Священная роща Уастырджы (Хетæджы Уастырджыйы къох): на перекрёстке национальной веры и православия

В воскресенье, 14 июля, в Осетии будут праздновать Уастырджыйы къохы дзуары бон (Хетæджы Уастырджы). Праздник проходит в священной роще у селения Суадаг Алагирского района. Его обретение в народной традиции определяется несколькими версиями, и каждая из них имеет своих сторонников и противников. Как и сама сущность празднования. Этот летний праздник широкую известность получил в новое время, ранее же в священную рощу приходили преимущественно жители селения Суадаг. В эпоху СССР празднование не носило широкого характера, что было обычным делом при советском воинствующем атеизме. В 1991 году было принято решение отмечать его в общеосетинском масштабе, а в 1994 году празднование получило даже государственный статус Указом Президента Северной Осетии. В прежние времена в священную рощу допускались только самые достойные мужчины. Они просили Всевышнего о здоровье для родных и близких, о защите от несчастий и невзгод, о богатом урожае и увеличении поголовья скота. До начала Великой Отечественной войны женщинам не позволялось посещать священную рощу, так как святое место было связано с именем Уастырджы – покровителя мужчин. Но тревога за своих мужей, сыновей, братьев дала силы женщинам в годы войны нарушить древний запрет – под деревьями рощи они взывали к Всевышнему, моля о защите мужчин, сражавшихся с врагом. В день праздника здесь закалывают быка, теленка или барана. На праздничный стол не принято ставить мясо птицы, рыбу или свинину. В священную рощу с раннего утра люди идут пешком, неся с собой приношения (кувинæгтæ): ритуальные треугольные пироги (æртæдзыхонтæ), три ребра жертвенного животного, выпивку. В роще их освящает жрец (дзуары лæг). Сначала в рощу приносились только пироги без напитков. Позже было дозволено приносить молоко, а также мед в качестве жертвоприношений. «Карта» хмельных напитков ограничивается пивом. Здесь не рекомендуется проводить долгие застолья. Приношения после освящения паломники увозят обратно домой для праздничного стола с соседями и родственниками. Все, что было привезено в священную рощу, забирают назад. На святом месте оставляют только пожертвования (мысайнаг). При этом из рощи нельзя забирать ничего из того, что там было, иначе можно навлечь на себя гнев небожителя. Даже фрукты и ягоды, сорванные в роще, необходимо употребить в пищу на месте – сотни лет это был неписаный закон, оберегавшийнеприкосновенность этого уникального уголка. Стоит ли говорить, что молитвы, произнесенные в священной роще, имеют особую силу. Полагают, что святое место покровительствует каждому: даже совершившие преступления могут молиться в роще. Раньше к святому месту, как и к любому национальному дзуару, приходили, предварительно искупавшись, надев чистую новую одежду. У самой дороги мужчины спешивались и к священной роще шли босиком. Общение с высшими силами происходило в форме внутреннего диалога, а молитвы были короткие. Местные жители праздновали этот день в первое воскресенье июля, и эта традиция соблюдалась долгое время. Постепенно праздник стал популярным по всей Осетии, с подношениями сюда приезжают и с юга страны. Святая роща вскоре стала местом паломничества тысяч людей. В связи с празднованием Уастырджыйы къохы дзуары бон, прослеживается давняя традиция переосмысления осетинских традиций в угоду христианству. На это указывает упорно навязываемая легенда, связанная с наименованием праздника. Считается, что праздник получил имя от легендарного Хетага, насельника Кабарды. В сегодняшней интерпретации легенда звучит следующим образом. Мол, был это Хетаг сыном кабардинского князя, придерживающегося христианства. Когда его отец и братья решили отдать предпочтение исламу, Хетаг отказался это сделать. Родные обозлились на него, и тогда он решил скрыться в Осетии. По пути в Куртатинское ущелье, у современного селения Суадаг, Хетага стали настигать преследователи. Тогда из леса беглец услышал зов: «Хетаг! В лес! В лес!». Но домчаться до леса беглец уже не успел бы. И тогда Хетаг взмолился к небу и масса леса сама окружила Хетага. Преследователи повернули обратно, так как не смогли его найти. И тогда узрел Хетаг своего спасителя – небожителя Уастырджы, покровителя Осетии, которого в легенде почему-то снова синхронизируют со святым Георгием... Между тем, эту версию на сегодня многие считают основной, хотя на лицо очередное навязчивое наслоение двух религий. В таком случае, почему праздник проходит без участия православного священника, в роще не построена часовня и, главное, ежегодно по древнему обычаю проходит жертвоприношение животного, что категорически неприемлемо для христианства. Не все так однозначно и с легендой. К примеру, в«Очерках Осетии» (1850 г.) согласно повествованию исследователя осетинского быта Николая БерзеноваХетаг был… стариком-мусульманином, которого лес укрыл от врагов-христиан (!). Есть еще одна легенда, которая вообще не связана с христианством. В ней Хетаг – отчаянный горец, похитивший девушку и укрывшийся от погони в лесу после обращения к небожителю Уастырджы… Кстати, обе последние легенды более раннего периода, однако со временем тема христианства и страдания за него стала основной. И это неудивительно, православные клирики в русле миссионерских инструментов влияния в царский период, старались облекать осетинские традиции в православные одежды. Эта линия продолжается и сегодня, дошло до того, что нередко праздник называют «День святого Хетага». Но в осетинском религиозном пантеоне такого «святого» нет, как и святых вообще. В священной роще почитают Уастырджы, который спас земного человека Хетага от смерти – вот такова семантика праздника. И никак иначе. Не считаем же мы, что в Джеры-дзуар люди приходят, чтобы поклониться древнему храму. И здесь проходит почитание Уастырджы, благодать которого снисходит в эти дни в святилище. Тем не менее, в осетинском социуме остается дилемма: считать ли, например, празднование в священной роще Уастырджы христианским праздником или народным, берущим начало в традиционных верованиях осетин? Или одно другому не мешает? Кто-то настаивает на искоренении всего традиционного, кто-то готов оставить все как есть, и совмещать дохристианские верования с христианскими, кто-то согласен только на народную традицию. Тут главное не противопоставлять две религии, которые мирно сосуществовали веками. И не вносить раскол между населением. Поскольку у каждой религии свои устоявшиеся образы и их навязчивое смешение приведет только к раздору. Который, однозначно, кому-то нужен. М.Багаев