Сохранить главное. Олег Прокофичев — о развитии похоронного дела

Похоронная индустрия долгое время оставалась в тени традиций, но сегодня в эту нишу активно проникают цифровые технологии. Всё больше российских кладбищ переводятся на геоинформационные системы (ГИС), которые решают давние проблемы — от махинаций с участками до утерянных захоронений. Появляются электронные «справочники» с историческими и архивными данными, где можно подать онлайн-заявку на получение участка для погребения. Ритуальные службы предлагают онлайн-оформление, круглосуточную поддержку и виртуальные консультации родственникам. На смену коротким эпитафиям приходит QR-код на памятнике, который ведёт к цифровому мемориалу, где хранятся биографии, фотоальбомы, аудиозаписи и личные послания от друзей. Появляются и совсем «экзотические» направления — VR-прощания и «зелёные похороны».

Не превратят ли технологии прощание в бездушный клик, а память — в набор данных в облаке? Об этом, а также о том, как инновации меняют одну из самых консервативных ниш, мы поговорили с экспертом в сфере ритуальных услуг, победителем премии «Предприниматель года-2025» Олегом Прокофичевым. Начав в 2003 году с изготовления памятников, он запустил полный цикл ритуальных услуг, которые сегодня включают и цифровые сервисы.

— Олег Николаевич, похороны — одна из самых табуированных отраслей, веками жившая по неизменным правилам. Однако сегодня организаторы всё активнее внедряют цифровые технологии. Вы профессионально занимаетесь этим более 20 лет, удерживая лидирующие позиции на рынке. Как считаете, что стало причиной технологического рывка в этой сфере?

— За последние 20 лет вся наша жизнь кардинально поменялась, она стала более цифровой и мобильной. Организация похорон в момент утраты становится для близких дополнительным эмоциональным испытанием. Новые технологии не могут облегчить боль утраты, но способны значительно упростить множество практических задач, с которыми сталкиваются люди в этот непростой период. Сегодня всем требуется комфорт даже в самый сложный момент. Кроме того, технологии помогают решать множество проблем, что особенно важно, для человека, который столкнулся с бедой: он уязвим и порой просто не в силах справиться с огромным количеством задач, которые на него свалились. Сейчас же многие вопросы можно решить онлайн, в том числе и бюрократические. Или еще один пример. Я думаю, многие сталкивались со сложностями поиска могилы родственника, особенно на переполненных кладбищах — онлайн-навигатор и электронный реестр упрощают этот путь. Ещё одна для многих ужасная ситуация — опоздать на похороны близкого человека. Онлайн-церемонии практически исключили этот момент. Именно такие дистанционные похороны стали популярны в период локдауна, во время пандемии и, я уверен, сохранили многим здоровье и, конечно, позволили проститься с близкими.

— Онлайн-похороны до сих пор для многих в диковинку, а VR-трансляции вообще звучат почти как фантастика. Как вы пришли к решению использовать эти технологии? И как человек может по-настоящему прожить горе и принять утрату, если он смотрит на симуляцию через VR-очки?

— К этой идее подталкивает сама жизнь и понимание того, что людям нужно в трудную минуту. Обычные видеотрансляции — это уже понятный инструмент, позволяющий родным из других городов увидеть церемонию. Формат VR даёт возможность не просто наблюдать со стороны, а почувствовать сопричастность к происходящему. Это решение для тех, кто по объективным причинам не может присутствовать лично, но хочет ощутить эффект присутствия, как это было в ковид, когда запреты подчас лишали возможности проститься с человеком вживую. Технология позволяет погрузиться в пространство через смартфон или очки, при этом сохраняя личные границы. Кроме того, в такой тяжелый период некоторым людям очень важна приватность: можно в любой момент снять очки, побыть в тишине наедине со своими чувствами, а когда появятся силы — вернуться к прощанию. Это своего рода «защищенное пространство», которое помогает пережить утрату, не отвлекаясь на внешние факторы, и при этом не чувствовать себя оторванным от семьи.

— Вы начали предлагать подобные решения еще до ковидных ограничений, когда в России об этом почти не задумывались. С какими сложностями столкнулись ваши инициативы на том этапе?

— Еще в 2018 году, когда мы только начали обсуждать возможность использования новых инструментов, многие, особенно люди преклонного возраста, восприняли это настороженно. Сама мысль о цифровом прощании казалась чем-то непривычным и даже лишним. Однако пандемия и вынужденные ограничения заставили многих пересмотреть свои взгляды. Из «необычного предложения» онлайн-трансляция для многих превратилась в единственную возможность почувствовать поддержку семьи в момент утраты. Сейчас мы видим, что это находит отклик у самых разных людей. Жизнь стала очень динамичной. Трансляции стали спасением для тех, кто ведет мобильный образ жизни — людей, переехавших в другие города или страны, для них сложная логистика становятся непреодолимым барьером для присутствия на церемонии. Как показала практика, глубинная потребность проводить в последний путь близкого человека, поддержать родных, пусть и через экран, оказалась сильнее любых первоначальных предубеждений.

— Вы начинали с классики — производства гранитных памятников. Сейчас организуете все этапы похорон, а сами надгробия делаете интерактивными с помощью QR-кодов. Не обесценивает ли это сам смысл эпитафий, которые так тщательно раньше выбирали родственники?

—Выбор всегда остается за людьми, тем более что одно другого не исключает. Родные могут оставить на мемориале имя, даты, трогательные строки, которые подбирают с душой. QR-код — это дополнительная опция, а не замена. Просто раньше, чтобы рассказать о человеке, нужно было уместить всё в 20–30 слов. Сегодня можно сохранить его биографию, фотоальбомы, голосовые сообщения, видео с юбилеев, даже любимые рецепты или стихи. У каждого своя интересная, насыщенная жизнь, будь то учёный, артист, волонтёр. Сканируя QR-код, любой пришедший на могилу может увидеть, каким был человек при жизни. И особенно это ценно для будущих поколений. Внуки, правнуки, смогут не только узнать о своих предках, но даже, например, увидеть, как человек улыбался. Физический камень просто не в силах этого вместить.

— «Зелёные», или эко, похороны совсем ещё экзотика в России, но вы уже начали предлагать и изучать этот формат. В чем его суть и есть ли на него запрос?

— Смысл «Зелёных похорон» прост — минимум вреда для природы. Для этого гроб изготавливается исключительно из натурального, необработанного дерева, чаще всего сосны или осины. Он не покрывается лаком, краской или антисептиками, не содержит металлических элементов. Из-за этого он полностью разлагается в почве за 3–5 лет, не выделяя токсичных веществ. Еще один аспект — отсутствие традиционного памятника. Вместо гранита или мрамора предлагается посадка дерева. Кроме того, сама могила не бетонируется, не устанавливается железобетонный цоколь. Это позволяет телу естественным образом возвращаться в биологический круговорот. Такой подход уже применяется в ряде стран. В Европе существуют специализированные «натуральные кладбища», где действуют строгие экологические стандарты. В России пока нет отдельного правового статуса для таких захоронений, но технически их можно организовать на любом муниципальном кладбище при согласовании с администрацией. Спрос пока невысокий, в основном это люди 30–45 лет, для которых экологичность — часть жизненной позиции.

— Ваши инициативы по повышению доступности и прозрачности услуг в такой сложной сфере получили признание на самом высоком уровне. В качестве эксперта вас пригласили в состав жюри премии «Выбор потребителей» и престижной международной конференции Cases & Faces — глобальной площадки, объединяющей предпринимателей, инвесторов и инноваторов со всего мира. Как такой опыт помогает вам развивать отрасль дальше?

— Прежде всего это даёт возможность увидеть, как решаются сложные задачи в более прогрессивных сферах, от IT до медицины. По моему мнению, ритуальный сервис не должен быть закрытым «островом», живущим по своим правилам. Необходимо адаптировать рабочие бизнес-практики, чтобы сделать нашу сферу еще более человечной, понятной и доступной.

— Какие ещё конкретные технологические решения, по вашему мнению, могут в этом помочь?

— Например, в России сейчас есть потребность во внедрении дистанционного оформления документов, это избавляет людей от необходимости бегать по инстанциям, сейчас этот формат доступен лишь в некоторых больших городах, а хотелось бы сделать его доступным и в небольших регионах. Также важно развивать цифровую навигацию по кладбищам и личные кабинеты, где можно дистанционно заказывать уход за захоронениями. В будущем я вижу потенциал и в сохранении истории рода через интерактивные архивы или нейросети. Это позволит памяти о человеке быть не просто строчкой в документах, а живым наследием. Отрасли необходимо это развитие, чтобы предлагать инструменты, которые действительно отвечают запросам времени.

— Как вы думаете, с таким стремительным развитием технологий не потеряют ли похороны своей сакральности, смысла и душевности?

— Технологии сами по себе не делают прощание менее священным или бездушным, это зависит от того, как их используют. Сакральность похорон не в граните, не в формате трансляции и даже не в физическом присутствии. Она — в уважении, внимании и искренности. И пока в сердце остаётся уважение к ушедшему, похороны будут оставаться тем, чем были всегда. Последим актом любви.