Что такое Кашмир, и как Индия и Пакистан могут уязвить друг друга

В Кашмире снова запахло войной, которая, собственно, и не прекращалась в этом стратегически важном регионе с 1947 года, когда Британская Индия была разделена уходящими с субконтинента колонизаторами по религиозному признаку между преимущественно индуистской Индией и мусульманским Пакистаном. После того как индуистский махараджа Кашмира через голову мусульманского большинства населения своего княжества, желавшего присоединиться к Пакистану, выбрал Индию, она была неизбежна.

Соседство с Пакистаном и Китаем делало такое развитие событий безальтернативным даже после того как эти две страны вместе с Индией де-факто поделили исторический Кашмир на три части. Индии досталась половина Кашмира с большей частью его населения, Пакистану – половинка поменьше с меньшим количеством жителей, Китаю – почти не населённые высокогорные, но стратегически важные территории. При этом Индия считает, что ей принадлежит весь Кашмир, а Пакистан – что это индийцы, держащие в Кашмире треть своей армии, а в случае обострения отношений – две трети, его «оккупируют», не давая возможности местным мусульманам стать пакистанцами.

Плебисцита, с кем хотят быть кашмирцы, несмотря на звучавшие обещания, в регионе не проводилось, однако, учитывая религиозный аспект, трудно сомневаться в том, какой стране кашмирцы отдали бы предпочтение. Аберрацией этого состояния вещей были годы относительного спокойствия в Кашмире, которые можно сосчитать по пальцам обеих рук. Потому что все последние 70 лет его истории прошли в основном под знаком войны.

На войне как на войне

Кашмир был одним из фронтов в трёх войнах между Индией и Пакистаном – в 1947-1949 годах, в 1965-м, 1971-м. С середины 50-х годов ХХ века и до начала 60-х на арене появились китайцы, захватившие часть Кашмира – территории в Ладакхе и Аксай-Чин. В 1999 году на индийской части Кашмира заполыхала Каргильская война: лишь в концу того года индийцам в результате тяжёлых боёв удалось отбить почти все захваченные подготовленными в Пакистане кашмирскими террористами стратегически важные горные вершины. Все эти годы при неофициальной поддержке Исламабада и по собственному почину, потому что пакистанские центральные власти слабо контролируют свои кашмирские «самоуправляющиеся» территории, на индийскую часть проникали террористы.

Индия и Пакистан в Кашмире уже 70 лет находятся фактически в состоянии войны, и так будет продолжаться в дальнейшем. Фото: Faizan Ahmad sheikh / Shutterstock.com

С пакистанской стороны линии контроля, которая фактически не изменилась, несмотря на серию конфликтов в Кашмире, с 1949 года в Индию регулярно просачиваются экстремисты, пытающиеся взбунтовать против индийской власти кашмирских мусульман, и иногда успешно. В индийский Кашмир инфильтрировались и иностранные террористы-исламисты, в том числе из Афганистана, туда поступают оружие и боеприпасы.

Поэтому Джамму и Кашмир, единственный индийский штат с мусульманским большинством, постоянно лихорадит, и в течение ряда лет там действовало президентское правление – им управляли непосредственно из Нью-Дели. Разумеется, из-за проблем с безопасностью и террористической угрозы экономическое развитие штата отставало от остальной Индии, а происходящая не только в регионе, но и во всём мире радикализация мусульман также отпугивает от индийского Кашмира потенциальных инвесторов.

Лагеря по подготовке террористов за линией контроля на пакистанской территории, один из которых впервые за десятилетия бомбили в эти дни ВВС Индии, это не выдумка индийской пропаганды. Они действительно существуют. Новым моментом является то, что над линией контроля теперь ведутся воздушные бои, в которых обе стороны, по сообщениям, несут потери.

Это означает, что скоро начнутся и артиллерийские обстрелы, не прекращавшиеся долгие годы. И не только они. В конце 2001 года пропакистанские боевики напали на задание парламента Индии в Нью-Дели, после чего в течение года оба государства балансировали на грани войны. В ноябре 2008 года ещё более дерзкий теракт имел место в Бомбее, и снова следы террористов вели в Пакистан, а Кашмир по обеим сторонам линии контроля готовился к войне. 

Нападение небольшой группы пакистанских террористов на Бомбей в 2008 году повергло в шок финансовую столицу Индии и весь мир. Фото: www.globallookpress.com

История последних 70 лет показывает, что кашмирская проблема по причине географии региона и его конфессиональной картины является нерешаемой. Непростую ситуацию с напоминавшим отдельное государство южноиндийским княжеством Хайдарабад, которым управляла мусульманская династия, но где большинство населения составляли индусы, Нью-Дели быстро решил в 1948 году, проведя практически бескровную военную операцию. В Кашмире такое не пройдёт. Ни одна из причастных кашмирской проблеме стран не откажется от своих интересов в этом стратегически важном регионе, через который когда-то проходил Великий шёлковый путь и где сталкиваются интересы крупнейших азиатских держав.

Чего ждать сейчас?

Очередное резкое обострение в отношениях двух ядерных держав Южной Азии, приведение в полную боеготовность их вооружённых сил, несмотря на возможность новых столкновений – воздушных боев, ракетных и артиллерийских обстрелов, – вряд ли приведёт, тем не менее, к полномасштабному конфликту. Наличие у Пакистана ядерного оружия не позволит Индии рискнуть, чтобы использовать свою более сильную армию против конфликтного соседа. Организованное, судя по всему США, обострение отношений Пакистана, старого и главного союзника Китая в Южной Азии, одновременно с Индией, Ираном и Афганистаном, делает не в интересах Исламабада углубление конфликта с Индией. Нью-Дели, вероятно, придётся ещё что-то предпринять, чтобы хотя бы сравнять с Пакистаном счёт по сбитым самолётам, который пока в пользу Исламабада, чего мало кто ожидал, и чтобы получше отомстить за гибель 46 своих военнослужащих в Джамму и Кашмире в результате лишь одного теракта.

Теракты и нападения в Джамму и Кашмире на индийских военных происходят постоянно. Фото: www.globallookpress.com

Поскольку в Пакистане нет проиндийских террористических группировок, наказать его можно только военными и экономическими методами, а также усилением давления на откровенно пропакистанские элементы в индийском Кашмире. Отчасти могут сгодиться и методы дипломатии, чтобы попытаться ухудшить отношения Пакистана с зарубежными странами, особенно теми, которым выгодны хорошие отношения с Индией. У Пакистана нет таких широких возможностей давления на Индию: испортить ей жизнь он может, только обострив ситуацию в индийском Кашмире и распространив терроризм на другие районы республики. Ну разве что ещё подсобить талибам, чтобы они поскорее прогнали нынешнее афганское правительство, в которое Индия под эгидой США финансово вложилась, чтобы создать, прежде всего, лишние проблемы Пакистану.

Делаем выводы

Поскольку Индия имеет многочисленное мусульманское население (почти такое же по численности, как и Пакистан), не исключены пакистанские провокации с целью обострения межконфессиональных отношений в республике. Когда у обеих стран, по различным оценкам, от 90 до 120 боеголовок, полномасштабный военный конфликт между ними может стать роковым и поэтому вряд ли произойдёт. И только гибридная война, которую можно дозированно «разнообразить» на какое-то время, что мы и наблюдаем сейчас, отдельными эффектными военными операциями, позволят Индии и Пакистану выплёскивать друг на друга свои негативные эмоции.

При этом стоит признать, что у Пакистана в гибридной войне по целому ряду причин больше шансов уязвить Индию, чем наоборот. Дерзкий рейд на Бомбей в 2008 году 10 террористов из Пакистана погрузил на несколько дней в панику финансовую столицу Индии, привёл к гибели около 200 мирных жителей и сотрудников силовых структур, в три раза большему количеству раненых, колоссальному финансовому ущербу, когда инвесторы потеряли голову, и репутационным потерям. Такое может повториться в любой момент.