Вячеслав Мищенко: ОПЕК вряд ли распадется, но лихорадка нефтяного рынка гарантирована

Днем 28 апреля ОАЭ объявили о выходе из ОПЕК и ОПЕК+ с 1 мая. К концу вечера 29 апреля фьючерс Brent подрос в цене примерно на 6,5%, до $110,7 за барр.

В ОПЕК останутся 11 государств: экспортеры Персидского залива (Саудовская Аравия, Ирак, Кувейт и Иран), Алжир, Венесуэла, Габон, Конго, Ливия, Нигерия и Экваториальная Гвинея. Решение ОАЭ станет далеко не первым выходом из нефтяного альянса в истории.

К примеру, Катар перестал быть участником ОПЕК с января 2019 года, так как решил сосредоточиться на экспорте СПГ. Ангола поступила аналогично с января 2024 года, но уже на фоне серии разногласий с руководством ОПЕК по поводу выделенных для государства квот.

Руководитель Центра анализа стратегии и технологии развития ТЭК Вячеслав Мищенко в разговоре с «СП» подчеркнул, что текущие события провоцируют фрагментацию мирового нефтяного рынка и деглобализацию мировой экономики.

— Традиционные, десятилетиями выстроенные маршруты поставок нефти сегодня разрушаются. Это в полной мере касается и российского экспорта, прежде всего на западном направлении. Участились атаки на танкеры: так, недавно появились сообщения о неожиданной активизации сомалийских пиратов, о которых долгое время не было слышно.

Платформа ОПЕК+, ключевым участником которой среди стран, не входящих в ОПЕК, является Россия, функционирует чуть менее десяти лет. По разным оценкам, совокупно страны альянса обеспечивали от 40% до 50% мировой нефтедобычи.

Столь значительная доля позволяла с помощью скоординированной политики квотировать добычу и поставки, удерживая цены в определенном коридоре. Такой баланс давал продавцам возможность покрывать издержки и инвестировать в развитие сектора, а покупателям — использовать сырье на экономически приемлемых условиях.

События на Ближнем Востоке не просто нарушили этот баланс, а фактически разрушили его. Рынок пребывает в полной неопределенности: никто не может предсказать, чем завершится конфликт, какими будут его последствия и как долго он продлится.

В связи с событиями на Ближнем Востоке баланс мирового рынка нефти был даже не нарушен, а разрушен. Никто не понимает, чем закончится конфликт и каковы будут его последствия, и как долго он продлится.

Главным конкурентом ОПЕК и ОПЕК+ на нефтяном рынке выступают США. В минувшем десятилетии они стали крупнейшим в мире производителем нефти и газа, поставляя значительную долю ресурсов на рынок, освободившийся от российской нефти.

В начале 2026 года Вашингтон фактически установил контроль над венесуэльским энергетическим сектором. На этом фоне появились прогнозы о том, что именно Венесуэла может стать следующей страной, которая покинет ОПЕК.

«СП»: По какой причине ОАЭ вышли из двух альянсов?

— Выход ОАЭ произошло под воздействием множества факторов. Среди вероятных причин можно выделить недовольство ситуацией в Персидском заливе. Так, у ОАЭ имеются претензии к Ирану на фоне ударов по инфраструктуре.

Данное решение отражает не только текущие трудности с добычей и поставках нефти, но и стремление ОАЭ в долгосрочной перспективе реализовать свой производственный потенциал без внешних ограничений вроде тех же квот.

«СП»: К чему может привести эскалация кризиса на нефтяном рынке?

— К нарушению координации между государствами-поставщиками нефти. Пока ничего катастрофичного не происходит, потому что о выходе из ОПЕК и ОПЕК+ заявила только одна страна.

Но все равно это достаточно серьезный прецедент для других участников альянса, включая Саудовскую Аравию. Страны региона сталкиваются с общей проблемой — двойной блокировкой Ормузского пролива со стороны США и Ирана, а также с ограниченными альтернативными мощностями для хранения и экспорта нефти.

Некоторые эксперты, в основном западного толка, объясняют выход ОАЭ тем, что США пытаются добиться распада ОПЕК и ОПЕК+. Монархии Персидского залива, критически зависящие от нефтяных доходов, в условиях сжатия экспортных возможностей понимают, что им никто не поможет, и они вынуждены выбирать между плохим и худшим.

Плохой вариант — заработать хотя бы минимальный объем средств, необходимый для покрытия выпадающих бюджетных доходов. Даже если ценой будет отказ от коллективных действий.

Поэтому военный конфликт на Ближнем Востоке стал катализатором, без которого выход ОАЭ из альянсов вряд ли бы состоялся.

«СП»: Какова роль США в нефтяной дипломатии и обстановке вокруг ОАЭ?

— Текущий конфликт все очевиднее указывает на то, что США рассматривают его не только как противостояние с Ираном, но и как инструмент для перераспределения влияния на мировом нефтяном рынке.

Введение дополнительной блокады Ормузского пролива позволяет Вашингтону устанавливать контроль над теми объемами нефти, которые еще могли экспортироваться из Персидского залива.

США в том числе пытаются ограничить для Китая возможность приобретать дешевую нефть, что особенно заметно на примере Венесуэлы и Ирана. Покупатели нефти, включая Китай, вынуждены платить значительно больше, что в первую очередь тормозит развитие их промышленности и других секторов экономики.

При этом американцы еще могут балансировать на рынке за счет высокой собственной добычи, хотя страна продолжает оставаться нетто-импортером сырой нефти. Даже во время кризиса они могут задействовать канадскую и венесуэльскую тяжелую нефть для переработки, смешивая их с собственными легкими сортами.

Россия также находится сейчас в выгодном положении, поскольку может как экспортировать, так и потреблять собственную нефть, поддерживая тем самым внутренний энергетический баланс.

Ситуация вокруг потенциального выхода из ОПЕК/ОПЕК+ других участников, к примеру, Венесуэлы или кого-либо из стран Персидского залива помимо ОАЭ, создает риск распада как коалиции, так и самого формата. Это дало бы США возможность проводить политику дальнейшего ужесточения контроля над нефтяными потоками.

С каждой страной по отдельности Вашингтону будет проще договариваться, чем с ОПЕК и/или ОПЕК+. Поэтому нельзя исключать, хотя это и не является полностью доказанным фактором, что США могли повлиять на решение ОАЭ, наряду с фактором войны в Персидском заливе. Таким образом, Вашингтон мог попытаться уменьшить влияние ОПЕК и ОПЕК+ на нефтяном рынке.

«СП»: Смогут ли ОАЭ нарастить добычу нефти и стать конкурентом российскому экспорту?

— ОАЭ не могут считаться прямым конкурентом России на нефтяном рынке, поскольку их текущий уровень добычи значительно ниже. Однако их решение о самостоятельных действиях оказывает двоякое влияние.

С одной стороны, этот шаг может послужить примером для других стран, подталкивая их к аналогичным действиям. Подобное развитие событий способно привести к разбалансировке соглашений о сдерживании добычи в рамках ОПЕК+.

Если участники альянса перестанут координировать свою политику, то каждый из них будет стремиться производить и поставлять на рынок максимально возможный объем нефти. При условии прекращения блокировки Ормузского пролива это вызовет падение цен, что невыгодно странам-экспортерам.

С другой стороны, дальнейшее развитие ситуации остается неопределенным.

«СП»: Почему сразу после объявления решения ОАЭ фьючерсы Brent выросли?

— Рынок действительно нервничает из-за полной неопределенности вокруг мирных переговоров и ситуации на Ближнем Востоке. На данный момент решение ОАЭ о выходе из ОПЕК+, принятое на фоне блокировки Ормузского пролива, не оказало существенного влияния на котировки.

Однако если маршрут будет разблокирован, разбалансировка ОПЕК+ все же скажется на рынке. Другие страны также будут стремиться компенсировать потери, которые они понесли в течение последних месяцев конфликта, наращивая поставки. В таком случае развитие событий может привести к непредсказуемому падению стоимости нефти на фоне увеличения конкуренции между производителями.