О праздном
Вот и прошел День святого Валентина — день всех влюбленных. Отношение к этому празднику в народе разное. Кто-то держит его в памяти и считает поводом еще раз выразить свои чувства, кто-то не обращает внимания. А кому-то он как кость в горле — чужой, не наш. Наш, говорят они, День Петра и Февронии, а это все — валентинки, сердечки и прочее — от лукавого. Так и живем — каждый при своем мнении. Но что любопытно, таких праздников, как Валентинов день, в последнее время скопилось немало. Тех, что вроде бы и пришлые, однако же худо-бедно укоренившиеся в нашей стране.
Детский опыт
Все началось в 90-е годы. Железный занавес рухнул, и, как оказалось, там, на загнивающем Западе, есть много всего интересного. Фастфуд, например, прочие желудочные радости-гадости; кинематограф, который не воспитывает, подобно отечественному, а развлекает; одежда — разная, красивая, удобная и модная. А еще культура — да, чуждая, но любопытная до ужаса. И праздники, которые, как мы помним, частью этой культуры являются. Причем праздники оказались той составляющей западного культурного пласта, которую было проще всего перенять.
Ну правда, не построишь же в Подмосковье или у нас под Абаканом вторую Пизанскую башню или Нотр-Дам, да и вторую Джоконду не нарисуешь. Совсем другое дело — День святого Валентина какой-нибудь или Хэллоуин. Почитали о традициях, насмотрелись кино и вперед — отмечать.
Я помню, как первый раз в своей жизни отмечал, например, канун Дня всех святых. 2000 год, 9-й класс… Отличное было время — первая любовь, первые отношения и первый Хэллоуин. Нет, об этом празднике мы знали и раньше. Моя учительница по английскому Людмила Васильевна Графчик считала, что, изучая язык, нужно обязательно знать и культуру его носителей. Поэтому мы много внимания уделяли праздникам Англии, ее истории, другим аспектам. Это, кстати, действительно помогло, и я по сей день неплохо изъясняюсь на английском языке.
Итак, в октябре 2000-го культмассовый сектор школы решил провести Хэллоуин. А нашу компанию — так сказать, актив — привлекли в качестве актеров. Я, например, был человеком-тыквой — костюмчик тот еще, надо сказать. Еще были женщина-кошка, граф Дракула, ведьма… И вот такой компанией мы утром встретили наших сотоварищей по учебе, провели мини-представление, а потом пугали школьников на переменах. Было весело.
Так же и с Днем святого Валентина — тоже в школе, тоже ближе к старшим классам… Писали валентинки, получали их. Девчонки хихикали по углам, парни чесали затылки, пытаясь понять, от кого это вдруг сердечко пришло… Смешнее всего было наблюдать за подхалимами (такие есть в каждом классе), которые осыпали валентинками учителей в попытках получить хорошие оценки. И тоже было весело.
Понятное дело, что это, скорее, суррогаты оригинальных праздников. На Западе они отмечаются иначе, да и смысл, который они несут, мы не совсем понимаем. Нам же главное повеселиться, главное — повод.
Так и пошло-поехало. Регулярно отмечал я на жизненном пути те или иные заграничные праздники. Замечательный был как-то Октоберфест под Абаканом, искали клевер в День святого Патрика в зоне отдыха, пару раз встречали китайский Новый год. И еще, и еще…
Праздничная свобода выбора
Все это теплые воспоминания. И я совершенно не могу понять развернувшуюся в последнее время охоту на иностранные праздники. Чем, например, и кому мешает тот же Валентинов день? Почему он не может сосуществовать одновременно с Днем Петра и Февронии? Любовь ведь тоже бывает разная. К супруге, к детям, к семье — степенная, взрослая, навсегда. Или же юношеская, как тогда, в 9-м классе: сплошные вздохи, слезы и эмоции на разрыв — вспыхнула и погасла, оставив после себя лишь легкую тень нежности. Почему же не может быть тогда два праздника? Да хоть три.
Или Хэллоуин. Неужели кто-то думает, что в России серьезно относятся к сакральной его составляющей, что этот праздник сможет каждого второго превратить в католика или же подтолкнет его к языческим культам? Чушь какая-то, честное слово. Хэллоуин по-русски — это возможность, в первую очередь для молодежи, вырядиться в непривычные одежды и развлечься.
Вообще, мне кажется, что любой праздник, если он прижился в народе, имеет право на существование. Пусть даже День макарон. Коллективное сознательное — оно само чудесно справляется с функцией культурного фильтра. Тот же День сурка в России так и не стал сколь-либо значимым мероприятием, хотя одно время идея поиска проснувшихся грызунов была популярной. Но нет. Не приняли мы его, за редким исключением.
А вот Новый год приняли. Еще в XVIII в. Это ведь тоже не наш праздник. Совсем. Однако попробуй сегодня кто заикнуться об исключении его из календаря. Ух, что начнется! Даже большевики, помнится, елочку детям вернули, потому как стал Новый год исконно российским. Я уж не говорю про Международный женский день, День защитника Отечества и другие созданные даты. Их много в календаре. Какие-то популярны, какие-то «узкопопулярны», какие-то — не более чем строчка. Но каждый имеет право на жизнь.
Я не говорю про пошлятину, которой тоже развелось огромное количество. Не говорю об эпатажных выдуманных датах. Их перемелют не останавливающиеся ни на минуту жернова истории. С судьбой остальных праздников разберемся мы сами — жители необъятной России, а не политики, религиозные деятели или еще кто-то.
Анзор САБАНОВ
Фото из открытых источников