«Мы хотим честного процесса»: мать обвиняемого в наркотрафике считает, что ее сына могут несправедливо осудить

Отчаявшиеся искать правду в суде мать и адвокат Антона Калашникова обратились в СМИ, чтобы обратить внимание на вопиющие нарушения в ходе следствия и судебного разбирательства. Эта история началась в марте 2018 года в г. Аксае Ростовской области. Днем 11 марта 22-летнего Антона Калашникова и его товарища Вадима Токмило задержали на улице оперативники. Тут же в карманах молодых людей было обнаружено несколько пакетов с наркотическими веществами. Парней доставили в отделение полиции, а уже через сутки им предъявили обвинение в хранении и покушении на сбыт наркотических веществ в крупных размерах в составе группы лиц и по предварительному сговору (ст. 228 прим. 1, часть 4 УК РФ). Это тяжкая антинаркотическая статья, предполагающая от 10 до 20 лет лишения свободы. - В тот день я позвонила Антону после обеда. Его телефон не отвечал, - рассказывает мама Калашникова, Елена. – Чуть позже позвонила снова. Опять молчок. Так повторилось несколько раз, пока вечером мне не позвонил муж и сказал, что сына вместе с другом задержали за хранение и распространение наркотиков и сейчас он находится в полиции. В тот же день оба подписали признательные показания. Утром следующего дня они отказались от данных ранее показаний и вообще перестали говорить что-либо, сославшись на ст. 51 Конституции РФ. - Во время свидания в СИЗО я спросила сына, почему он дал признательные показания в первые же часы после задержания, – продолжает Елена Калашникова. – Он сказал, что на них оказывали сильнейшее психологическое давление. Оперативники говорили, что если они сейчас во всем не сознаются, то полиция поедет с обыском в дом их родителей и там тоже быстро найдут наркотики, после чего и родители окажутся за решеткой… Только к утру мальчики пришли в себя и поняли, что своими показаниями они подписывают себе приговор. - Следствие проводилось с массой процессуальных нарушений, - продолжает разговор адвокат Антона Калашникова Дмитрий Елагин . – На видеозаписи, где фиксируется момент изъятия наркотиков у Вадима Токмило, есть очень любопытный эпизод. Один из оперативников достает из кармана парня пакеты с предполагаемыми наркотиками, а второй говорит ему: «А ты достал еще тот пакет?». Получается, что они заранее знали, в каком кармане и что у них лежит? У Калашникова изъяли телефон, в котором якобы нашли фотографии мест закладок. После чего оперативники выехали по адресам и во многих местах действительно нашли наркотики. Но оказалось, что в карманах у ребят были вещества одного цвета (цвет зависит от наполнителя, то есть от нейтрального вещества), а в местах закладок - совсем другого цвета. Отдельно хочу упомянуть о самом моменте задержания и о понятых, которые при этом присутствовали. Из показаний оперативников следует, что в рамках операции «Правопорядок» они подошли к молодым людям, представились, показали удостоверения и попросили предъявить паспорта. Удостоверений личности они не показали, поэтому полицейские решили препроводить их в отделение для установления личности. И уже там при досмотре в карманах Калашникова и Токмило нашли наркотики. Антон и Вадим рассказывают совершенно другую историю. Они шли по улице, когда рядом затормозила машина (не полицейская). Из нее выскочили несколько человек, повалили их на землю, надели наручники, после чего их подняли и затолкали в машину, где уже находился понятой. Кстати, при досмотре в полиции оказалось, что паспорта были при них. Спрашивается, зачем им надо было отказываться показывать паспорта, если парни знали, что у них в карманах наркотики и отказ показать удостоверения личности может привести к большим проблемам? На время следствия обвиняемых поместили в Новочеркасское СИЗО. При встрече с родителями Антон говорил, что едва ли не половину сидельцев в камерах обвиняют по той же 228 «наркотической» статье. Дело Антона Калашникова и Вадима Токмило было передано в Аксайский суд в августе 2018 года. Пять томов, четыре свидетеля - по судебным меркам – всего ничего. Но уголовное дело изобилует таким количеством нестыковок и процессуальных нарушений, что судебное следствие идет почти год. Каждый раз, когда защита указывает на серьезные нарушения в расследовании уголовного дела, суд откладывает заседание и, по сути, дает время гособвинению на подготовку и устранение этих нарушений. - Нам удалось доказать, что понятая, присутствовавшая при задержании, является «штатной». В суде она уверяла, что никогда прежде не была понятой и не проходила по уголовным делам, - рассказывает адвокат Дмитрий Елагин. - Однако я нашел другие уголовные дела с той же статьей, где она точно так же проходила понятой. Более того, в 2018 году она проходила свидетелем в деле о наркопритоне. В показаниях по тому делу она заявляла, что употребляла наркотики… Настоящие чудеса стали происходить с телефоном Калашникова. По версии следствия, в нем были не только фотографии мест закладок, но и точные адреса. В суде был исследован телефон моего подзащитного Антона Калашникова. В ходе его исследования какого-либо списка мест закладок обнаружено не было. На следующее судебное заседание был приглашен следователь, который расследовал уголовное дело. И я попросил его показать эти записи в телефоне. Но он так и не смог этого сделать. И тут на помощь пришел… гособвинитель. Он взял в руки телефон и быстро нашел нужные записи. Как гособвинитель мог так быстро найти нужную запись, если по закону он должен был увидеть этот телефон в первый раз в жизни в суде?! Причем я обратил внимание на то, что в телефоне список мест закладок находился не там, где указал следователь при осмотре телефона, а совсем в другом файле. После этого я заявил ходатайство о компьютерно-технической экспертизе файла с тем, чтобы установить, когда именно он был создан. Но судья ходатайство отклонил. Особо хочу остановиться на экспертизе. Во-первых, смывы рук у парней показали, что в них нет никаких наркотических веществ. А ведь они должны были фасовать и потом раскладывать эти пакеты по закладкам. Как такое может быть?! Во-вторых, следствие так и не провело экспертизу отпечатков пальцев и потожировых следов на пакетах. Суд почему-то не счел важным тот факт, что у обвиняемых было изъято одно количество пакетов с наркотиками, а передано эксперту другое (на один пакет больше). Мы заявили ходатайства о вызове в суд экспертов. Цель – узнать, как они проводили экспертизу. В ходе допроса выяснилось, что эксперт в своих исследованиях следовал не специальным методическим рекомендациям, которые требуются при проведение подобных экспертиз. И когда его уж приперли вопросами, он признался, что исходил из собственного опыта при проведении подобных экспертиз. Процесс над двумя молодыми людьми, обвиняемыми по «конвейерной наркотической» статье, - один из десятков тысяч аналогичных по всей стране. Больше года семья Антона Калашникова вместе с адвокатом Дмитрием Елагиным борется за парня. Но, несмотря на явные нестыковки и нарушения в ходе следствия, государственное обвинение продолжает настаивать на полной виновности молодых людей, а суд проявляет явную благосклонность к обвинению, раз за разом отвергая все доводы и ходатайства защиты. Оно и понятно. Для следователей и гособвинения действует простое правило: чем тяжелее статья обвинения и приговор, тем лучше показатели их работы. А хорошие показатели - это поощрения по службе, карьерный рост… А суды просто легализуют обвинения, облекая их в форму приговора. После истории с журналистом Иваном Голуновым к этой проблеме привлечено широкое общественное внимание. Но она здесь гораздо шире и острее. Большинство обвиняемых по этой статье – люди бесправные. Многие действительно употребляют наркотики, у них нет средств на адвокатов, нет широкой общественной поддержки. А адвокаты по назначению, скорее, являются помощниками следователей, чем реальными защитниками… Родители и адвокат молодого парня Антона Калашникова требуют одного – соблюдения закона. - Мы добиваемся только одного: чтобы в деле моего сына все было по закону, - говорит Елена Калашникова. – Невозможно смотреть на то, как следствие на скорую руку стряпает уголовные дела, как гособвинение закрывает глаза на явные нарушения, и как суд поддерживает их. - Статья Конституции РФ прямо говорит о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, - продолжает позицию матери Антона его защитник Дмитрий Елагин. - При сборе доказательств по данному уголовному делу была допущена масса нарушений уголовно-процессуального законодательства, что ставит под сомнение их достоверность и допустимость. На это я указывал в своих многочисленных ходатайствах, которые суд проигнорировал. В материалах уголовного дела имеются доказательства, добытые с нарушением закона, подлежащие исключению из числа доказательств. Суд над Антоном Калашниковым и Вадимом Токмило уже вышел на финишную прямую. Приговор будет вынесен в ближайшее время. Мать одного из обвиняемых и его адвокат надеются, что предание огласке сомнительных обстоятельств этого дела помогут добиться справедливого решения.