«Старый Новый год» по-абхазски
0
893
Сегодня в Абхазии выходной день Ажьырныхуа, или праздник сотворения (обновления) мира. Он бы внесен в официальный календарь праздничных и памятных дат республики с самого его принятия, с 1994 года, народная же традиция отмечать его уходит в далекое прошлое.
Ученые считают, что когда-то этот праздник устраивался весной, возможно, совпадал с днем весеннего равноденствия. В последнее столетие он совпадает с так называемым Старым Новым годом 14 января, который традиционно отмечается в некоторых странах постсоветского пространства, а также в ряде православных стран.
Как рассказывают этнологи, праздник тесно связан с именем Шьашәы – одного из божеств в традиционной этнической религии абхазов. Шьашәы является покровителем кузнечного дела, и праздник Ажьырныхуа тесно связан с металлургией, металлообработкой, кузнечным ремеслом…
В последние десятилетия чаще всего праздник отмечается так. Вечером 13 января во многих абхазских семьях в Западной и Восточной Абхазии, где из поколения в поколение бережно хранят родовые кузни и наковальни («Ажьиира»), совершается семейное моление. В доме у самого старшего и уважаемого члена семьи собираются все родственники по отцовской линии, причем жены и невестки остаются дома. В жертву приносится ритуально чистый (холощеный) козел или коза белой масти, а также по одному петуху по числу участников ритуала. Иногда, когда в этом ритуале участвует очень много людей, вместо козла режут бычка. В городских же семьях, где не поддерживают в силу разных причин связей с родовыми усадьбами в селах (не у всех эти усадьбы и сохранились), просто накрывают столы дома с петухом или курицей, купленными накануне на рынке.
Примечательно, что люди других национальностей, живущие в Абхазии, с уважением относятся к этому древнему абхазскому ритуалу. Вот начало сегодняшнего поста на страничке в «Фейсбуке» президента Абхазского союза туризма Анны Калягиной: «Для меня сегодня самый любимый и почитаемый праздник в году. Именно с 13 на 14 января в моем измерении времени наступает Новый год. А еще это особый день и праздник в Абхазии. Да и название у него волшебное – День сотворения мира».
Но довелось услышать в частном разговоре и такое: «А что вы, участвуя во всех этих ритуалах и обрядах, верите в бога кузнечного мастерства и прочее?» Объяснил, что лично для меня это дань традициям предков. И спросил: «А когда вы наряжали новогоднюю елку, это было проявлением веры во что? В Деда Мороза?»
Сегодня, кстати, в интернете встретилось давнишнее интервью известного абхазского писателя Николая Хашига на эту тему. Ажьырныхуа, по его словам, входит в свод неписаных законов традиционной абхазской культуры «апсуара». Попытки вытравить из абхазской культуры многие древние традиции, в том числе и Ажьырныхуа, предпринимавшиеся в разные исторические периоды, оказались тщетными. После массовых сталинско-бериевских репрессий 30-40-х годов во многих абхазских семьях не осталось мужчин, которые могли бы проводить этот ритуал. Женщины самостоятельно пытались соблюсти все нормы и приобщали к церемонии мальчиков-подростков. Писатель считает, что было бы полезным издать некоторые рекомендации по проведению Ажьырныхуа и других традиционных молений. Несмотря на мнение некоторых об архаичности этого языческого обряда, в последнее время увеличивается число абхазских семей, следующих этой древней традиции. «У всех народов существуют семейные обычаи и традиции, – подчеркнул он, – и абхазам надо чтить свою культуру, не стесняться того, что удалось сохранить через века». «Ажьырныхуа – это семейный праздник, который роднит всех представителей рода, сближает старшее и младшее поколение», – добавил писатель. Сам он родился и вырос в высокогорном селе Хуап Гудаутского района в традиционной абхазской семье Чифа Хашига. В этом доме строгое соблюдение норм традиционного абхазского поведения всегда было само собой разумеющимся явлением. Здесь есть древняя родовая кузня. На протяжении многих лет священный ритуал проводил старший брат Николая – Мкан. К сожалению, он ушел в мир иной, но при жизни почтенный старец поручил своему младшему брату Николаю эту обязанность…
Прочтя это интервью ныне покойного писателя информагентству «Апсныпресс», я позвонил его племяннику, гендиректору канала «Абаза-ТВ», члену Общественной палаты Абхазии Руслану Хашигу, пересказал текст в общих чертах и попросил рассказать, как тот нынче отмечал праздник в Хуапе. Перед этим упомянул, что, по рассказу моего сухумского соседа, который ездил до пандемии праздновать Ажьырныхуа в одно из сел Абжуйской Абхазии, там собиралось до 100-150 человек и для застолья надо было резать бычка и козла. Руслан Мканович сказал, что у них происходит не так:
«У нас там имеют право быть только люди, имеющие прямое отношение к роду. Наш, например, двоюродный, который от нашей кузни уже отошел, он взял свою долю, там целая процедура существует, он уже сюда не имеет права ходить, у него есть своя кузня, у нас своя… Прошло все традиционно, как проходило, но сейчас, конечно, люди считают необходимым не ехать, если есть малейшие какие-то симптомы, а так все, кто здоров, все собрались. Даже студент задержался на каникулах, чтобы принять участие в этих ритуальных мероприятиях. Еще и погода нас поддержала: в отличие от многих других абхазских сел, у нас лежал очень красивый, пышный такой снег с морозом. К тому моменту, к семи-восьми часам, когда мы шли в кузню, морозик поддал, было очень сухо, приятно. Так что праздник…
– Удался?
– Да, удался, но… Понимаешь, это обязательный ритуал, независимо от того, какие события были в уходящем году… У нас было горе, у брата жена умерла, и праздничной атмосферы, которая сопровождает этот ритуал, у нас не было в этом году. Но все необходимые вещи, связанные с этим ритуалом, мы провели, как проводили наши предки, как мы это видели. Сейчас этот ритуал проводит мой младший брат, который находится в родовом доме».
Действительно, в разных метах Абхазии этот праздник проводят ныне по-разному. Вот почему, наверное, блогер Давид Дасания разместил позавчера такой пост: «Как историк-этнолог, хочу моим друзьям по «Фейсбуку», моим подписчикам по YouTube предложить следующий проект. Давайте мы зафиксируем на видео обряд нашего моления перед ажьирой. Видео пришлите на Телеграм по моему номеру… либо на электронную почту… Это нужно для науки. Если у кого есть видеозаписи в хорошем качестве иных абхазских молений, просьба прислать мне их по указанным адресам».
Сегодня утром я позвонил ему, но он был разочарован, потому что никто не прислал видео (некоторые, знаю, объясняют: это для домашнего архива):
«У нас у каждого есть хорошие мобильники с прекрасными видеокамерами. Ну неужели эти свидетельства нашей истории невозможно было бы записать? Ну, что мне делать? Я говорю, говорю, говорю…
– Но по телевизору, я уверен, будут какие-то кадры, в прежние годы всегда показывали…
– Я сам попросил сына, он же у меня режиссер, окончивший Казанский институт культуры. В общем, он сделал два видео, одно на абхазском языке, другое – на русском языке. Перед началом моления на фоне нашей кузни – я же после смерти отца у нас молельщик. Я считаю, что моление на русском языке проводить нельзя, это грех… Но перед этим я на камеру на русском рассказал о нашей святыне, о нашей кузне, откуда это все произошло, в общем, минут на десять. И уже на десять-пятнадцать минут я само моление провел. Вот эти два видео через некоторое время окажутся на моей странице в «Фейсбуке» и на моем канале в YouTube».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия
Ученые считают, что когда-то этот праздник устраивался весной, возможно, совпадал с днем весеннего равноденствия. В последнее столетие он совпадает с так называемым Старым Новым годом 14 января, который традиционно отмечается в некоторых странах постсоветского пространства, а также в ряде православных стран.
Как рассказывают этнологи, праздник тесно связан с именем Шьашәы – одного из божеств в традиционной этнической религии абхазов. Шьашәы является покровителем кузнечного дела, и праздник Ажьырныхуа тесно связан с металлургией, металлообработкой, кузнечным ремеслом…
В последние десятилетия чаще всего праздник отмечается так. Вечером 13 января во многих абхазских семьях в Западной и Восточной Абхазии, где из поколения в поколение бережно хранят родовые кузни и наковальни («Ажьиира»), совершается семейное моление. В доме у самого старшего и уважаемого члена семьи собираются все родственники по отцовской линии, причем жены и невестки остаются дома. В жертву приносится ритуально чистый (холощеный) козел или коза белой масти, а также по одному петуху по числу участников ритуала. Иногда, когда в этом ритуале участвует очень много людей, вместо козла режут бычка. В городских же семьях, где не поддерживают в силу разных причин связей с родовыми усадьбами в селах (не у всех эти усадьбы и сохранились), просто накрывают столы дома с петухом или курицей, купленными накануне на рынке.
Примечательно, что люди других национальностей, живущие в Абхазии, с уважением относятся к этому древнему абхазскому ритуалу. Вот начало сегодняшнего поста на страничке в «Фейсбуке» президента Абхазского союза туризма Анны Калягиной: «Для меня сегодня самый любимый и почитаемый праздник в году. Именно с 13 на 14 января в моем измерении времени наступает Новый год. А еще это особый день и праздник в Абхазии. Да и название у него волшебное – День сотворения мира».
Но довелось услышать в частном разговоре и такое: «А что вы, участвуя во всех этих ритуалах и обрядах, верите в бога кузнечного мастерства и прочее?» Объяснил, что лично для меня это дань традициям предков. И спросил: «А когда вы наряжали новогоднюю елку, это было проявлением веры во что? В Деда Мороза?»
Сегодня, кстати, в интернете встретилось давнишнее интервью известного абхазского писателя Николая Хашига на эту тему. Ажьырныхуа, по его словам, входит в свод неписаных законов традиционной абхазской культуры «апсуара». Попытки вытравить из абхазской культуры многие древние традиции, в том числе и Ажьырныхуа, предпринимавшиеся в разные исторические периоды, оказались тщетными. После массовых сталинско-бериевских репрессий 30-40-х годов во многих абхазских семьях не осталось мужчин, которые могли бы проводить этот ритуал. Женщины самостоятельно пытались соблюсти все нормы и приобщали к церемонии мальчиков-подростков. Писатель считает, что было бы полезным издать некоторые рекомендации по проведению Ажьырныхуа и других традиционных молений. Несмотря на мнение некоторых об архаичности этого языческого обряда, в последнее время увеличивается число абхазских семей, следующих этой древней традиции. «У всех народов существуют семейные обычаи и традиции, – подчеркнул он, – и абхазам надо чтить свою культуру, не стесняться того, что удалось сохранить через века». «Ажьырныхуа – это семейный праздник, который роднит всех представителей рода, сближает старшее и младшее поколение», – добавил писатель. Сам он родился и вырос в высокогорном селе Хуап Гудаутского района в традиционной абхазской семье Чифа Хашига. В этом доме строгое соблюдение норм традиционного абхазского поведения всегда было само собой разумеющимся явлением. Здесь есть древняя родовая кузня. На протяжении многих лет священный ритуал проводил старший брат Николая – Мкан. К сожалению, он ушел в мир иной, но при жизни почтенный старец поручил своему младшему брату Николаю эту обязанность…
Прочтя это интервью ныне покойного писателя информагентству «Апсныпресс», я позвонил его племяннику, гендиректору канала «Абаза-ТВ», члену Общественной палаты Абхазии Руслану Хашигу, пересказал текст в общих чертах и попросил рассказать, как тот нынче отмечал праздник в Хуапе. Перед этим упомянул, что, по рассказу моего сухумского соседа, который ездил до пандемии праздновать Ажьырныхуа в одно из сел Абжуйской Абхазии, там собиралось до 100-150 человек и для застолья надо было резать бычка и козла. Руслан Мканович сказал, что у них происходит не так:
«У нас там имеют право быть только люди, имеющие прямое отношение к роду. Наш, например, двоюродный, который от нашей кузни уже отошел, он взял свою долю, там целая процедура существует, он уже сюда не имеет права ходить, у него есть своя кузня, у нас своя… Прошло все традиционно, как проходило, но сейчас, конечно, люди считают необходимым не ехать, если есть малейшие какие-то симптомы, а так все, кто здоров, все собрались. Даже студент задержался на каникулах, чтобы принять участие в этих ритуальных мероприятиях. Еще и погода нас поддержала: в отличие от многих других абхазских сел, у нас лежал очень красивый, пышный такой снег с морозом. К тому моменту, к семи-восьми часам, когда мы шли в кузню, морозик поддал, было очень сухо, приятно. Так что праздник…
– Удался?
– Да, удался, но… Понимаешь, это обязательный ритуал, независимо от того, какие события были в уходящем году… У нас было горе, у брата жена умерла, и праздничной атмосферы, которая сопровождает этот ритуал, у нас не было в этом году. Но все необходимые вещи, связанные с этим ритуалом, мы провели, как проводили наши предки, как мы это видели. Сейчас этот ритуал проводит мой младший брат, который находится в родовом доме».
Действительно, в разных метах Абхазии этот праздник проводят ныне по-разному. Вот почему, наверное, блогер Давид Дасания разместил позавчера такой пост: «Как историк-этнолог, хочу моим друзьям по «Фейсбуку», моим подписчикам по YouTube предложить следующий проект. Давайте мы зафиксируем на видео обряд нашего моления перед ажьирой. Видео пришлите на Телеграм по моему номеру… либо на электронную почту… Это нужно для науки. Если у кого есть видеозаписи в хорошем качестве иных абхазских молений, просьба прислать мне их по указанным адресам».
Сегодня утром я позвонил ему, но он был разочарован, потому что никто не прислал видео (некоторые, знаю, объясняют: это для домашнего архива):
«У нас у каждого есть хорошие мобильники с прекрасными видеокамерами. Ну неужели эти свидетельства нашей истории невозможно было бы записать? Ну, что мне делать? Я говорю, говорю, говорю…
– Но по телевизору, я уверен, будут какие-то кадры, в прежние годы всегда показывали…
– Я сам попросил сына, он же у меня режиссер, окончивший Казанский институт культуры. В общем, он сделал два видео, одно на абхазском языке, другое – на русском языке. Перед началом моления на фоне нашей кузни – я же после смерти отца у нас молельщик. Я считаю, что моление на русском языке проводить нельзя, это грех… Но перед этим я на камеру на русском рассказал о нашей святыне, о нашей кузне, откуда это все произошло, в общем, минут на десять. И уже на десять-пятнадцать минут я само моление провел. Вот эти два видео через некоторое время окажутся на моей странице в «Фейсбуке» и на моем канале в YouTube».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия