На Кубани в деле о «черных нотариусах» появились «черные юристы»?
На Кубани в деле о «черных нотариусах» появились «черные юристы»?
«Живая Кубань» не раз писала о преступлениях, совершенных на территории Краснодарского края и Республики Адыгея «черными нотариусами» и «черными риэлтерами», которые, по версии следствия, переоформляли на себя и своих подельников квартиры и дома одиноких стариков. Но, видимо, их слава не дает покоя и, возможно, нечистым на руку юристам.
В своем доме хотела умереть
Сегодня мы расскажем лишь об одном случае из тех семи, что дошли до суда. Битва за свой дом, которую ведет ветерана труда Евгения Тихоновна Зенкова, проработавшая несколько десятков лет в первой краевой больнице санитаркой, медсестрой, еще не закончена.
Дом Зенковой расположен в Краснодаре прямо напротив Микрохирургии глаза. Это сейчас – место бойкое, козырное и недвижимость здесь престижна и востребована. А 50-х годах прошлого века это была глубокая городская окраина.
- Мой отец Тихон Яковлевич - работал врачом в медпункте КНИИСХ. И тогда «планы» - участки по 6 соток на Красных Партизан давали работникам института. И отец здесь участок получил. Дом этот мои родители построили. И я всю жизнь в нем прожила, с 1957-го. В последние годы у меня соседи не раз спрашивали, не продам ли я этот участок им? А чего мне его продавать? Мой дом. Мой двор. Мне 83-й год пошел. В своем доме хочу умереть.
Потом соседи построили на своей земле здание. Сейчас в нем арендатор – «Пятерочка». И продолжали предлагать и мой дом уступить. Однажды соседка спросила: «Баб Женя, точно дом никому не продала?» И показывает выписку из Росреестра, где собственником значился какой-то Рожихин, которого я в глаза не видела, - рассказала Евгения Тихоновна журналисту «Живой Кубани».
По тем 20 эпизодам, что обозначены сейчас в уголовных делах по обманутым старикам, аферисты (куда, предположительно, входил и Г.Г. Рожихин, ныне сбежавший от правосудия и объявленный во всероссийский розыск), по версии государственного обвинения, действовали по «обновленной», приспособленной под коронавирусную действительность схеме.
Точка отсчета начала аферы по дому Зенковой – 29 октября 2019-го. Именно в этот день, согласно материалам следствия, врио нотариуса Цикуниб Т.М. оформила очередную левую доверенность на распоряжение имуществом и деньгами очередного одинокого пенсионера – Евгении Тимофеевны Зенковой.
2019 год был выбран мошенниками не случайно: началась пандемия. Пожилым людям старше 65 было велено сидеть по домам. По телевизору вовсю рассказывали о том, что именно люди старшего возраста не имеют шансов на выживание. Расчет жуликов, вероятно, исходил как раз из такого «утверждения»: либо деды умрут, заболев, либо из дому выйти не смогут, чтобы начать искать правду. Екатерине Тимофеевне Зенковой в 2019-м стукнуло 80. На взгляд преступников, она, наверное, была одним из идеальных кандидатов на «беспроблемный отъем жилья».
Евгения Тихоновна, дай Бог ей здоровья, никакого вируса за все эти годы не подхватила. Но в своем преклонном возрасте ей пришлось вступить в схватку ха свой дом. В 2020 году она написала заявление в прокуратуру.
- У меня были сомнения, что дело завершится в мою пользу. Этот Рожихин, который будто бы купил у меня дом за 4,5 миллиона, оформил вроде договор залога с каким-то Куликовым Д.П., где дом выступал в качестве залога. Срок договора по 22 октября 2020-го. После этого, вроде бы мой дом, должен был перейти еще к какому-то жулику. В общем, потом концов было бы не найти. Я узнала об этом только в июле 2020-го. То есть, времени, чтобы хотя бы приостановить эту «схему», у меня было в обрез.
Отметим, именно так зачастую «черные риелторы» и запускают схему смены нескольких левых собственников перед тем, как продать квадратные метры конечному приобретателю, который, как правило, о том, что он становится финальным звеном в мошеннической смене, даже не подозревает.
Обходительный юрист
По совету соседок Евгения Тихоновна обратилась к новороссийскому юристу Юрию А.
- Мы встретились. Обходительный такой. Рассказала ему о моей ситуации. Надо сказать, что документы для суда он сделал верно. Но при этом заметил: «Это дело затяжное. А вдруг до октября не успеем?».
В общем, по словам Зенковой, ей вроде как был предложен «идеальный выход». Она якобы пишет расписку на имя Ю.В. А-на, что вроде бы он «давно» еще в январе 2019-го занял ей 10 миллионов рублей, а она их должна вернуть до января 2020-го Хотя, понятно, что в 2019-м они даже и знакомы не были, но такая «маленькая хитрость» могла дать, если это все правда, А-ну повод обраться в суд по поводу невозврата реально не существующего долга с последующим наложением ареста на дом, как обеспечительной меры. Схема, конечно, сомнительная с точки зрения закона, но дающая возможность отсрочки вероятных действий с домом Евгении Тихоновны со стороны «черных риэлтеров». С арестованным имуществом никаких действий производить невозможно: ни продавать, ни дарить, ни выставлять в качестве залога.
Сейчас можно сколь угодно долго рассуждать о доверчивости Зенковой, Но когда тебе 80, когда у тебя жулики отжимают единственное жилье и нужно хоть как-то это процесс притормозить, не все последствия можно вот так сразу просчитать.
В расписке, вроде как составленной Зенковой и юристом, о несуществующем заеме были якобы прописаны и штрафные санкции. Дата расписки по заему 10 миллионов была обозначена январем 2019 года…
Стоит сказать о том, что борьба за праведное дело, которую вел юрист А-н, была довольно своеобразной.
В разговоре с нашим корреспондентом Евгения Тихоновна рассказала, что юрист якобы попросил занять ему 500 тысяч. Вроде как жена разбила машину, и нужно купить новую. Будто обещал через месяц отдать. Но ни через месяц, ни через два деньги пенсионерка, вроде как, не увидела.
- Жаль, что не прислушалась я тогда в сбербанке, когда деньги снимала, к девушке оператору. Она же меня тогда спрашивала, увидев сумму и узнав, что я их занимаю: «Вы уверены?», - сокрушается Евгения Тихоновна.
По ее словам, юрист якобы сам просил пересылать деньни на карту его отца, вроде как, объясняя это тем, что налоги ему не хочется платить.
А вскоре Евгению Зенкову ждала еще большая финансовая неожиданность в виде… вполне конкретного требования по возврату… 20 миллионов 358 тысяч 200 рублей – сложенных из суммы мифического «долга» в 10 млн рублей, накапавших на этот «сказку» процентов, за «просрочку».
Доверие обернулось для Евгении Тихоновны большими проблемами. Юрист А-н обратился с иском в Октябрьский районный суд Новороссийска. Судья Иванова его иск удовлетворила.
Кубанская миссис Марпл
Евгения Тимофеевна после неудачных попыток добиться правды, была вынуждена написать заявление председателю Следственного комитета РФ Бастрыкину о привлечении к уголовной ответственности за мошенничество А-на. Причем она не просто рассказала о своей беде, но и представила целый ряд доказательств того, что юрист, по ее мнению, действовал в своих корыстных целях.
Среди доказательств распечатки телефонных звонков, которые также подтверждают, что до июля 2020 года они не были знакомы, что с января 2021 года юрист якобы уклоняется от разговоров с представителем пенсионерки и с нею по поводу возврата денег, а также дачи расписки о том, что у Зенковой перед юристом нет долговых обязательств.
Обманутая пенсионерка обвиняет А-на в том, что он якобы, подставляя и фальсифицируя ДТП, получал деньги со страховых компаний.
В письме Бастрыкину она также высказала предположение, что А-н получает расписки от людей, затем по решению судов получает с них суммы несуществующих долгов.
В общем, в свои 83 года Евгения Тихоновна стала настоящей кубанской миссис Марпл.
Все факты, которые были выявлены Зенковой и теми людьми, кто ей сейчас помогает, могут сложиться в неприятную картину для самого А-на.
Желание получить дом в козырном месте Краснодара - мечта многих. Коммерческая стоимость земли в этом районе Краснодара велика. Евгении Тихоновне предлагали за дом на ее 6 сотках до 40 миллионов рублей. Мало того, прознав про сложности, с которыми сейчас сталкивается пенсионерка «сердобольные коммерсанты», заинтересованные в ее земле, будто уже походили и предлагали заплатить А-ну 20 миллионов, предписанных к выплате судьей Ивановой. Но земля в этом случае досталась бы «выручателям». Вопрос, где потом жить самой Зенковой, их не интересовал. Понятно, что пенсионерка послала сердобольных еще советским матерным набором.
Дутое дело
Если все так, как рассказала пенсионерка, возникает немало вопросов, которые сложно объяснить с позиции логики.
Из распечатки звонков ведь может быть вполне понятно, что Зенкова и А-н действительно были не знакомы на дату, которая проставлена в расписке о заеме. Должны же были созваниваться, договариваться о встрече, уточнять детали? Тем более, А-н живет в Новороссийске, просто, так на удачу, к бабушке по-соседски не зайдешь денег дать.
Оставим в стороне вопрос, зачем пенсионерке в свои 83 года вообще понадобились 10 миллионов? Родственников у нее нет, так что никакой внучке на свадьбу-машину-квартиру занимать нет нужно. Дом крепкий, ремонта не требует. На дрова, которыми дом отапливается, пенсии хватает. В общем, единственной реальной целью такого заема могло быть только желание посмотреть, как 10 миллионов рублей, который Евгения Тимофеевна с роду не видела, выглядят в реальности.
Но если без иронии, то совершенно уж необъяснимым фактом с точки зрения статьи 197 уголовного кодекса Российский Федерации является само наличие 10 миллионов рублей у А-а для заема Зенковой. Напомним, расписка датирована 24 января 2019-го года. А решение арбитражного суда Краснодарского края о его банкротстве принято18 января 2019-го, то есть, за шесть дней до «передачи денег».
По этому судебному документу есть некоторые вопросы.
Во-первых, если А-н подает на банкротство из-за долга кредиторам в 658 669 руб. 33 коп. и даже имущество распродает, чтобы хоть как-то с кредиторами рассчитаться, то из какого тумана у него могли материализоваться 10 миллионов рублей через день после наступления нищеты? Тут ведь два варианта. Либо, как утверждает сам А-н, деньги он «точно занимал», но в этом случае его банкротство по вновь открывшимся обстоятельствам, вроде бы, может быть признано фиктивным. И тогда в лучшем случае ему грозит сто тысяч рублей штрафа. В худшем - до 6 лет лишения свободы.
Во-вторых, гонорары за свои юридические услуги А-н, как сообщает Зенкова, он якобы просил отправить на карту отца, чтобы вроде как избежать налогов. В возможно составленной расписке этот факт будто как не отражен. Легко же проверить правдивость слов пенсионерки взяв сбербанковскую распечатку?
В-третьих, как явствует из решения краевого арбитража по А-ну, он, согласно, ст 213.30 Закона о банкротстве в принципе, не имел ни малейшего права принимать на себя обязательства по кредитным договорам или договорам займа без указания на факт своего банкротства. В расписке этот факт как раз не отражен. И тут вопрос: какова тогда цена этой расписки? Возможно, у юриста есть вполне законное объяснение. Но вот какое? Узнать это оказалось невозможным. На звонки с телефона Зенковой и ее представителя Масловой А-н не отвечает.
Если же исходить из истории, рассказанной Евгенией Тимофеевной, поскольку иск А-на Октябрьским райсудом Новороссийска был удовлетворен, а в реальности, как она утверждает, никакого долга не было вообще, потому как нищие банкроты десятки миллионов никому не занимают (им бы на хлеб), то, возможно, само решение судьи Ивановой может стать поводом для открытия уголовного дела по ч.4. ст. 159 УК РФ – мошенничество в особо крупном размере.
Исход истории с участием юриста-банкрота А-на и 83-летней пенсионерки Евгении Тимофеевны Зенковой, с которой он старается вытребовать 20 миллионов, во многом зависит от кубанских правоохранителей. От них же зависит, поколеблется или нет вера жителей Краснодарского края в справедливость и российский закон.