Китай постепенно захватывает у Индии спорные земли
Пангонг-Цо — высокогорное трансгималайское озеро длиной 134 км. На половину озера претендует Китай, на 40% — Индия, а на остальную зону претендуют обе страны.
«Этот мост строится в районах, которые продолжают оставаться под незаконной оккупацией Китая с 1962 года. … Правительство Индии никогда не признавало эту незаконную оккупацию», — заявило индийское правительство в письменном ответе на вопрос, заданный в Лок Сабхе, нижней палате законодательного органа страны.
Аксай Чин, где расположен мост, является территорией, управляемой Пекином через региональные власти в Синьцзяне и Тибете. На эту территорию также претендует Индия, как на часть Ладакха, восточной части региона Кашмир, который является предметом спора между двумя странами на протяжении десятилетий.
Территория в основном не заселена, но имеет военное значение, поскольку здесь проходит единственный маршрут, связывающий бассейн Тарима на крайнем западе китайского региона Синьцзян с Тибетом. Китай начал строить дорогу через Аксай Чин в 1956 году и оккупировал регион в 1962 году, после первой Индокитайской войны.
Стратегическая ценность
С тех пор Китай завершил значительную часть строительства на индийской территории, которое «полностью игнорировалось», — сказал The Epoch Times Абхиджит Айер-Митра, старший научный сотрудник Института изучения мира и конфликтов.
«Однако появление моста вызывает беспокойство, поскольку это меняет военный баланс», — сказал он.
Белая линия — международная граница. Синяя линия — место, куда НОАК вторглась в 1962 году, а фиолетовая линия — место, где китайское присутствие и развитие инфраструктуры постоянно подтверждаются с 1998-99 года. Самая узкая точка в розовом круге — место расположения нового моста. Фото: Google Maps
Мост находится к югу от позиции НОАК на северном берегу озера и строится там, где расстояние между двумя берегами составляет немного меньше полукилометра. Это сокращает расстояние между позицией НОАК на северном берегу и другой важной китайской базой на 150 км.
«Когда они соединят северный и южный берега Пангонга, они смогут очень быстро перебрасывать танки, бронетехнику и материально-технические средства с одного берега на другой и тому подобное. Это даёт определённое преимущество в мобильности. Это то, что меняет фундаментальный баланс сил; локальный баланс сил», — сказал Айер-Митра.
Он отметил, что строительство моста было давним китайским планом и что НОАК пришлось бы потратить миллиарды долларов, чтобы доставить всё строительное оборудование на высоту 4300 м к гималайскому озеру.
Шрикант Кондапалли, профессор китаеведения в Университете Джавахарлала Неру в Нью-Дели, сказал, что после десятого раунда военных переговоров между Индией и Китаем в прошлом году обе стороны решили снять передовое развёртывание войск с северного и южного берегов Пангонг-Цо.
«Теперь с появлением моста войска НОАК могут быстро развернуться. Поэтому Индия рассматривает это как угрозу», — сказал Кондапалли.
В феврале 2021 года министр обороны Индии Раджнатх Сингх заявил индийскому парламенту, что в рамках военного разъединения обе страны будут отходить на свои прежние позиции «поэтапно, скоординированно и разрешая проверки». По словам экспертов, строительством моста Китай посылает чёткий сигнал о том, что он не хочет разъединения.
По словам Айер-Митры, цель Пекина — создать крупную постоянную инфраструктуру в этих высотных спорных регионах, чтобы подкрепить свои территориальные претензии к Индии. Построив значительные сооружения, Пекин может заявить, что «после этого территория становится безвозвратно китайской».
Как отреагирует Индия?
Ответ Индии на строительство китайского моста не может заключаться в начале строительства собственного моста на индийской стороне, говорит Айер-Митра.
Индия пренебрегала развитием инфраструктуры вдоль границы в последние семь десятилетий и начала навёрстывать упущенное только в 2019 году, отметил он.
«Если вы начинаете строить железные дороги, мосты и тому подобное, все сухопутные войска начинают паниковать, потому что они чувствуют, что это неизбежное нападение», — сказал он, отметив, что строительство военной инфраструктуры на земле означает, что Индия даёт китайцам цель для нападения.
По его словам, ответные меры Индии должны быть направлены на наращивание потенциала воздушной войны, что даст ей возможность бомбить наземную инфраструктуру Китая в случае необходимости. В то же время Индия должна продолжать быстрыми темпами строить невоенную инфраструктуру на своей стороне, чтобы стратегия Китая по постепенному захвату спорных земель никогда не была реализована.
По мнению Патикрита Пейна, консультанта по геополитическим вопросам из Нью-Дели, специализирующегося на управлении оборонными технологиями, наряду с модернизацией инфраструктуры и размещением войск Индии следует усилить патрулирование вдоль всей границы с Китаем.
«Индии необходимо увеличить численность ITBP [Индо-тибетской пограничной полиции] для более интенсивного патрулирования вдоль всего пояса от Ладакха до Аруначала», — сказал он.
По его словам, в прошлом году индийское правительство увеличило численность своей вооружённой полиции Sashastra Seema Bal (SSB) на 12 дополнительных батальонов для усиленного патрулирования индо-непальской и индо-бутанской границ.
SSB — одна из пяти центральных вооружённых полицейских организаций Индии, созданных в 1963 году после Индокитайской войны 1962 года.
«Аналогичное усиление ITBP находится в процессе подготовки, но его необходимо ускорить, учитывая растущую вероятность неуступчивости Китая в рамках его политики “Пять пальцев Тибета”, которая не будет ослаблена в ближайшее время», — сказал Пейн.
«Пять пальцев Тибета» — это внешнеполитический императив, приписываемый первому китайскому лидеру Мао Цзэдуну, который считал Ладакх, Непал, Сикким, Бутан и Аруначал-Прадеш частью традиционных земель Тибета и заявлял, что Китай обязан «освободить» их.
Венера Упадхайя специализируется на геополитике Индии и Южной Азии. Она вела репортажи с очень нестабильной границы Индии и Пакистана и участвовала в работе основных печатных СМИ Индии в течение десяти лет.