Дети на продажу: как демография в Китае породила «черный рынок» похищений для бездетных семей

Чужая страна — потемки. Повсеместное увлечение и подражание Китаем и китайцами в России тем удивительнее, что государство это и менталитет его граждан страшно далек от нашего народа. Во всяком случае в плане демографии. Фото: commons.wikimedia/ProtoplasmaKid/Creative Commons Attribution-Share Alike 4.0 Уж на что странные инициативы продвигают нынче депутаты, но те и в подметки не годятся небезызвестной политике «одна семья — один ребенок», провозглашенной в Поднебесной в 1979 году и направленной на сокращение резко возросшего населения, а в результате приведшей к демографической катастрофе и не только возрастному, но и гендерному (девочек не хотели рожать) перекосу.

Но было и ещё одно последствие у этой инициативы, о котором мало кто знает вне Китая. Это массовый бизнес на… воровстве детей для бездетных семей. Действовала целая мафия, которая промышляла этим.

По криминальным данным, ежегодно похищалось порядка 10 000 маленьких китайцев. Все во благо. Их не пытали и не мучили, а просто воспитывали, не сообщая о прошлом, бездетные пары.

Видео родителей, которые ведут по улицам своих чад на поводках, чтобы тех не украли, — к сожалению, реальность этой страны.

Так демографическое давление со стороны государство принимало извращенные и ненормальные формы.

Не винят приемных родителей

«Когда мы временно жили в Китае, то со своим маленьким сыном тоже так ходили — везде со шлейкой, а вокруг собаки ещё, — рассказывает москвичка Наталья. — Не то, чтобы боялись, что его украдут, все-таки внешность чисто славянская и он сильно выделялся среди остальных, просто все дети вокруг были на поводках, и это считалось нормальным. Когда подрос и стал себя осознавать, мог назвать имя и фамилию, бегал уже просто так».

Спустя годы, политика властей смягчилась, и выросшие «украденные дети» стали пытаться найти своих настоящих родителей. Естественно, те из них, кому рассказали об их прошлом.

Сейчас появились тесты ДНК, сделавшие такой поиск возможным. Тем более, в Китае есть телевизионная программа — аналог нашей «Жди меня», в которой большинство героев — это как раз жертвы детского киднепинга.

В 2007 году у бизнесмена Сунь Хайяна похитили сына. Он искал его 14 лет. Сам, без государства, не обращаясь в правоохранительные органы.

В 2021-м ДНК-база помогла найти мальчика — уже совсем взрослого. Тот вырос в другой семье. Его там любили и не обижали.

И вот, узнав правду, найденный мужчина говорит, что не может ни в чем обвинить свою приемную семью — и не знает, кого выбрать.

Мао Инь — ребёнок, которого нашли спустя 32 года. Был похищен в 1988 году. Найден — в 2020-м. Всё это время родители не теряли надежды. Он тоже вырос в чужой семье, носит другую фамилию и не винит людей, которые совершили с ним такое.

Вам мальчика или девочку?

С конца 80-х похищения перестали быть частными случаями. Они стали системой.

Ребёнка можно было «заказать» — почти как на рынке. Мальчика или девочку. Грудного или постарше. Желательно — из благополучной семьи, чтобы «рос здоровеньким».

Мальчики стоили дороже. На пике этого тренда — до 10–15 тысяч долларов.

Потому что мальчик — это наследник. Кормилец. Продолжатель фамилии.

Девочек ценились меньше. И их судьбе чаще не позавидуешь. Дефицит женского пола привел к тому, что девочек постарше 12-13 лет продавали в бордель. Они стоили всего порядка 2-3 тысяч долларов.

Схема краж была отработана до секунд. Обычно ребёнка выхватывали из толпы, с улицы, могли со двора собственного дома. Иногда — прямо на глазах у родителей.

Это происходило настолько часто, что в Китае появились вещи, которые в другой стране выглядели бы странно: не только детские поводки, но и наручники, которыми детей буквально пристегивали к взрослым. Детские сады были огорожены высокими заборами с колючей проволокой — как тюрьмы.

Но иногда не спасало даже это.

Из рук в руки

Не помогали и камеры, которые висели на каждом шагу с середины 90-х годов. Потому что имел место не один эпизод, а целая преступная цепочка. Украденного ребёнка передавали из рук в руки: курьеры-посредники не знали друг друга, маршруты не повторялись.

Через несколько «перекладок» след малыша обрывался. В начале нулевых полиция Китая провела несколько операций по перехвату похищенных младенцев — были найдены в коробках и возвращены родителям 12 грудничков, но это была буквально капля в море. Борьба с последствиями, а не с причиной.

С 2015 года демографическая политика в Китае смягчилась. Теперь можно рожать столько детей, сколько хочешь. Однако молодежь, некогда единственные «драгоценные дети» в своих семьях, как и везде, не спешит становиться родителями, предпочитая жить для себя.

Что касается «украденных младенцев», то большинство из них выросли в нормальных и благополучных семьях. Чаще всего в любящих, и иногда они даже не знают, каким неоднозначным способом появились у своих родителей.

Детская память стирает детали и переписывает правду. И возникает вопрос, на который нет ответа: кого наказывать?

Тех, кто были вынуждены украсть чужих детей, но любил их все годы как родных?

Но многие похищенные дети отказываются ненавидеть людей, которых они называли «мамой» и «папой».

Но и биологическая, кровная семья тоже не виновата в том, что случилось. Тем более, что большинство тщетно искали своих детей десятилетиями. Создавали волонтерские движения и всячески пробивали эту неудобную для властей тему в СМИ.

Регулировать счастье

Пока для одних их дети терялись навсегда, для других они становились долгожданным счастьем.

И в этом — самая тяжёлая правда.

Потому что преступление здесь, наверное, началось раньше. В тот момент, когда чиновники решили, что имеют право регулировать самое частное — рождение детей. Имеют право управлять чужими судьбами.

Когда цифры оказались важнее людей, Жизнь превратили в статистику, а семью — в объект контроля.