосетинские или совместные компании могли бы стать вполне эффективным способом входа на этот рынок.
- Несмотря на известные противоречия, Россия и Турция проявили способность находить и общие точки соприкосновения. Как Вы оцениваете перспективы дальнейшего развития российско-турецких отношений и, конечно же, два слова об Израиле, который тоже является важным государством региона и заинтересован в спокойствии вокруг своих границ.
- Я уже затронул этот вопрос. Российско-турецкие отношения начали бурно развиваться. Гораздо более основательно, чем они развивались до сих пор. Это тоже результат российской военно-политической операции. Турция, несомненно, очень сложный для России партнер, очень амбициозный, с очень большим потенциалом, и нельзя забывать, что, несмотря на все противоречия с США и Европой, она до сих пор страна НАТО, она входит в этот блок и является его частью.
Но, тем не менее, турецкие национальные интересы, как и российские, диктуют необходимость совместного решения вопросов по Сирии. Это связано с тем, что Турция не может взять на себя слишком тяжелую ношу и не надорваться. Ей нужно какое-то российское сглаживание ситуации. С другой стороны, это связано с тем, что Россия четко показала и обоснованно подкрепила военной силой жесткость своих позиций и подходов по Сирии так, что с ними придется все считаться. И в результате развития ситуации в свете российской военной операции, Турция вынуждена идти на все большее и большее сближение с Российской Федерацией. Какие-то конфликтные моменты в будущем, конечно, возможны. Но все больше и больше вырисовывается линия на долгосрочное сотрудничество и взаимопонимание с Турцией в регионе, по крайней мере, того, что касается ситуации в непосредственной близости к югу от турецкой границы на территории Сирии.
Что касается Израиля, долгое сотрудничество, в том числе по региональным вопросам, между президентом России Владимиром Путины и израильским премьером Биньямином Нетаньяху не является секретом ни для кого. Это сотрудничество основано на взаимном уважении и учете взаимных интересов между двумя сторонами. В частности, в самый разгар этой ситуации Нетаньяху прилетел в Москву на Парад Победы 9 мая и надел Георгиевскую ленточку. На самом деле это был очень серьезный жест в условиях растущей изоляции и откровенно непоследовательной и агрессивной в отношении России политики стран Запада. Это - то фундаментальное, что объединяет Россию и Израиль, несмотря на разногласия в вопросах дальнейшего устройства и видения ситуации на Ближнем Востоке. Поэтому я думаю, что здесь сотрудничество будет только развиваться.
Уникальность позиции России в том, что она со всеми странами, которые придерживаются самых полярных подходов, сумела найти общий язык и точки соприкосновения, и все страны понимают важность момента и признали ту новую роль России в регионе, которую она берет на себя.
На мой взгляд, в краткосрочном плане один из основных рисков в российско-израильских отношениях связан, в основном, с внутриизраильской ситуацией, с тем, что Израиль пока не может создать правительство, если создаст правительство, то это будет правительство очень слабое и неустойчивое, и проблемы в российско-израильских отношениях смогут быть связаны с внутриполитической ситуацией и нестабильностью в самом Израиле.
- В свое время активно обсуждался проект строительства перевальной железной дороги из России в Южную Осетию, но в последнее время о нем ничего не слышно. Какова Ваша оценка, забыт ли он или может дать о себе знать в обозримом будущем?
- Этот проект, конечно, не забыт: надобность в его реализации никуда не исчезла. Наоборот, Россия сейчас активно присутствует на Ближнем Востоке, в Сирийской Арабской Республике. Россия выходит на новый уровень сотрудничества с Турецкой Республикой. Соответственно, необходимость в перевозке грузов, необходимость в круглогодичных устойчивых (подчеркиваю!) автомобильной и железной дорогах как была, так и остается. В любом случае, эти проекты не могут быть быстры, они планируются, обсуждаются и реализуются на протяжении достаточно долгого времени. В настоящее время препятствием для более активной работы по созданию такого железнодорожного маршрута является позиция Грузии. Я не хочу подробно и конкретно в нее вдаваться, но на данный момент она является препятствием. Но, как мы понимаем, ничего вечного не бывает, и ситуация может измениться, и реализация этой дороги будет осуществлена и осуществлена довольно быстрыми темпами. Более того, я скажу, что де-факто подготовка к работе данного ТрансКавказского маршрута началась уже достаточно давно.
Еще около двух лет назад состоялось совещание РЖД, на котором принят ряд решений, одно из которых связано с реконструкцией железнодорожно-складских помещений в населенным пункте Алагир с параллельным уменьшением инфраструктуры РЖД в районе Беслана -Владикавказа. Это может быть связано только с тем, что существует определенный расчет на увеличение количества автомобильных грузов по ТрансКавказской автомагистрали с возможным расширением и железнодорожной сети в этом районе. В любом ином случае, укрепление логистических возможностей Алагира просто не нужно. А РЖД пошли на это. Значит, в планах расширение перевального маршрута остается, и от строительства железной дороги никто не отказывается и не откажется.
- Благодарю Вас за интересную беседу.
Вел беседу Инал Плиев.