Таджикистан стал центром геополитических разборок Индии и Китая
В то время как общее представление о Китае как о безрассудном экспансионисте все еще существует, факт остается фактом: каждый воинственный шаг Китая имеет своего рода геостратегическую связь. Возьмем, к примеру, последнюю китайскую претензию к Таджикистану. Китайский историк Чо Яо Лу написал статью, в которой утверждал, что памирская часть Таджикистана является частью китайской территории. Официальные китайские издания недавно широко тиражировали этот материал.
Однако то, что кажется дерзким китайским шагом по захвату более 45 % таджикской территории, является, вероятно, резервным планом Пекина, на случай, если Индия начнет наступление в оккупированном Китаем Ладакхе ( в его части под названием Аксай-Чин). Но Китай сталкивается со многими препятствиями в этом плане, самым большим из которых является президент России Владимир Путин. Таджикские и российские СМИ были возмущены последними претензиями Китая в памирском регионе. Душанбинское бюро Радио Озоди – самый надежный источник новостей в Таджикистане – так же отмечает, что последние претензии Китая связаны с Индией.
«Возможно, это связано с вооруженным столкновением в Ладакхе, на границе КНР и Индии, в ходе которого погибли по меньшей мере 20 индийских солдат. Индийские СМИ пишут, что Китай разделяет границы с 14 государствами и имеет территориальные претензии ко всем своим соседям, а иногда даже возвращается к уже решенным проблемам, чтобы объявить о новой дипломатической победе», – считает издание.
С другой стороны, российские СМИ сообщили о том, что МИД Таджикистана попросил Китай воздержаться от публикации «провокационных» статей о китайско-таджикской границе. Более того, сами российские СМИ, похоже, считают, что своим притязанием на Памир Китай проверяет территорию на предмет будущих пограничных споров. Не стоит упускать из виду и тот факт, что Пекин встречается все с большим отпором Нью – Дели и по линии дипломатии, и на линии фактического контроля в Восточном Ладакхе. Китай также встревожен новой энергией, с которой Индия заявляет о своих территориальных притязаниях на Аксай-Чин и оккупированную Пакистаном часть Кашмира, она же ПОК, как на часть Джамму и Кашмира. Позже правительство Моди вновь заявило о своих территориальных претензиях, выпустив политическую карту, на которой был изображен Аксай-Чин на союзной территории Индии Ладакх. Внутри Китая многие интерпретировали это как геополитические амбиции Нью-Дели по возвращению территории, которую он потерял во время китайско-индийской войны 1962 года. Благодаря этому мировое общественное мнение за последние несколько месяцев резко изменилось в пользу Индии. Сам Китай опасается индийского вторжения в Аксай-Чин в случае эскалации военной напряженности.
В этом контексте на первый план выходит Таджикистан и его история. За последние несколько лет Китай усилил свое физическое влияние на страну, попавшую в долговую ловушку. В 2017 году Таджикистан присоединился к инициативе «Один пояс – один путь». В этой центральноазиатской стране действуют 350 китайских компаний. Душанбе должен половину своего внешнего долга Китаю, который составляет около 35,9% ВВП Таджикистана. В 2011 году Таджикистан уступил Китаю 1158 квадратных километров своей «спорной» территории в обмен на списание Пекином части таджикского долга. А в прошлом году The Washington Post сообщила о присутствии китайских войск на юго-восточной границе Таджикистана, примыкающей к афганскому Ваханскому коридору. Но несмотря на это Китаю предстоит еще многое сделать, чтобы добиться увеличения своего присутствия или даже полного суверенитета в памирском регионе. Это дает Китаю легкий доступ в Афганистан, который может пригодиться в ближайшее время. И помогает Китаю расширить свое влияние в Центральной Азии. Перевалы на Памире образуют ворота в Центральную Азию. И поэтому как Китай, так и Пакистан пытаются привести Таджикистан в соответствие с китайско-пакистанским экономическим коридором (КПЭК) – частью флагманской инициативы Си Цзиньпина ОПОП. Но самое главное, обретение контроля над «крышей мира» поможет китайским войскам отступить, когда дело дойдет до открытых столкновений в Аксай-Чине. С таджикского нагорья Народно-освободительной армии Китая будет легче отстоять свои позиции.
Однако есть много препятствий для полномасштабного резервного плана Китая. Во-первых, Россия не собирается спокойно относиться к расширению китайского влияния в Центральной Азии. Притязания Китая на Памирский регион привлекли внимание России. Москва считает Центральную Азию своей привилегированной «сферой влияния» и стратегически важными задворками, так как Таджикистан, Узбекистан, Казахстан, Кыргызстан и Туркменистан родились в результате распада Советского Союза, а до того были его частью исторически. Сегодня эти центральноазиатские республики остаются очень близкими к Москве и имеют прочные межнациональные связи с Россией. Китай пытается вгрызться в российскую сферу влияния, претендуя чуть ли не на весь Таджикистан, который, несмотря на малый размер, стратегически важен, будучи воротами в регион. Кроме того, Душанбе является наиболее уязвимым для китайского влияния из-за своей экономики, уже искалеченной долгами. Не безразличен Москве и тот факт, что недавно Китай осмелился заявить претензии и на Владивосток, исконно российский дальневосточный город. И существует высокая вероятность того, что Россия может нанести Китаю удар по его амбициям. Что касается Индии, то у нее есть авиабаза недалеко от таджикского города Фархор. Первая военная база Индии за пределами ее территории, в настоящее время авиабаза Фархор, помогает Индии в оказании чрезвычайной помощи и восстановлении Афганистана. Индия может усилить там военное присутствие, чтобы пресечь любой китайский запасной план по освоению Аксай-Чина. И Таджикистан таким образом превращается в центр геополитических разборок между Индией и Китаем, куда косвенно вмешивается и Россия.