Бойцы информационного фронта рассказывают

Через двенадцать дней в республике будут торжественно отмечать 30-ю годовщину победы в Отечественной войне народа Абхазии. Как обычно в преддверии таких дат, абхазские СМИ уделяют много внимания этой теме, но впервые за все послевоенные десятилетия телезрителям был предложен цикл больших интервью с абхазскими журналистами, которые 30 лет назад участвовали в информационной войне.


С инициативой выступил гендиректор независимого канала «Абаза-ТВ» Руслан Хашиг, ее финансово поддержала государственная комиссия по подготовке к юбилею. Начиная с мая вышло 15 выпусков этих сорокаминутных интервью, которые вела Лиана Эбжноу, примерно половина на абхазском языке, другая половина – на русском. Этот спецпроект назвали «Бойцы информационного фронта».


Кое-кто из телезрителей задавался даже вопросом: почему за такой проект не взялись раньше, например, к двадцатилетию, двадцатипятилетию победы, когда некоторые журналисты Абхазии старшего поколения еще не ушли в мир иной? Как бы то ни было, но и государственное Абхазское телевидение тоже заинтересовалось этой тематикой и провело ряд подобных интервью, хотя и меньшее их число; собеседники ведущих на обоих телеканалах тоже были в основном разные.


Сегодня я поговорил с автором этой идеи Русланом Хашигом, который является также председателем Союза журналистов Абхазии. Вот что он сказал:




«Зафиксировать спустя тридцать лет, что наши журналисты помнят о том ответственном периоде, для меня это было очень важно. Мы активно все эти тридцать лет занимались ветеранами войны, описывали в разных жанрах истории, связанные с войной, но журналисты – это сама по себе интересная информация. Журналисты – свидетели истории, журналисты на фронтах работали, журналисты работали с политиками. Журналисты работали во всех сферах нашей жизни, и поэтому у них очень объемная информация. Этот проект было необходимо реализовать, чтобы и в истории осталась информация, а с другой стороны – чтобы показать вклад абхазских журналистов в историю Отечественной войны народа Абхазии. Честно говоря, вот эта идея зародилась как-то вот так прямо на заседании комиссии…


– Спонтанно…


– Да, да. Я понял, что в этой сфере нужно что-то делать. Я написал потом это в виде проекта, все члены комиссии его обсуждали и признали, что это действительно необходимо, так как до этого такого развернутого проекта телевизионного не было. Я как-то говорил, что мы достойно освещали подвиг нашего народа, защищавшего свое отечество, и оставили очень солидный архив. А вот эти нюансы, личные эмоции, личные истории журналистов надо было зафиксировать, чтобы они остались для полноты понимания всей сложности Отечественной войны… Единственное, я почувствовал, реализуя этот проект, что его намного раньше надо было реализовать, ведь многие вещи уже подзабылись…»


Я подсчитал, что в проекте «Абаза-ТВ» «Бойцы информационного фронта» большинство журналистов представляло Абхазское телевидение времен войны – Энвер Арджения и Даур Инапшба, которые и сейчас работают на нем, Георгий Гулиа, который трудится заместителем директора российского информагентства «Интерфакс», Зураб Аргун, работающий в Сухуме собкором этого информагентства, Екатерина Бебия и Эмма Ходжаа. Тали Джопуа во время войны на АТ не работала, просто снимала на передовой на видеокамеру абхазских бойцов, но после войны создала цикл документальных фильмов…


Виталий Чамагуа и автор этих строк работали тогда, соответственно, редактором и заместителем редактора газеты «Республика Абхазия». Изида Чаниа и я все время войны публиковались также в российских газетах и информагентствах… Хорошо помню, как московские издания разделились тогда в основном на прогрузинские и проабхазские. Зачастую в основе лежал так называемый человеческий фактор. Так, газета «Известия» помещала публикации почти исключительно в пользу Грузии, потому что там, говорили, было влиятельное грузинское лобби, а вот «Литературная газета», где мне удалось напечатать ряд больших статей, помнила проработавшего в ее редакции много лет известного писателя Георгия Гулиа-старшего. «Правда» идеологически противостояла главе Грузии Эдуарду Шеварднадзе и потому тоже поддерживала абхазскую сторону. А вот «Комсомольская правда» принципиально не хотела вникать в политику и печатала только репортажи с описанием бытовых картинок происходящего в Абхазии на территориях, контролируемых как абхазскими, так и грузинскими властями. В ряде редакций заявляли, что печатают только репортажи собственных штатных корреспондентов и не намерены предоставлять трибуну ни одной из противоборствующих сторон.




Но, конечно, в основном война за представления россиян о грузино-абхазской войне развернулась на федеральных телеканалах, с которыми также активно сотрудничали абхазские телевизионщики. Сотрудничали наши журналисты и с западными СМИ – Би-би-си, Радио Свобода, но это были исключительно информационные, а не аналитические материалы, не публицистика.


Помнится, как осенью 1992 года, через несколько месяцев после начала войны, сотрудница пресс-центра Верховного Совета Абхазии, в который ежедневно заходили абхазские журналисты, собравшиеся в Гудауте, с восторгом оповестила всех нас, что Шеварднадзе признал: Тбилиси проиграл информационную войну о происходящем в Абхазии. Точно не помню, но, кажется, он сказал это в одном из своих эфиров по понедельникам на Грузинском радио; тогда, кстати, родилась шутка, что он самый радиоактивный из лидеров постсоветских стран. И вот несколько месяцев назад, давая интервью Абхазскому телевидению, та самая сотрудница с гордостью поведала про описанный эпизод. В августе Абхазское телевидение обратилось и ко мне с просьбой дать интервью на ту же тему. И в ходе его ведущая АТ Наала Мукба, которая во время войны училась в четвертом классе, начала с улыбкой допытываться у меня, действительно ли Шеварднадзе тогда признавал, что грузинская сторона проиграла информационную войну. Да, так и было, подтвердил я. Только у меня иное толкование той ситуации, причем как тогда, так и сейчас.


 


Разумеется, Шеварднадзе меньше всего был озабочен сравнительным анализом работы абхазских и грузинских журналистов. Рассуждал он, видимо, очень просто: конечно же, правота на грузинской стороне, так почему же многим в мире начали поддерживать абхазов во главе с Ардзинба? Видно, грузинские СМИ не дорабатывают, а грузинские политики недостаточно убедительно выступают с разных трибун… Хотя были, напомню, и совершенно объективные факторы: право народов на самоопределение, то, с каким энтузиазмом введенные в Абхазию войска Госсовета Грузии бросились грабить и убивать мирное население, о чем свидетельствовали и сами грузины…


Но вернемся к разговору с Русланом Хашигом. Вот что он еще сказал:


«Будем продолжать до конца, скорее всего, октября, пока все запланированные интервью и передачи не осуществим.


– Я вот скажу, что много из того, что было в этом цикле, я помнил, естественно, и раньше, но некоторые вещи только сейчас, спустя тридцать лет, узнал. Мне, например, была очень интересна передача, там даже две части было, «Ткуарчал: слово о войне». В какой-то момент там стали распространять телевизионный сигнал через вышку, и он доходил даже до каких-то грузинских регионов, и грузины послали вертолет, чтобы разбомбить эту вышку…


– Факты эти были известны, но люди, которые там находились, занимались журналистикой, занимались телевизионным вещанием, о них не рассказывали. И вот они сейчас об этом подробно рассказали… Пресс-центру Конфедерации народов Кавказа мы планируем посвятить отдельную передачу. У нас остается еще нереализованным замысел передачи с участием операторов Абхазского телевидения. Готовится к эфиру документальный фильм о работе Московского пресс-центра. И после завершения проекта мы будем находить формы, как эту тему еще продолжить».


Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия


Подписывайтесь на нас в соцсетях


Facebook
Telegram
Instagram
X (Twitter)
Youtube